Обрушившая мир (СИ)
— Она хорошая девушка! — шепчет Нат, беспардонная в своей детской наивности. — Влад, она вам нравится?
— Неохота связываться, — лениво отвечает он.
Я вижу: его что-то упрямо гложет изнутри. Может, причина в неосторожных словах Нат, которое мы все, казалось, позабыли, но мне почему-то теперь кажется, что дело не совсем в этом.
— Это как в книжке было какой-то… не, не помню, какой, — немного оживляется Влад, втолковывая что-то смущенной Нат. — Я люблю бабушку и котят. Правда, бабка — Катарина Войцек, потомственная Высшая колдунья — померла уже давно, сбагрив мне дар в наследство, а на котят у меня ебучая аллергия… Я отвратительный человек, Нат, любить я не способен, у меня сердца нет. То есть… не работает оно особо правильно.
Нат смущенно рассматривает чайничек, не привыкшая к самоуничтожительно-резким речам Влада. Он же, еще немного провернув ладонь и добавив что-то к укрывающему наш столик заклинанию, достает из внутреннего кармана косухи фляжку и спокойно доливает что-то в наполовину пустую чашку кофе.
— Нельзя же пить на работе, — вспыхивает Нат снова. — И здоровью вредно…
— Можно все, — поучительно замечает Влад. — Кто знает, когда нас не станет, а? Случайный кирпич на голову — и все, прощайте, наполеоновские планы, отправляйся себе в гробик, обрати жалобу к Господу Богу — только ее, блять, не примут, Он никого не принимает… Нет, в жизни надо все попробовать и рискнуть всем, иначе жаль потом будет встретить безвременную кончину под колесами случайно вылетевшей фуры. Это я так, для примера. И это же причина, по которой я не сижу в этом ебаном офисе, а с вами отлавливаю непослушных демонят. А там я мхом скоро покроюсь…
Слежу за ним краем глаза, неспешно помешиваю бурду в своей чашке, вздыхаю. Влад живет действием, живет вызовом всему миру, и самое неправильное и жестокое, что с ним можно сделать, это удерживать за бумажной работой. Он доказывает что-то, говорит, размахивая руками, повеселевший и немного опьяненный, быть может.
У меня в кармане куртки требовательно полыхает амулет, просвечивает и сквозь плотную кожу, а в голову деловым голосом вещает что-то один из главных легионеров Сатаны — Риз.
— Чего им всем надо, настроение испортили, уроды… — рычу я сквозь зубы, убирая амулет. — Лезут и лезут… Опять от Вине. Что-то неладное с ним творится в последнее время.
— А с чего это самое настроение у тебя такое хорошее? — спрашивает заинтригованный Влад, который не в курсе последних событий. — Что-то случилось? Кто-то умер?
— Да так, поколотила свою бывшую, сразу полегчало.
Нат убито смотрит на нас, немного давится остывшим чаем, и Влад растерянно похлопывает задыхающуюся по спине. Она, похоже, единственная, кто не интересовался моей личной жизнью и не знает про Нираэль.
— Значит, еще одно поручение, — напоминает Влад. — Проверить бы до полуночи. Я с вами! Ни за что не пойду отчеты принимать, лучше застрелиться сразу.
— Не успеем, — определяет Нат по часам, висящим на стене напротив нее. До двенадцати остается не больше получаса, а ровно в полночь придется нам отправляться назад и сдавать отчет о работе — сказка кончится.
— А мы быстренько, — оптимистично отмахивается от здравых доводов Влад.
***Новое дело оказывается немного скучнее предыдущего, хотя, казалось бы, как такое может быть. Никаких беглых демонов, никаких погонь и сражений, просто открытый портал на задворках города, из которого лезут духи — пусть и снова из владений Вине. Большинство из них не представляет никакой опасности, выглядят грустными облачками дыма, только вот воют слишком противно. Влад криво малюет на стенах домов знаки баллончиком с краской, не рискуя переводить на такую мелочь кровь. Его можно понять.
— Кто же его открыл? — Нат обходит воронку в пространстве, задумчиво касается ее пальчиком. Я на всякий случай держу руку поближе к рукояти меча, зная, что безопасным приближение к порталам не бывает.
— Какая-то очень сильная скотина, — ругается Влад, пытаясь на стене начертать что-то, для чего в лучшем случае нужна кисточка. — Хер закроешь теперь… Похоже на Высшего мага — или демона.
