Безудержный ураган 2 (СИ)

Вальдары прочесали местность и вскоре обнаружили еще шесть коров. Бруснир хотел было отправить их в лагерь через портал, но не знал, как на такую магию отреагируют животные. Учитывая, что среди них был один бык, вальдар побоялся его реакции на выходе из портала. Как бы не учинил погром в лагере. А потому Бруснир отправил двоих вальдаров отогнать стадо к месту их стоянки, а потом нагнать отряд.
Остальные снова тронулись в путь. Бруснир поравнялся с Элерией и попросил:
— В следующий раз ты не могла бы не нестись вперед, как сумасшедшая, а подождать меня?
— Постараюсь, — рассмеялась талийка. — Прости. Просто я теперь острее чувствую чужую боль, и мне немедленно хочется ее прекратить.
— В этом мире не появилось ничего ценнее тебя. Ты должна беречь себя или, по крайней мере, не мешать делать это мне.
Элерия посмотрела на него пристально и спросила:
— Ты так говоришь только из-за моих новых способностей?
Вальдар не отвел взгляда и ответил:
— Нет. Я бы думал также не будь в тебе ни капли магии, как при нашей первой встрече.
Щеки Элерии вспыхнули ярким румянцем, и она опустила глаза, что-то сосредоточенно высматривая на гриве серой в яблоках лошади.
Весь оставшийся день путешествие проходило без приключений. Бруснир предполагал, что такое везение сопутствует им благодаря степной местности. К ночи разбили лагерь и спокойно переночевали, конечно, не без удвоенного дозора. Только со стороны реки Тары часов до трех ночи доносился чей-то вой. Но было это столь далеко, что не стоило опасаться нападения. На следующий день продолжили путешествие, и к обеду перед вальдарами раскинулось огромное старое кладбище. Группа остановилась перед ним. Шаймор поравнялся с Брусниром и присвистнул:
— Я не хочу знать, что могло выродиться здесь после Бреши. Обойдем?
— Это было бы проще, — покачал головой Бруснир. — Но отсюда до Фаренхада рукой подать. И если мы хотим поселиться в этом городе, то нужно убедиться, что здесь не обитает ничего жуткого.
— Эх, чую мы об этом пожалеем, — предупредил Шаймор.
Зловещий могильник настораживал и Бруснира, но именно поэтому его стоило проверить. Вальдар тронул коня и первым пересек границу гигантской усыпальницы. К жуткой тишине это нового мира никто до сих пор не успел привыкнуть. Ни пения птиц, ни стрекота насекомых. Но здесь это казалось особенно жутким. Сегодня как назло совсем не было ветра. Обычно он единственный весело гудел и посвистывал, разбавляя своей музыкой противоестественное молчание мира. Только молчаливый Танос в зените уже по-летнему припекал, да камни похрустывали под копытами лошадей.
Бруснир услышал первым и резко остановил коня: из-под земли со всех сторон доносился легкий хруст. Едва различимый он с каждой секундой набирал силу, приближаясь. Бруснир спрыгнул на землю, и в этот миг из нее вылезла первая костлявая рука.
— Всем спешиться! Готовьтесь к бою! — приказал командир и хлопнул по плечу ближайшего вальдара. — Уводи лошадей.
Тот снова вскочил в седло, отъехал назад и засвистел простенькую мелодию. Тренированные животные направились за ним.
Из земли лезли трупы. Бруснир обернулся к Элерии.
— Будь рядом, — и добавил уже всем. — Это хокс.
— Не может быть, хоксы охотятся только по ночам. Нежить не выносит света Таноса… — быстро заговорил Шаймор.
— Это перерожденный хокс, — отрезал Бруснир. — И от него всего можно ожидать.
Словно в подтверждение его словам, на приличном расстоянии от воинов из земли выполз Хокс. Уродливое тщедушное существо с зеленой кожей и огромным каплевидным пузом. Оно повернуло к ним маленькую головку и подняло длинную худую лапу, указывая на них. Отдало приказ нежити нападать.
Обычный, даже матерый хокс, не может поднять за раз больше трех десятков трупов. Этот собрался разбудить, кажется, весь могильник. Десятки мертвецов уже вылезли на свет и все новые и новые вонючие и безобразные тела продолжали покидать землю.
— Построиться вкруговую! — скомандовал Бруснир и схватил Элерию за руку. Аккуратно толкнул к себе за спину и за спины остальных воинов, которые мгновенно построились почти ровным кругом.
 
