Дело Черного Мага. Том 4 (СИ)

Адель прижалась к его груди. Играла какая-то дурацкая музыка. Какие-то арфы, орган, скрипки и все то, что никогда не слышал прежде Алекс. Профессор Раевский пытался приучить их к классической музыке, но в случае Дума сыграло свою роль тлетворное влияние Робина.
— У тебя начинает получаться.
Они кружились и думали о чем-то своем. А может не думали ни о чем. Просто наслаждались моментом. Адель не спрашивала, какие дела связывали Алекса с вампирским лордом, а тот не спрашивал, почему все называют её миледи. Совпадением это назвать уже сложно.
Неужели у убийц Синдиката существовала какая-то внутренняя иерархия? В таком случае… в таком случае — плевать. Ему просто хотелось держать её в руках, вдыхать аромат цветочного парфюма и неумело двигаться в такт музыке. Будто он был нормальным человеком.
Не сбежавшим из приюта мальчишкой, нареченным этими самыми, простыми людьми, монстром, а самым тривиальным, никому не интересным, скучным Александром Думским.
— Знаешь, многие простые люди мечтают быть таким как ты, — шептала Адель, щекой лежа на его груди.
Может действительно — в танце можно прочесть мысли? Алекс, правда, пока не обладал таким умением и его напарница оставалась для него все такой же загадкой, как и в начале. Вот только Дум с детства люб… интересовался загадками.
— Раз в неделю попадать в смертельные опасности? — попытался свести все на шутку Алекс. — И пачками глотать ибупрофен по вечерам?
И вновь эта улыбка. Полная загадок и очарования.
— Быть молодым и сильным, — её шепот обволакивал Дума. Заставлял его не замечать ничего, кроме неё. — Опасным. Решительным… свободным. Свободным, даже, больше, чем все остальное. Не принадлежать никому, кроме себя самого. Каждый день — как последний, а после — хоть пожар, хоть потоп. Алекс, ты даже не представляешь, сколько из тех, кто нас сейчас окружает, готовы отдать все, что имеют, чтобы хоть один день пожить в твоих туфлях.
— Я вполне готов сдавать их в аренду. Подарок, конечно, но я же не на совсем. Так — чисто поносить.
Адель немного отстранилась, посмотрела ему в глаза и поцеловала. Не стесняясь. При всех тех, кто явно знал его, и о ком он — Алекс Дум, понятия не имел.
— Я поняла… ты пытаешься дурацкими шутками отстранить от себя людей, чтобы никто не понял, что ты хочешь сказать на самом деле.
Дум чуть устало вздохнул.
— Мне от тебя ничего не утаить, да?
— А ты хотел бы?
— Что за интерес в человеке, в котором нет секретов?
— В каждом из нас есть секреты, Алекс, — она мазнула губами по уголку его собственных. Это даже и поцелуем на назовешь. — и о большинстве из них мы и сами не догадываемся.
Они протанцевали еще несколько минут. Приятных, спокойных, обыденных минут, но, как и все хорошее, это должно было когда-то закончиться. И закончилось вполне решительно.
Пол под ногами Алекса вздрогнул и конферансье, метрдотель, паж или что за чин носил этот клятый эльф, провозгласил:
— Дамы и господа, мы поднимаемся в воздух. Прошу всех пройти в главный зал для начала аукциона. Правила вы знаете.
Танцующие, пьющие, болтающие, с показной ленцой, нехотя — будто им это было сто лет как ненужно, направились следом за эльфом по хитросплетению лабиринта коридоров, ведущих к разным помещениям, большинство из которых имели явно техническое назначение.
Алекс ненадолго отвлекся от своих мыслей об опасной красавице. Теперь его воображение всецело занимало только одно — что из магических чудес он мог увидеть на аукционе. Глупых надежд, что у него получится что-нибудь оттуда тиснуть или, что еще нелепее — купить, он не питал.
Но одной только возможности взглянуть на сокровища магии уже стоили всего того дерьма, что стремительно летело в сторону его скромной персоны.
— Сюда!
Адель с силой потянула его внутрь какого-то помещения, откуда они, уже спустя мгновения, вышли в некое подобие технического коридора. Какие-то трубы, бесконечные лестницы, все шумит, грохочет, а Алекс стоит и едва не пускает детскую слезу.
— Там же…
— Я потом каталог тебе покажу, — Адель решительными движением дернула какие-то бретельки на наряде, что-то там нажала, где-то потянула и вот уже вместо коктейльного платья с глубоким декольте, она стояла в легкой майке и недлинных бриджах. — На картинки посублимируешь.
 
