Ученицы монастыря святой Анны (СИ)
— Обалдеть! Одни мы с тобой, Анни, не пристроенные остались, — опешила от новостей Софи.
— Да какие проблемы. Переезжай в Дальгор невестой. Тебя величество быстро за горного лорда замуж пристроит. Вот у меня оба соседа не женаты, выбирай любого, будем в гости друг к другу ездить, — захихикала я.
— Давай! А ты за другого замуж выходи, будем две герцогини при ее высочестве Дальгора Стефании! — развеселилась окончательно Софи.
— Досмеётесь у меня! Выйду замуж за принца и выдам обеих замуж поближе ко дворцу, — пригрозила Стефи со смехом.
— Я что, одна в Лурдиане останусь? — заныла Никки.
— У тебя муж будет маг. Портал откроет, и ты у нас в гостях, — ржали мы уже над Никки.
— Ну ладно, посмеялись и хватит. Приедет ли принц еще не известно, а работа сама себя не сделает. Я с краской закончила, осталось местную вайду попробовать и к вам в стеклодувне присоединюсь, — пообещала Стефи.
— Хороша ты будешь, такая румяная во все лицо, а тут принц на смотрины прибыл, — подкололи мы сестричку.
— А я ему в жены не напрашиваюсь, не нравлюсь, мне и дома хорошо, а здесь еще и розы не растут, — привела убойный аргумент подружка.
Мы залились хохотом и отправились работать.
Глава 15
В прекрасном настроении мы отправились на работы. В обед Стефи нас порадовала, что местная вайда дает потрясающий глубокий синий цвет, прямо индиго, который возили за тридевять земель с другого континента.
— Ты представляешь какое это богатство! — восхищалась подружка.
— Ага! Нужно увеличивать площадь ее произрастания. Двух холмов будет недостаточно. В конце лета займемся, я еще семена для настоятельницы Эстер обещала, и мяты с мореной. Главное не забыть.
— Я напомню, не бойся. Сама прослежу. И мяты себе для дома наберу. Матушка, в отличие от меня, чай с мятой уважает, — успокоила меня Софи.
— Ну да, она же с нами леденцы не делала, — смеялись мы.
— А мы уже с ликерными рюмками давно закончили за стаканы для сока взялись. По эскизам они тоже без ножек, половину уже сделали за прошлую неделю. Еще дня три и с ними закончим, за чаши для пунша возьмемся. Леди Миранда заказала целых тридцать штук больших чаш и к ним сотню стаканов, да еще стеклянные черпаки для пунша в комплект. Но это ерунда, ножек-то нет, чаша бокала сразу крепится его к основанию. Правда большие чаши довольно вычурные и с крышками, но мы справимся, и не такое делали. Ученики пока тупят, но мастер их гоняет, как бы половина не разбежалась, — рассказала я.
— Новые придут, плохой ученик не велика потеря. Только место занимает и брак будет гнать, — отрезала Никки. — Вот у меня остались самые толковые, на них и будет мастерская держаться. Мы уже миски почти закончили, гончарные круги еще нужны и срочно, мы после обеда в мастерскую будем переезжать. Я сама отцу напишу, что нам нужно из деревянных изделий, — рассказала о планах Никки.
— А я к вам сейчас иду, красить больше нечего, ткань закончилась, а шьют они и без меня хорошо. Белье простое, ни кружева, ни другого украшательства, цветом берем. Я распорядилась делать пододеяльники из двух разных цветов. Одна сторона красная — другая желтая, одна сторона желтая — другая синяя. И наволочки в том же духе. И интересно, и если кто на одежду покупает, то придется сразу несколько комплектов брать, — похвалилась хитрая Стефи.
— Это ты здорово придумала! — рассмеялись мы и только вышли из-за стола, как прибежали мальчишки, с докладом, что пришел большой караван с бочками, а там рыба живая.
— Наконец-то!!! — вопили мы и бросились встречать долгожданную рыбешку.
Караванщики были уставшие и их разместили в общаге для одиноких мастеров, те поели в столовой и отрубились. Мы загнали телеги с мелкой рыбешкой во двор мастерской, где всегда был народ и вертелся Фергус. А ночью, просторный двор, огороженный массивным забором, закрывался на замок. Я, конечно, всем доверяю, но уж больно искушение велико нахватать халявной рыбки. Если каждый по паре возьмет себе у нас бочки будут полупустыми, а ее и так в дороге прилично передохло.
