Скворцы и Проклятые самоцветы (СИ)
— Про Никольскую тебе может Макс рассказать. А вот Белая у нас училась, на Камчатке. Я ее почти не знаю, но наш препод по чарам ее обожал. Знаю только, что маглорожденная.
— Надо же, — пораженно ответила Вася. — А номер у нас какой?
— С нами же Воронцов, — Богдан отпустил друга и кивнул в сторону широкой дороги, предлагая идти вперед. — А Воронцовы всегда первые.
Взгляд Макса не сулил ничего хорошего Богдану, а Вася заливисто хохотала. Сложно представить, что такая, как она — хрупкая на вид, нежная, трогательная, и участвует в дуэльных соревнованиях. И непривычно видеть, как она легко переругивается с Богданом, обсуждает общих знакомых и забавные случаи. Богдан не слишком доброжелателен с посторонними, скорее даже нелюдим. И Макс, на самом деле, не мог понять — он ревнует лучшего друга, или девушку, которая каким-то невероятным образом заставляет его снова и снова смотреть на нее.
С посадочной площадки — летучий корабль уже поднимался в воздух — дорога выходила на аллею, ведущую от ворот Колдовстворца к площади у Административного Корпуса, но они эту аллею пересекли и вышли на кирпичную дорогу, что проходила мимо квиддичного поля к общежитиям. Два женских, для студентов и магистрантов, находились ближе к этому полю.
— Тебе в эти двери, — Богдан махнул рукой в сторону дальнего здания. — Дальше сама справишься?
И парень кивнул на чемодан, который все еще плавно покачивался в воздухе, повинуясь магии Макса.
— Ох, действительно! — спохватилась девушка. — Я ведь уже могу колдовать. Спасибо, мой доблестный рыцарь, дальше я сама.
Вася достала палочку из совершенно незаметного кармашка в широкой цветастой юбке.
— Знаешь, — признался Богдан. — У меня всегда есть подозрения, что у тебя даже в купальнике будет что-то припрятано.
— Волчище. Не переживай. Приличные чистокровные ведьмы на пляж не ходят. Поэтому купальника просто нет.
Богдан, победно улыбнувшись, открыл было рот, но Вася сурово припечатала:
— Один намек на то, в чем купаются приличные или неприличные ведьмы, и я тебя точно побрею.
Макс сдавленно хихикнул, а Богдан и вовсе громко захохотал, привлекая внимание всех, кто шел к общежитиям мимо них.
— Василек, ты неподражаема.
— У меня абсолютно нормальное поведение для девушки из аврорской семьи, с тремя старшими братьями, которую воспитывала бабушка старой закалки, - улыбнулась она.
Макс отменил заклинание, поэтому чемодан Васи плавно приземлился на землю. Три старших брата? Аврорская семья? Вот уж действительно – удивительно.
— Вот и я о том же. Таких, как ты, больше не существует, - убежденно сказал Богдан.
Вася показала ему язык, взмахнула палочкой, невербально превращая валяющийся на земле сухой прутик в некоторое подобие человечка. Тот бодро взвалил на себя чемодан, больше его раз в пять, и пошагал за Васей ко входу в общежитие.
— Это что, трансфигурация? — недоверчиво уточнил Макс.
— О, дружище, — Богдан опять обнял его за шею. — Тебе предстоит много удивительных моментов в ходе знакомства с Василиной Рудецкой. Но да. Это была трансфигурация.
Женское общежитие внутри — паркет, шелковые обои на стенах, обилие малахита и бронзы, плотные ковровые дорожки на лестнице. Как и рассказывал Васе старший брат — много, очень много зеленого. Кажется, даже паркет имеет какой-то зеленоватый оттенок. Главный холл с парадной лестницей, а у самого входа письменный стол и небольшая очередь из новоприбывших. За столом — миниатюрная ведьмочка средних лет, бойко листающая списки учеников.
— Здравствуйте, — улыбнулась Вася.
— Фамилия, — не глядя на нее потребовала ведьма.
— Рудецкая.
— Рудецкая, Рудецкая… нет Рудецких в Московском!
— А я в Тянь-Шаньском.
— Так бы сразу и говорили! — недовольно буркнула женщина. — Группа номер один. Четвертый этаж, первая комната. Следующая!
