Жнец (СИ)
В дальнейшем изучении остальных частей транспорта, Алира заметила закономерность. У каждой мананитной жилы находились связки еле заметных узелков, а от них выходили узелки еще тоньше, которые переплетались в равномерную сетку, в произвольной плоскости. Сами узлы местами повторялись, но крайне редко. Через некоторое время у меня появилась ассоциация с электрической платой или большим процессором.
Понять как такой агрегат работает не представляется возможным. Это тоже самое, что инопланетяне будут разбираться как работает мой нейроинтерфейс. Совершенно чуждые друг другу технологии и проще придумать с нуля, чем разбираться в «кодинге» другого «программиста».
Но я все же попробовал запустить одну из этих машин. Перепробовав кучу вариантов с подачей импульсов в ту или иную часть, я уже хотел плюнуть ‒ видимо я что-то сломал.
Но когда сел на переднюю скамью, я случайно подал импульс в нее рукой. Машина слегка приподнялась над землей и опустилась обратно, сбоку появился здоровый бело-синий шар, который шарахнул по мне электрической дугой и исчез.
Чтобы я не делал, какие бы импульсы не подавал, сценарий один ‒ шар бил по мне один раз и все отключалось. Глупо было бы надеяться, что у них отсутствует функция «свой-чужой». Да и к тому же я был как обезьяна, которую посадили в электромобиль с ручным управлением.
Поэтому оставив всякие надежды, я просто как повар, шинковать машины как овощи. Теперь зная расположение накопителя, я просто вырезал куб с ним и резал его на равные пластины трех-четырех сантиметров толщиной. Сами же пластины, я превращал в аналогичные квадратные полоски. Конечно, так как я нарезал куб, а накопитель был круглый, следом образовывалась часть отходов, которые были мизерные по объёму и я их смело выбрасывал.
Потратил я на эту процедуру пару часов. Заскучавшей Лилит я дал задание взять более-менее свободных помощников и перетаскать все стекляшки в пустующее помещение одной из казарм. Затем нужно было известить Люцифера, чтобы выдавали эти накопители всем тем у кого нет нормальных. Воодушевленно и по традиции в припрыжку, она убежала выполнять, а я следом занялся горой из автоматов и доспехов.
Доспехи из себя ничего особенного не представляли, то есть никаких дополнительных свойств кроме физической защиты не имели. Выглядели они как латные доспехи, все элементы были литыми, каких-то застежек не было напрочь. Как они их одевали-то? Или выращивали на себе как волосы?
Кристаллы были преимущественно белого цвета, но местами прозрачные. Распыление на этот доспех работало крайне неохотно, а это значит что углеродная кристаллическая решетка в них сжатая и структурированная. Очень крепкий материал, но мой меч подкрепленный тьмой, его так же спокойно разрезал.
Автоматы были куда солиднее, здоровое дуло внутренним диаметром сантиметров пять, массивный приклад и подствольная накладка по совместительству являлись накопителями. Причем они были тоже кондерами, на триста и сто пятьдесят единиц. Восполнение у них было абсолютно аналогичное ядру машины. Вот их точно нужно рассредоточить по всему периметру базы. В крайнем случае можно вынуть накопители и слинять. Надо поговорить об этом с Вельзом и Люцием, пусть займутся организацией и инструкцией.
Когда я закончил с этой кучей, Лилит тыкала пальчиком что нужно перенести длинноухим военным в камуфляже, они как раз забирали последнюю партию. Она развернулась и с лучезарной улыбкой сцепив руки за спиной, широко шагая направилась ко мне. Я заулыбался в ответ и выдал ей еще задание, от которого она сразу посерьезнела. Потому как куча с автоматами и доспехами, была и правда внушительная, как минимум на час-полтора работы. Чтобы все это аккуратно перенести и разложить в продовольственный склад.
С приятным чувством на душе, от того что Лилит работает, я направился в наш дом, на свой чердак. У меня теперь появились ступеньки наверх. Дверь, запирающая мою комнату, отличная широкая кровать с мягчайшим матрасом и шелковыми, черными простынями. Столик, а по бокам два мягких кресла.
