Коллектор (ЛП)

— Значит ты поступил. Это мило! — сияет Чарли.
Я встречаю ее взгляд и медленно отвечаю:
— Круто.
— Круто что? — спрашивает она в замешательстве.
— «Круто», что я поступил, а не «мило», — девчонка отводит взгляд и я понимаю, что обидел ее. Дерьмо. Чтобы оказать плохое влияние на эту девочку, я должен ей нравиться. — С другой стороны, что я понимаю? — это жалкая попытка заставить ее чувствовать себя лучше, но все же Чарли оживляется.
— Нет, ты прав. Это кру-у-уто.
Я хватаю ее за руку и тяну к себе.
— Давай просто пойдем в класс, хорошо?
***
Три мучительных часа спустя, я иду на обед с Чарли. Раньше думал, что учителя — идиоты, и два года спустя убеждаюсь в своей правоте.
Дети высыпают из четырех коридоров, ведущий в кафетерий. Верхнее освещение такое яркое, что заставляет щуриться. Кто-то визжит, и я лично готов убить грызуна такого рода. Но это Чарли. Судя по всему, кто бы ни шел к нам, именно он вызвал у нее такую истерическую реакцию.
— А вот и моя Чар-Чар, — тянет девушка, приближаясь к нам. Она такая же высокая, как и я, только в два раза толще. Чарли обнимает девушку-амазонку, а затем поворачивается ко мне.
— Данте, это Аннабель.
Нет. Ни за что. Это имя зарезервировано для изящных и элегантных девушек, а не для «этого». Эта девушка… чудовищна.
— Аннабель, — говорю я. — Тебе подходит.
Аннабель смеется глубоким смехом и обнимает Чарли. Тут же представляю как девчонка ломается в этих объятиях.
— Да? Потому что я всегда думала, что Годзилла подошло бы мне.
Захожусь хохотом. Чарли бросает на меня взгляд, как будто я сделал что-то ужасное, но я решаю, что мне нравится ее подружка. В ней чувствуется огонек. И что-то подсказывает мне, что ее душа уже несколько раз отмечена.
— Кстати, классная обувка, — говорит Аннабель.
Она смотрит на мои ярко-красные кроссовки, те, которые я почти никогда не снимаю. Поворачиваю ногу из стороны в сторону, чтобы она могла получше рассмотреть. Они и правда потрясные.
— Спасибо.
— Ты только что переехал сюда?
Короткие черные волосы Аннабель выглядят как шлем, а тяжелая прямая челка прочерчивает четкую линию на лбу. Ничто не движется, пока она говорит.
— Да, и его мама дружит с моей бабушкой, — говорит Чарли прежде, чем я успеваю открыть свой рот. — Он позавтракал с нами сегодня утром.
— Это правда? — Аннабель смотрит на меня с обвинением в зеленых глазах. Она не думает, что я буду в их компании и не хочет, чтобы я сделал Чарли больно. Как трогательно. — И теперь ты собираешься сидеть с нами за обедом?
— Ага, — говорю я. — Так, что должен сделать парень, чтобы здесь поесть?
Несколько минут спустя я сижу с Чарли и Аннабель и смотрю на картонную еду на подносе из пенопласта. Срочно билет в один конец на кухню бабушки Чарли, пожалуйста. Я уже собираюсь предложить это, когда к Чарли подходит какой-то парень и садится рядом с ней.
— Привет, — говорит он тоненьким голосом.
— Блу, — Чарли сжимает его руку.
Меня удивляют ее друзья. Чарли не производит впечатление девушки, у которой есть друзья, тем более не один. Парень обнимает ее. Что не так с этими людьми, использующими ее в качестве костыля?
— Я завалю химию, — говорит он, с видом сдувшегося воздушного шарика. Парень тощий и бледный как уличный фонарь, обтянутый кожей. Мне хочется отвести его в сторону и рассказать о солярии. Или о лосьоне для загара. Без разницы.
— Ни за что, — говорит Чарли. — Я помогу тебе.
Блу или как там его смотрит на Чарли большими голубыми глазами и улыбается, как идиот. Я знаю такой взгляд. Так смотрят или перед сексом, или перед разбиванием сердец.
— Правда? Это было бы здорово. Я не знаю, почему у меня все так ужасно. Наверное, я недостаточно умен. Или учитель ненавидит меня.