— Зато выжила самая сильная! Почти естественный отбор, — успокаивала меня Никки.
— Да ладно, чего уж там. Жива и ладно. Может не за год, так за два расплодится как надо. Утром отправляемся на озера. Все поедут?
— Я бы съездила с отцом повидаться. А рыбы и следующим летом докупить можно, — сказала Никки.
— А мы останемся, — решили Софи и Стефи. — Не будем бросать начатое. И гончаров будем натаскивать и стекло дуть, а вы и так нам все расскажете.
Утром караван потянулся к озерам, за сутки доедем, все же хорошо, что у меня все деревни рядом и озера от Богемии не так далеко. Я написала Керу, чтобы нас встречал, и мы с Никки, сидя верхом в седле в амазонках, от которых мы, наплевав на приличия, отстегнули юбки, болтали о жизни.
— Я одного не пойму, до меня было семь хозяек, у каждой два года испытательный срок, а они убегали уже зимой. Зачем тогда вообще ввязываться в такое безнадежное предприятие?
— Ну, может они думали, что здесь все и так уже отлично, и нужно просто поддерживать хозяйство на плаву?
— Тогда, получается их просто обманывали, чтобы побыстрее спихнуть замуж без права выбора.
— Похоже на то. Думаю, что с тобой был такой же расчет, — рассуждала Никки.
— Допустим у них не было таких отличных подруг и верных друзей, поддержки старшего поколения как у меня, но семья-то у них была! Давать деньги просто так запрещено, но помогать в долг можно. И деньгами, и советом, и даже физически, и рыбой, как в моем случае.
— Значит им не хотели помогать, а хотели спихнуть за нужного им человека. Девчонки убегали на испытание, но не справлялись, вот и весь расклад. Это такая ловушка для невест. Ты первая кто из нее выкрутится, я уверена!
— Я уже тоже. И все равно не сходится. Ну ладно она в травах как мы не разбирается, с шерстью не дружит, шить не умеет, это я еще могу понять, но озера и рыба! Это же очевидно!
— Ты всерьез думаешь, что Даниэлла дала бы какой-то непонятной девице из местных целый караван рыбы? — хмыкнула Никки.
— Даниэлла нет, но она же не единственная кто рыбой занимается. Даниэлла в нас уверена, мы из одной школы и знает, что даже если рыба передохнет до последнего головастика, долг я ей все равно верну.
— Вот и ответ. В тебе уверены. И Даниэла, и настоятельница, и леди Миранда и все остальные. А что это были за местные красотки и из каких они кланов мы не знаем. Твои люди даже имен их вспомнить не могут, что бы справки навести. А было бы интересно, что это за девицы были и чем они сейчас занимаются.
— Думаю ничем. Сидят замужем, наследникам постылого супруга сопли подтирают.
— Скорее всего. Может и не так все так уныло и мужья у них не плохие, и детей они любят, но результат — навязанный брак. У нас в Лурдиане тоже монархия, но родители никогда не дадут согласие на брак если дети не любят друг друга или хотя бы дружат. Ты скорее исключение из правил, поэтому Виндоров так осуждали в высшем свете. Никто бы не поверил, что ты влюбилась в этого жирного извращенца, — виновато посмотрела на меня Никки.
— Слава святой Анне, с Поришем все обошлось, но я все равно боюсь выходить за ворота монастыря одна и без охраны. Поэтому я и рада, что попала в Дальгор. Испытание так испытание, зато потом — свобода. Я лет до двадцати пяти вообще замуж не хочу. Ну нафиг! У меня еще столько дел здесь, столько начинаний, — мечтала я.
— Ага, а муж тебе только мешать будет! С детьми приставать, в постель тащить. Ужас какой! Анни, ты просто ни в кого не влюблена, поэтому так относишься к браку, — смеялась Никки.
— Ну да, ну да. Ты еще скажи: "Никуда не денешься, влюбишься и женишься!"
Никки расхохоталась, даже наша охрана и охрана каравана смеялась, и погонщики посмеивались.
Утром следующего дня нам из-за очередного холма на встречу выехали Стретер с бароном. Тот не смог пропустить такое событие. Вечерами он рыбачил и поносил местную рыбу последними словами, не стесняясь в выражениях, Кер ему поддакивал. Рыбак рыбака увидел из далека, буквально. Парочка спелась и предвкушающе потирала руки.