Это тоже заслуга Лилит, потому как мне нужно постоянно грузить её работой, если она начинает бездельничать, то почему-то всегда страдаю я, от чрезмерного шевеления тьмы.
Время еще рано, только наступили сумерки, но я все равно раздевшись по пояс, с улыбкой растянулся на мягкой кровати. Предварительно и обязательно заперев дверь.
Размышляя о дальнейших планах, я и не заметил как заснул.
Глава 7
‒ Твою мать, Родин! Ты куда пошел!? Возвращайся к точке отхода! ‒ визжащим голосом орет мне старлей через канал связи взвода, который я тут же отключил.
Плевать! Свое отделение я отправил в зону эвакуации. Скажу что получил ранение в перестрелке, ждал пока наниты отработают и связи не было. «Отбрехаюсь» короче говоря…
Нас отправили в Омск. До вчерашнего момента война и разрушения его обходили стороной, потому и люди здесь жили относительно нормальной жизнью. Но вчера тут разразилась бойня. Концентрированное нападение зелоидов не смог подавить местный батальон. А сегодня, нашу роту отправили спасать часть чинуш местного правительства, под прикрытием всего батальона. На всех остальных людей плевать!
‒ Твари! ‒ с ненавистью заскрежетал я зубами, видя расстрелянную семью с тремя детьми, по широкой улице города.
Трупы были везде, город совершенно не ожидал нападения артиллерии противника. После этого, пехота четырехглазых разбрелась по городу, убивая всех людей что обнаружит, не трогая при этом даже облезлой дворняги.
Перебежками с угла на угол среди многоэтажек, я приближался к отмеченной мной точке ‒ моей причине нарушения приказа. При сопровождении двоих «важных» персон в костюмах, в окне местного детского сада я увидел две детские мордашки на первом этаже. Ни о какой спасательной операции гражданских, речи быть не могло, лейтенант просто проигнорировал мой доклад по голосовой связи.
Выглянув на противоположную сторону улицы Кирова, осмотрел район десятиэтажки, за котором и находился тот древний детский сад. Рывком направился в нужную сторону. По этому району уже прошла волна зелоидов, всех кого они видели ‒ расстреляли, своими энергетическими метателями.
Выглядывая за угол десятиэтажки, направил взгляд на детский сад с выбитыми окнами. В груди все похолодело! Шесть зелоидов стояли перед центральным входом в здание. Один из них направил свой «нарукавник-метатель» в дверь входа и выстрелил в нее, разбивая на осколки и пластиковые щепки.
Перехватив ПСМ, я со всех ног начал сокращать расстояние. Тридцать метров ‒ открыл огонь по спинам противника! Троих я подстрелил критически, но еще шевелятся. Остальные среагировали быстро, их экзоскелет выдержал попадание плазменными снарядами. Прячусь за углом маленького здания курьерских ботов, в стены летят энергетические снаряды выбивая бетонную и пластиковую крошку.
Перевожу автоматический прицел за угол ‒ четыре выстрела, одно удачное попадание в голову. Еще двое. Нейроинтерфейс сигнализирует о критическо-низком заряде плазмомёта! Пока выводили этих чиновников, отстреливаясь я израсходовал всю ядерную капсулу моего метателя! Черт!
Разгоняю нанитов до предельного состояния, одновременно накачиваю адреналин. Сердце бьется с бешенной скоростью. Рывком выпрыгиваю из-за угла ‒ два выстрела, но они уклонились. Бросаю плазмомёт висеть на ремне, одновременно во время бега достаю из-за спины пилообразный молекулярный разделитель.
В правое плечо бьет энергетический снаряд, отбивая его чуть в сторону, кевлар на этом месте рвется. Но мой МР вибрируя в руке, перерубает серое тело вместе с его броней. Пятиметровый прыжок до другого! Энергетический снаряд пролетает в миллиметре от моего уха ‒ удар разделителем, серые брызги окропляют мое лицо. Моментально подпрыгиваю к двум лежащим зелоидам, которые трехпалыми руками уже целились в мою сторону! Удар! Сношу их руки на которых одеты метатели! Еще взмах, и их головы падают на асфальт.