Чарли поглаживает парня по спине. Медленное произношение и упаднический настрой парня напоминают мне Иа из «Винни Пуха». Мой папа любил Винни Пуха. Когда мне было двенадцать, я случайно отломил ручку от папиного бокала с Винни Пухом, а на следующий день он наклеил на нее две новых. Он называл это страховой политикой. Мой папа всегда делал смешную ерунду вроде этой.
 
Блу вертит светловолосой головой, будто расслабляет шею, но в действительности он просто кажется пьяным. Бьюсь об заклад, что когда у этого парня проблемы, он закрывается в своей ванной и плачет. Аннабель достает пакет с пончиками с сахарной пудрой из сумки и бросает их Блу. Они ударяются о его грудную клетку.
— Ловко поймал, — фыркает Аннабель.
Блу берет пончики и ест их один за другим, а где-то между шестым и седьмым замечает меня.
— Привет, — говорит он, как будто я не сидел здесь все время.
— Привет.
Блу смотрит на меня, а потом на Чарли, как будто не может понять, какого черта я сижу рядом с ней. И я тоже, брат.
— Чарли, ты собираешься представить его? — бормочет он.
— М-м-м, — Чарли перестает пить свою неоново-оранжевую содовую. — А, да! Боже! Извини! Это Данте. Он только что переехал сюда.
Чарли широко мне улыбается. Пытаюсь ответить тем же, чтобы не разочаровать ее.
— Сегодня утром Данте завтракал с Чарли, — медленно добавляет Аннабель, поймав взгляд Блу.
Блу кивает головой в сторону Чарли. Значит, он может двигаться быстрее. Даже быстрее, чем на его лице появляется обида.
«Расслабься, — хочу я сказать. — Этого никогда не случится».
Глава 4
Мечтательница Чарли
Я смотрю на то, что осталось от моей еды — а это большая ее часть — когда Чарли встает из-за стола. Она берет поднос, и я думаю, что она собирается выкинуть этот мусор туда, где ему самое место. Но девушка сбрасывает остатки в салфетки и кладет их в свой рюкзак. Я даже не могу переварить это барахло, а она собирается закусить этим позже.
Аннабель прекращает обсуждать с Блу вчерашнюю игру «Никс» и смотрит на Чарли.
— Ты идешь туда, куда я думаю? — Чарли прикусывает пухлую нижнюю губу. Аннабель кивает. — Я так и думала.
Я задеваю Чарли плечом, и она смотрит на меня с удивлением.
— Куда ты идешь?
Чарли вздыхает, но не говорит ничего.
— Ну же. Выкладывай.
Блу бросает на меня предупредительный взгляд и мне интересно, что он собирается мне сделать со своими ста футами. Чарли может быть моим заданием, но это не значит, что я должен быть от этого в восторге. Будет лучше если все так и останется.
— Я собиралась зайти в кабинет журналистики.
Чарли говорит это так тихо, что мне приходится наклониться, чтобы услышать ее. Ненавижу мямлей. С меня достаточно Блу с его вечным бормотанием. Нам не нужны два бесхребетных человека за этим столом.
— Говори громче, Чарли, — говорю я. — Если тебе есть что сказать, говори вслух.
Блу фыркает. Смотрю на него и вскидываю брови. Он выдерживает мой взгляд на мгновение дольше, чем я ожидал, затем опускает глаза. Так я и думал.
Чарли вздергивает подбородок и говорит громче.
— Я иду в кабинет журналистики смотреть трансляцию, — она кивает. — Да.
Улыбаюсь ей и встаю из-за стола.
— Ну, давай сходим.
— Ты хочешь пойти? — спрашивает девчонка, округлив глаза.
— Конечно, почему нет? Что еще мне делать?
«Кроме того, чтобы запечатать твою душу и утащить в ад».
— Супер! — Чарли награждает своих друзей «О, Боже мой! Он идет со мной!» взглядом и оглядывается в мою сторону. — Это на другой стороне здания, рядом со спортивным залом. Мы можем просто… уйти отсюда.
Люди смотрят, как мы с Чарли прокладываем себе путь через длинные, похожие на скамейки столы. Они наклоняются друг к другу и перешептываются. Группа девушек хихикает, и одна задорно машет мне рукой. Вернусь за ними попозже. Я должен забрать душу Чарли, но это не значит, что мне не прядется выполнять свою работу. Если бы я мог выполнить это задание и заодно отметить тонну душ, повышение точно будет у меня в кармане.