Вася, еще раз глянув на недовольную ведьму, направилась к лестнице. Наверное, она слишком много времени провела в Средней Азии. У них как-то принято все медленнее делать, с душой, можно сказать. Поэтому и вахтерши у них сидели по двое, ведь правилами приличия надлежало поинтересоваться здоровьем, настроением и сказать пару слов о жаре. И никто сердито не бурчал.
На четвертый этаж пришлось подниматься медленно. Корпуса строили в девятнадцатом веке, ступени парадной лестницы были низкими, как раз, чтобы дамы в длинных юбках могли спускаться без опаски. Но вот она вышла на последний этаж, попав в еще один холл, в этот раз поменьше. Направо и налево расходились одинаковые коридоры, лишенные окон. В комнаты вели массивные двери, а справа от каждой, помимо номера, находилась табличка с именами.
Василина Рудецкая.
Элеонора Никольская.
Екатерина Белая.
Вася уверенно толкнула дверь, проходя в небольшое помещение, которое выполняло одновременно роль и прихожей, и гостиной. Здесь и шкаф для верхней одежды, и диван, и круглый стол у окна. Почти все стены в комнате были заняты пустыми пока полками, только над камином висела картина с горным пейзажем. Дверь направо вела в спальню, и за ней слышались голоса. Вася убедилась, что чемодан в комнату зашел, закрыла за собой дверь и только тогда, замирая от волнения, зашла в спальню.
* – На всякий случай. Поп-культура, или масскультура, культура большинства – это обозначение не только попсовой музыки. Это то направление в культуре, развлечениях, даже в быту, которое характерно в данный момент времени для большинства. И обсуждение поп-культуры в данном случае будет иметь в виду разговор о современных фильмах, музыки в ней, и тому резонансу в обществе, что сопутствует этим событиям. В том числе и популярность актеров, музыкантов и писателей.
========== Глава 2. Скворцы ==========
Аврор — семейное призвание Рудецких. Родовое древо было скромным, всего несколько поколений, но все — признанные защитники Магического Союза. И воспитание в семье было соответственным. В уже почти забытом детстве Васе часто было немного обидно — все девочки в куклы играют, а ее заставляют отжиматься. Но потом втянулась, начало нравиться. В семь лет ее забрала к себе бабушка, и Вася долго привыкала к платьям, строгим прическам и урокам музыки. У бабушки было тем более не до кукол.
Со временем сформировались интересы, которые мало способствовали нахождению подруг. Ее соседки по комнате в шутку называли ее солдаткой. И поговорить, кроме учебы и сплетен, было не о чем. Только на первых своих соревнованиях Вася поняла, что не все девушки такие, как ее школьные подружки. Да и можно ли их называть так? Соседки. Почти попутчицы, которые застряли в одной комнате на пять лет. Именно поэтому Вася волновалась: даже ладошки вспотели. Будут ли это очередные попутчицы, или все же они станут подругами?
Она не сразу увидела их, плотные шторы создавали полумрак в комнате, да и обстановка была достаточно мрачной. Пару раз моргнув, она смогла рассмотреть спальню. Мебель темного дерева, обилие тяжелых тканей — бордо и пыльно-серый. Одна из ее соседок особенно выделялась на фоне старинной роскоши. Блондинка в шортах поспешно вскочила с кровати, привлекая к себе внимание. Она широко улыбалась, вызывая ассоциации с девчонками из голливудских комедий. Вася поняла, что это — Катя, и она любит поболтать, еще до того, как девушка представилась.
— Наконец-то! Ты ведь — Василина, да? Мы ждали тебя, чтобы кровати разделить. Кстати, меня Катя зовут.
Блондинка выпалила все это буквально на одном дыхании, ни разу не запнувшись, и протянула ладонь для рукопожатия. Целый ворох браслетов при этом весело звякнул, а Вася не смогла сдержать восхищенного:
— Как быстро ты разговариваешь…
— Если нужно помедленнее, ты говори, — тут же ответила Катя, крепко пожимая ладонь новой соседки.
Глаза у нее были раскосыми, светло-карими, нос курносым, а на щеках ярко горел румянец. По всей видимости, она краснела так же быстро, как и многие блондинки.