Элерия хотела сглотнуть, но у нее ничего не вышло — в горле пересохло. Оказавшись за спинами вальдаров, талийка почти не видела что происходит за пределами круга. И от этого было еще страшнее.
Вскоре зазвенели мечи, и вальдары несколько расступились, оставляя себе место для маневров. Монстры напали. И было их много. Слишком много.
Хокс наблюдал издалека. Сам по себе он слаб и уязвим, и поэтому всегда использует свою армию, как для защиты, так и для нападения. Но если убить хокса, то его нежить сразу падет, лишенная магической подпитки. Только добраться до него крайне сложно…
Армия мертвецов взяла вальдаров в плотное кольцо. Воины пока отбивались, но трупы продолжали прибывать.
— Да сколько же силы у этого хокса?! — прокричал Шаймор.
Бруснир пробурчал себе под нос несколько проклятий.
Перескочив через спины своих сородичей, одна из костлявых тварей с почти полностью сгнившей плотью вцепилась зубами в плечо одному из вальдаров. Элерия тут же почувствовала чужую боль и, как только воин скинул и зарубил мерзкую тварь, подошла со спины и быстро исцелила рану. И тут же ощутила, что нужна в другом месте — там чья-то жизнь стремительно гасла.
Другому вальдару мертвец располосовал горло когтями. Воин упал на спину, и Элерия едва успела подбежать к нему и начать лечить. Тварь прорвалась внутрь круга. Талийка успела выхватить свой кинжал и выставить перед собой. Мертвец напоролся на него, но не сдох, продолжал тянуть к ней свои смердящие лапы. Кто-то подоспел на помощь и отрубил ему голову. Элерия даже не успела рассмотреть кто это был. Вернулась к лечению и с трудом успела исцелить страшную рваную рану на горле вальдара. Он успел потерять много крови, и потребовалось приложить дополнительные усилия, чтобы поднять его на ноги.
Мертвецы смяли одну из сторон построения вальдаров, разделив их на две части и оттеснив друг от друга. Бруснир обернулся, Элерия оказалась далеко от него, и пробиться к ней сейчас не было никакой возможности. Нежити по-прежнему было слишком много и вальдары проигрывали это сражение. Еще немного и все они пополнят ряды мертвых марионеток.
Оставался единственный шанс на спасение — убить хокса. И Бруснир направился к нему, на ходу срубая головы, бросающимся на него тварям. Отбиваясь с обеих рук, мечом и кинжалом, он каким-то чудом уворачивался от цепких зубов и острых когтей и почти добрался до хокса. Зеленого хозяина этого «карнавала» защищала приличная толпа мертвых тварей, самых свежих, самых сильных.
Бруснир спрятал оружие, оставляя себя совершенно беззащитным в случае нападения со спины и делая ставку только на то, чтобы добраться до цели. Ударил огненным смерчем с обеих рук, выжигая все, что попадалось на пути этого вихря. В освободившийся просвет проскочил сам, на ходу выхватывая меч. Хокс запустил в него ледяной глыбой размером с него самого. Вальдар мгновенно создал перед собой щит, и он выдержал удар. Ледышка ударилась об него и отскочила, а магический щит с легким треском распался.
Хокс швырнул еще три глыбы подряд, но чуть поменьше. Бруснир отпрыгнул в сторону, ушел перекатом от чуть не вцепившегося в бедро мертвяка и оказался рядом с Хоксом. Замахнулся, ударил. Зеленое чудовище с тихим шуршанием ушло под землю. Бруснир только успел отрубить несколько пальцев на лапах, которые монстр выставил вверх проваливаясь.
Хокс снова появился из-под земли, но уже очень далеко от Бруснира и от всех остальных вальдаров.
 
В гуще боя, Элерию оттеснили от воинов, и она оказалась одна. С разных сторон к ней подступали мертвецы. Девушка достала кинжал и мысленно постаралась приготовиться… К такому нельзя приготовиться. Воображение так и рисовало гнилые зубы, смыкающиеся на шее, разрывающие вены. Гниющие твари бросились на нее.
Бруснир обернулся, будто почувствовал неладное. В его глазах мелькнул страх и мгновением позже решимость. Вальдар выломал силой своей магии дерево, растущее неподалеку и с огромной скоростью протащил через треть кладбища, раскидывая всю нежить, что попадалась на пути. Сзади на него бросился скелет и вцепился зубами в плечо. Бруснир не отвлекся на него. Когда дерево докатилось до Элерии, разбросало всех мертвяков перед нею. Но те, что были сзади и сбоку, вцепились в нее всем скопом.