Ститч (ЛП)

– Кто все это сделал?
– Кто-то, кто знает, что ты важна для меня, поэтому они попытаются использовать тебя, чтобы добраться до меня. Я не могу этого допустить, так что тебе придется остаться в клубе, пока мы не разберемся с этим делом, – объяснил я.
– Сколько времени это займет? – она фыркнула с вызовом.
– Не знаю. Может быть несколько недель. Может быть и больше.
– Ты не можешь так поступить со мной. Не сейчас, Гриффин, – взмолилась Эммерсон. – Я наконец-то сбежала от дедушки, и теперь ты хочешь, чтобы я собрала свои вещи и поехала в твой мотоклуб?
– И что ты собираешься делать, когда они постучат в твою дверь? Они придут. Ты можешь на это рассчитывать, и это не кучка парней из братства, о которых я говорю, Эм. Они убьют тебя, но только после того, как изобьют и изнасилуют.
– Перестань меня пугать!
– Я только говорю тебе правду.
– А как же мои занятия? – спросила она.
– Мы что-нибудь придумаем... онлайн-занятия или что-нибудь в этом роде. Майк поможет тебе разобраться с этим, как только мы тебя устроим. А сейчас мне нужно, чтобы ты собрала свои шмотки. Мы уезжаем через пятнадцать минут, – приказал я.
– Это безумие, Грифф.
– Может и так, но ничего не поделать. Ты знаешь, что ты для меня все, и я должен обезопасить тебя.
Она молча сидела с хмурым выражением лица, обдумывая все происходящее. Я знал, что у нее здесь все хорошо, и было понятно, почему она злится. Новость шокировала ее. Черт возьми, она даже никогда раньше не была в клубе. Эта часть моей жизни всегда была закрыта для нее, и теперь я требовал, чтобы она бросила все и погрузилась в мой мир.
Это было не совсем справедливо, но Эммерсон была умной девушкой. Она знала, что я не просил бы ее об этом, если не будет другого выхода. Не говоря ни слова, она встала из-за стола и направилась в свою комнату. Через двадцать минут она вышла оттуда с двумя большими сумками.
– Просто, чтобы было ясно... Я не в восторге от этого, и тебе нужно попросить мистера Майка или кого-то еще, чтобы он настроил мне интернет для работы. Я не собираюсь все бросать только потому, что какие-то придурки хотят причинить неприятности вашему клубу.
– Понятно, – сказал я ей, забирая сумки.
– А в этом клубе есть симпатичные парни? – спросила она, улыбаясь.
– Просто садись в машину, Эммерсон, – приказал я.
– Ты же знаешь, что дедушка будет в бешенстве, если узнает об этом, – предупредила она.
У меня не было времени беспокоиться о такой ерунде, поэтому решил проигнорировать ее комментарий и направился к своему мотоциклу.
К тому времени, как мы вернулись в клуб, большинство парней уже ушли, чтобы позаботиться о своих семьях. Эммерсон неохотно последовала за мной по коридору, явно нервничая из-за того, что оказалась здесь. Ее глаза беспокойно обежали комнату, пока она пыталась освоиться с новым окружением. Мне было приятно видеть, что Гардрейл сдержал свое обещание, и комната Эммерсон была готова к нашему приходу. Обстановка была простой, только кровать, телевизор и маленький письменный стол в углу, но я рассчитывал, что ей не придется задерживаться здесь надолго. Когда все уляжется, она сможет вернуться в колледж и закончить учебу. После того как я помог ей разобраться с вещами, я направился к двери и сказал:
– Мне нужно кое о чем позаботиться.
– Подожди! Ты уходишь от меня? – спросила Эммерсон, ее глаза расширились от беспокойства.
Я знал, что она взволнована, и потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к обстановке клуба. Но со временем она все поймет, и мои братья будут там, чтобы убедиться, что у нее есть все, что нужно.
– Я ненадолго отлучусь.
– Можно мне с тобой? – спросила она. – Пожалуйста.
– Ты сможешь держать рот на замке? Никаких вопросов? – Спросил я.
– Не знаю, но постараюсь, – улыбнулась Эм.
Она не удержалась бы, но я все равно позволил ей пойти со мной.
Времени было не так уж много, чтобы изучить весь конверт с информацией о Уайатте и его матери, который мне дал Большой Майк, но я увидел достаточно. Я прочел отчет о том, что случилось прошлой ночью, когда Уайатт появился в закусочной, и даже со всеми синяками мальчика, его отцу удалось сохранить право на посещение. Как и обещал, я приехал туда, чтобы убедиться, что ничего не случилось.
 
