Фиктивный брак или Как влюбить куратора (СИ)

Когда куратор шёл по коридору мединститута, из аудитории доносились призывы о том, чтобы уйти с пары по прошествии пятнадцати минут.
Мужчина усмехнулся, потому как от этого времени прошло лишь две, на которые его задержала секретарша — Надежда Ивановна.
Когда мужчина резко открыл дверь в аудиторию все замолкли и изобразили страдание и боль от того, что планы пойти в кафе сорвались.
Денис Владимирович невозмутимой уверенной походкой прошёл к столу и обьявил тему лекции.
— Интерстициальный нефрит. Вашем заданием было ознакомиться с видами данного почечного заболевания и их краткой характеристикой. Анищенко,…
Куратор обратился к парню в дальней части аудитории, который оживлённо беседовал с какой-то барышней. Когда прилизанный блондинчик по имени Алексей Анищенко услышал своё имя, он прекратил свою дискуссию и отчаянно пытался вспомнить то, что могло бы оказаться ответом на поставленный профессором вопрос.
Он и его сокурсники напрягали свою память минут десять под пристальным взглядом куратора, однако эту обстановку разбавил скрип входной двери.
Ковальская заглянула в аудиторию, и отметив, что Денис Владимирович не обратил на неё никого внимания и, скорее всего, попросту не заметил тихо направилась к ближайшей парте.
— Алиса Ковальская, встаньте пожалуйста- ледяным тоном разрезал тишину мужчина.
Студентка поднялась с более смелым видом, чем обычно в подобных ситуациях и посмотрела на профессора.
— По какой причине вы опоздали на двадцать минут?
Ковальская несколько поразилась такому вопросу, уж её фиктивному муженьку было прекрасно известно, почему она опоздала. Студентка, можно сказать, героически пожертвовала минутами своих занятий, дабы не нарваться на слухи.
Пока девушка думала о несправедливости вопроса, куратор всё ещё ожидал ответа, хотя Ковальская надеялась, что вопрос всё же риторический.
— Алиса, я всё ещё хочу получить от вас ответ.
— Я…мне просто попался один непорядочный таксист, который не довёз меня до института.
Мужчина бестрепетно вскинул брови и, подняв указку со стола, обратился к студентке.
— Попробуйте в следующий раз формулировать адрес более точно, Ковальская. Как к опоздавшей, у меня к вам второй вопрос: какие вам известны характеристики интерстициального нефрита?
Студентка, закусив губу, задумалась.
— Ясно- сухо процедил Макеев, глядя на студентов и своих подопечных в одном лице.
— Тубулоинтерстициальный нефрит и пиелонефрит — неожиданно ответила Ковальская.
Куратор бросил на неё взгляд и подошёл чуть ближе к партам.
— Хорошо, Алиса, может вы сможете охарактеризовать данные виды? — с вызовом спросил мужчина.
— Ну при тубулоинтерстициальном нефрите возникают иммуновоспалительные поражения интерстиции и канальцев почек, а пиелонефрит характеризуется поражением почечной лоханки и чашечек.
— И?
— И…вещества почек, чаще межуточной ткани.
— Верно, Алиса, неплохо, — сдержанно похвалил преподаватель девушку.
— Чтож, тогда продолжим разбирать особенности данной классификации, — обратился куратор уже ко всей аудитории.
После окончания первой пары все студенты начали оживлённо собираться и переговариваться о планах на вечер.
— Алиса, задержись пожалуйста сейчас, — попросил куратор, снимая анатомические плакаты и изображения почек с доски.
Ковальская нехотя согласилась, и сразу же столкнулась с презрительным взглядом со своей сокурсницы — Иры Патуевой, которая кажется имела какие-то виды на преподавателя патанатомии. Невольно студентка задумалась о том, что от этой авантюры с браком ряды недоброжелателей среди первокурсниц, которые вечно влюблялись в преподавателей, теперь пополнятся и Иркой. Когда аудитория опустела от студентов, Ковальская подошла к профессору.
— Денис Владимирович, — решила начать разговор студентка, — вам не кажется, что ваша придирка была, как бы это сказать… несправедливой?
— Нет, Алиса, мне так не показалось, — бесстрастно ответил мужчина, подписывая какой-то очередной документ.
Студентка хотела было возразить, но преподаватель положил перед ней бархатную коробочку, в которой было явно что-то неприлично дорогое.
   