— Фу как грубо…
Алекс только поправил галстук.
Адель посмотрела на него с нескрываемой завистью.
— Вроде мы живем в веке победившего феминизма, а все одно — вы, парни, хоть в грязи можете валяться в своих прикидах, а нам приходится под каждый случай подбирать что-то удобное.
— Просто у нас меньше выступающих частей тела, — пожал плечами Алекс. — а еще мне, вот, к примеру, без разницы в чем…
— Не важно, — перебила Адель и достала еще один пистолет. А второй-то, демоны и змеи, она где хранила? — Посол сейчас направиться в уборную.
— Откуда такая уверенность?
— Тоже неважно, — девушка подвязала волосы и указала куда-то вслед за самой толстой трубой. — мы проникнем в уборную сверху. Твоя задача — выйти в коридор и заболтать его охранников, пока я узнаю все, что мне нужно узнать. 
— Ты знаешь, я все сильнее начинаю сомневаться, что я вообще нужен в этой операции. Ты, вроде как, прекрасно справляешься и без меня. И не надо мне про демона — уверен, ты бы и мага фейри завалила бы со своей-то алхимией, Геральт ты в юбке.
— Геральт?
— Не важно, — с довольным видом, вернул фразу обратно Алекс.
— Поверь — у тебя в этом плане центральная роль, — после короткой паузы произнесла Адель. — а теперь поторопимся. У нас есть всего несколько минут до того, как подействует яд в шампанском посла.
— О, так мы играем в эту игру не вдвоем? Кто успел? Тот эльф? Или зверолюдка бармен? Хотя, о чем я. На дирижабле Синдиката, скорее всего, достаточно тех, кто работает на Синдикат. Забавно, да? 
Адель молча отодвинула Алекса плечом и пошла впереди. 
  
Глава 29
 
Глава 29 
— Ты знаешь, у меня есть небольшая детская травма, связанная с канализацией, — Алекс с сомнением посмотрел на изгиб фановой трубы, вдоль которой они шли последние несколько минут.
Демоны и змеи! Этот дирижабль реально обладал какими-то несуразно большими размерами. Интересно, сколько у.е.м. стоило техномагам, чтобы поднять его в воздух и сколько магического топлива он расходовал за час полета.
Отсюда следующий вопрос — как много, в реальности, денег имелось у Синдиката, чтобы закатывать такие вечеринки.
— Ты провалился в люк?
— Типо того, — уклончиво протянул Дум. — в люк с очень злобным, неприятным орком, решившим меня отхреначить. Но, кстати, я ему не дался.
— У тебя, кажется, одна проблема — орки.
— Я их просто недолюбливаю.
— Ты не любишь орков, фейри, очевидно — вампиров и светлых магов, а еще фараонов и… Слушай, Алекс, а есть вообще те, к кому ты относишься с теплотой?
— Кошки.
Адель сперва улыбнулась, а затем нахмурилась.
— Я серьезно.
— Я, проклятье, тоже, — чуть было не воскликнул Алекс. — и почему никто мне не верит, что у меня есть приют для кошек.
— Из которого ты порой кого-нибудь воруешь?
Дум скрипнул зубами и закатил глаза.
— Это был удар ниже пояса, малыш.
— Знаешь…
— Что? Сейчас будешь рассказывать мне какие муки меня ждут?
— Нет, — она притянула его за галстук и поцеловала. — мне начинает это нравиться… малыш.
Женщины…
Крыть было нечем, так что, прокашлявшись Алекс указал на уходящую сквозь многотонные листы стали трубу.
 
— И что делать дальше? Будем косплеить побег из Шоушенка? Я, если что, сквозь километры говна пробираться не очень собираюсь. Даже за триста тысяч кредитов.
— Побег откуда… хотя даже не отвечай. Я, наверное, и знать-то не хочу. Так что — действуй.
Алекс чуть было не переспросил — действовать? Но, благо, проклятье енотов пока еще обходило его стороной. Вместо вопроса Дум просто указал на трубу, затем на себя, а затем снова на трубу.