Оставив его и дальше вандалить, я устраиваюсь на непонятного происхождения трубе. Ничем не помогу, пока из портала не вылезет какая-нибудь дрянь, которую требуется убить. До того, как это произойдет, я абсолютно бесполезна. Нат способна помочь Владу, ее по новому образцу учили, а в мое время все искренне считали, что ангел не должен быть причастен к чернокнижию — и я сама сейчас считаю, пусть и не в таких резких выражениях.
К слову, я абсолютно уверена, что в итоге придется сражаться: иначе у нас не бывает. Пока можно немного расслабиться, проверить наличие метательных ножей под курткой и небольшие амулеты. Все самое необходимое ношу с собой…
— А, проклятье. — Влад оборачивается на стремительно чернеющий портал, вздрагивает всем телом. — Кара, что там?
Покосившись на Нат, я решаю на всякий случай не озвучивать все, что думаю о гостях, а то Падшая, чего доброго, накатает жалобу на нецензурную брань. В управлении поржут, но нагоняй сделают ради собственного удовольствия.
— Две сущности, — рапортую я, держа перед собой сверкающий амулет. — Предположительно… они живые. Это не духи из владений Вине!
Так и думала, что здесь есть какая-то подстава! Портал распахивается шире, ярче, урчит злобно, вспыхивает. Меч уже у меня в руке, но разить пока некого. Я прерывисто вдыхаю, в горле першит от неприятного едкого запаха, идущего от портала.
— Нельзя никак побыстрее его закрыть?
— Нельзя, я и так тут зашиваюсь! — рычит Влад, колдуя двумя руками в разных направлениях. — Прикройте меня, пока заклинание читаю… Немного осталось…
Значит, работаем по прежней схеме. Да запросто!
— Так, ладно, Нат, заходишь с той стороны, Влад, если что, заканчиваешь свои шаманские танцы и бьешь ублюдков Высшим огненным. Их всего-то… — я осекаюсь и убито заканчиваю: — Их всего-то около десяти. Мои по центру, вы берете тех, что по флангам.
Боевой клич рвет глотку, проворот меча в руке — чтобы размяться, слегка напоказ. Я стою, загораживая их, ничуть не собираясь отступать. Первый человек уже ступает на нашу сторону из ставшего еще больше портала, и я сначала слышу железный щелчок, а потом до меня медленно доходит, что произошло.
— Ложи-ись! — протяжно орет Нат, кидаясь наперерез.
Пулеметная очередь прошивает ее, гремит, откалывая черепицу с окрестных домов, ревет, плюется смертью. Я успеваю заслонить Влада собой, в плечо злобно вгрызается свинец, но боли почти нет: пули самые обычные, даже не заговоренные; мне не навредят, я даже не пошатываюсь, стою так же ровно, но вот человека убьют. Влад во все глаза смотрит на нас, не потерявших ни капли крови, руки его дрожат.
— Беги отсюда, — чеканю я сосредоточенно. — Влад, слышишь меня? Оно того не стоит, не стоит умирать из-за такой ерунды, понимаешь?! Ты вообще в офисе должен быть!
— Да плевать. Надо закрыть воронку, — упрямо трясет головой он. — Прикроешь?
Куда я денусь? Я криво улыбаюсь — при виде такой улыбки любой за распятием потянется, да только бесполезно это, в крест еще верить надо. Мне — в первую очередь, но верю я в верный меч, в звон стали и хрипы умирающих врагов. Словно выпустив крылья, я резко кидаюсь вперед, воздев над головой клинок, сходу рублю по шее. Мужчина падает, роняя пистолет-пулемет. А вот это уже интересней.
Хотя я предпочитаю холодное оружие, нельзя не признать преимущество огнестрела: бьет далеко и быстро. У меня руки с непривычки пляшут, очередь снова впивается больше в дома, чем в людей. Второй я сношу трех человек, пока они пытаются меня достать, видимо, считая, что под тонкой футболкой у меня бронежилет. Нат с двумя кинжалами в две ладони длиной тоже неплохо справляется, мечется среди них, ловко уворачиваясь от прямых ударов и заскальзывая врагам за спины. Я снова дергаю спусковой крючок.
Но недостатки у подобного оружия тоже есть: его перезаряжать надо. В какой-то момент вместо пуль из дула вырывается сухой щелчок, и я теряю несколько мгновений, растерянно оглядываюсь, бросаю в сторону — выхватываю меч. Враги не замедляют этим воспользоваться, опять стреляют, бьют прямо в грудь. Вреда их пули не приносят, но заметно задерживают, заставляют дергаться и вздрагивать, не подпускают ближе. Их слишком много, такими темпами они прорвут нашу оборону и таки пристрелят Влада.