10. Экзамен любой ценой
 
Ковальская удивлённо распахнула глаза, пялясь на бархатную коробочку, и, кажется, намеревалась долго подбирать слова.
Куратор с невозмутимым видом оторвал взгляд от документов и внимательно посмотрел на студентку, искренне не понимая, что же всё-таки вызвало её подобную реакцию.
Алиса подняла ошарашенный взгляд на Макеева и, все её вопросы читались без слов.
— Что это? — как можно сдержаннее спросила Ковальская.
— Кольцо.
— Но у меня же есть уже — студентка кинула взгляд на сумку, в которой, вероятно, находилось олицетворение всей этой авантюры.
— Алиса, если начнут докапываться до мелочей, а моя экс супруга это умеет, могут появиться какие-то вопросы. Не хочу рисковать и лишний раз демонстрировать Диане, что это фикция.
— Диана это…?
— Моя бывшая жена, — пояснил куратор.
— И каким же образом она поймёт что это фикция?
— Я думаю, что когда она узнаёт о браке, хотя скорее всего, она уже узнала, она сразу догадается, что это фикция. Решающий фактор в том, что у неё нет доказательств. Так что, нужно, чтобы всё было гармонично.
— Денис Владимирович, я не могу принять это кольцо, это слишком… дорого.
— Алиса, чтобы тебе было спокойнее, не забывай, что я это делаю не для тебя, а для дела.
Ковальская хотела бы с этим согласиться, только, как-то это задевало её самолюбие. Студентка с демонстративным видом надела кольцо и показала руку куратору.
— Всё? — с наигранной улыбкой поинтересовалась Ковальская.
— Да, спасибо, Алиса, — с чуть заметной усмешкой ответил куратор.
— Могу идти? — всё с таким же наигранным восхищением спросила Ковальская.
— Да, иди.
Ковальская быстрым шагом вышла из аудитории и хлопнула дверью. Мужчина проследил за ней взглядом и погрузился в работу.
Студентке потребовалось около недели, чтобы привыкнуть вовремя надевать и снимать кольцо, чтобы этого никто не замечал. Правда один раз она всё-таки забыла его снять и пришла так в институт. Когда же её сокурсники радостно спросили когда свадьба, Ковальская ляпнула, что надела его в клуб, чтобы никто не приставал и забыла снять. Пускай и не с первого раза, но студентке удалось добиться того, чтобы все в это поверили. Вообщем-то Ковальская не находила надобности носить его, когда до заседания суда оставалось ещё полтора месяца, но резонно рассудила, что спорить с куратором по этому вопросу крайне нелогично и небезопасно.
Всю эту неделю Денис Владимирович возвращался домой глубокой ночью, потому как задерживался в институте допоздна, проверяя свою диссертацию для получения докторской степени. Иногда его встречала дочка и Алиса, но зачастую Ковальская возвращалась позже куратора.
Денис Владимирович, не требовал объяснений, согласно их договорённости, однако его не мог не напрягать тот факт, что студентке должно быть не остаётся времени на учёбу.
Когда мужчина работал в кабинете, было далеко за полночь, как обычно за дверью рабочего кабинета послышались шаги. Ковальская тихонько пробиралась в свою комнату в кромешной темноте, не включая свет, чтобы не разбудить Вику. Когда Алиса вот, так приходила, девочка часто спускалась встречать её из своей комнаты, хотя отец был уверен, что та уже спит.
Куратор встал из-за письменного стола и открыл дверь в коридор. Из-за резко-брызнувшего в глаза света, Ковальская сощурилась и подняла руку, загораживаясь от света.
 
— Добрый вечер, Денис Владимирович — прошептала студентка.
— Скорее, добрая ночь, Алиса. Я, конечно, не хочу тебе, почти врачу, рассказывать о пользе сна, просто напомню, что завтра ты сдаёшь экзамен по моему предмету.
— Да, я помню, Денис Владимирович, спасибо- отмахнулась Ковальская и побрела в комнату.