Мы просидели у дома Майкла почти двадцать минут, когда Эммерсон наконец спросила:
– Это те парни, которые охотятся за твоим клубом?
– Нет.
– Ладно, тогда что мы здесь делаем? – с любопытством продолжила она.
– Я сказал никаких вопросов.
– Ну же, Грифф. Ты должен мне объяснить. Я имею в виду, серьезно. Ты же понимаешь, что это немного странно, что мы просто сидим здесь в темноте, глядя на этот дом, как будто мы ждем взрыва какой-то бомбы, – суетилась она.
– Просто присматриваю за всем, – объяснил я.
– Зачем? Сделка с наркотиками? Возможная перестрелка? – спросила она, подталкивая меня локтем.
– Ты слишком много смотришь телевизор.
– Ты заноза в... – начала она, но тут же закрыла рот, увидев, что машина Рэн въехала на подъездную дорожку.
Она молча смотрела, как Уайатт открыл входную дверь дома и подбежал к матери. Ее лицо просияло, когда он обнял ее маленькими ручками за талию и крепко обнял. Моя грудь сжалась, когда я смотрел на них вместе, понимая, как сильно они оба заботились друг о друге. Рэн поцеловала сына в макушку и повела к машине. Ни один из них не заметил Майкла, стоявшего у входной двери, когда они выезжали на дорогу. Наконец он закрыл дверь, и, не теряя времени, Эммерсон повернулась ко мне и спросила:
– Может ты расскажешь, что все это значит?
– Нет, – ответил я, заводя мотоцикл.
Как я мог объяснить ей это, если сам ничего не понимал?
Глава 7
Рэн
Прошло три дня с тех пор, как я забрала Уайатта от его отца, и ребенок полностью закрылся в себе. Подобно черепахе, спрятавшейся в панцире, он отгородился от окружающего мира, и с течением времени все больше и больше замыкался в себе. Вспоминая тот вечер у Майкла, я не могла перестать думать о выражении облегчения на лице Уайатта, когда увидел меня стоящей на подъездной дорожке. Я знала, что что-то не так. Мой маленький мальчик был напуган... напуган до ужаса, и я не сомневалась, что Майкл был причиной этого.
Я перепробовала все возможное, чтобы заставить Уайатта поговорить со мной об этом, но все было бесполезно. Знала, что это отчасти из-за его синдрома Аспергера. Ему всегда было трудно говорить о вещах, которые его беспокоили, но на этот раз это было нечто большее, чем его трудности с разделением своих чувств. Видела это по его лицу... он пытался защитить меня, думая, что случившееся может расстроить меня.
Я пыталась убедить его, что ему не нужно беспокоиться, но ничего не получалось. Вместо того чтобы просто поговорить со мной, он стал отстраненным, подавленным и грустным. Он даже потерял интерес к своим видеоиграм и просто сидел на диване, не отрывая глаз от телевизора. Мое сердце разрывалось, когда видела его боль, и ненавидела себя за то, что не могла сделать хоть что-то, чтобы помочь ему. Я ломала голову, пытаясь понять, что Майкл мог сделать или сказать, но знала, что это бессмысленно. Если Уайатт не откроется мне, я ничем не смогу ему помочь.
У меня кончились идеи, пока однажды не заметила, что Уайатт роется в моей сумочке в поисках маленького телефона, который байкер дал ему у кинотеатра. Лицо ребенка просияло, когда он нашел мобильник, и широко улыбнулся, изучая его.
 
– Уайатт, – осторожно сказала я. Он быстро повернул ко мне голову, страх отразился на его лице, и он крепко сжал телефон в руке. – Нам нужно поговорить об этом телефоне.
– Хорошо, – ответил он, разочарованный тем, что его поймали.
– Уайатт, я думаю, что это хорошая идея, и у тебя должен быть телефон, особенно когда ты идешь к своему отцу. Однако я считаю, что мы не должны пользоваться именно этим мобильником. Подарок продуманный, но...