Рабство Кольца (СИ)
Было крайне непривычно видеть обычно хмурого ветерана таким счастливым.
— Эй, — Глазьева всё же нахмурилась, хотя сама сдерживала улыбку.
— Это, пожалуй, самое крутое заклинание, что я видел в своей скучной жизни, — модератор показал мне большой палец, а потом рыкнул, — Чего встали?
— А?
— Чтоб духу вашего тут не было, плееры! — Чернецов ткнул пальцем в сторону, — И это, Гончаров, чтоб никакой самодеятельности!
***
Плита секретного входа за нами закрылась, и мы, чертыхаясь под огромным весом всевозможного лута, побрели к светящемуся в конце коридора порталу.
Я едва держался на ногах, но так и бежал. Скорей, добраться до батона, и посмотреть в журнале, что за скилл. Подсчитать, чего мы набрали. Нутром-то я чуял, что проблемы только начинаются, но тяжёлый груз в руках перевешивал все неприятности.
И про отца… Я должен всё узнать. Я должен всё понять! Почему ремесленники должны оставаться ремесленниками?
И что там с Песней Небытия?! Вот пипец, как же я подставил свою тётю…
Я стиснул зубы от досады, но меня вырвали из размышлений:
— А я не понял, братан, чего ты там натворил? — Бобр пыхтел рядом, — Семян под куртку насыпал этой?
— Кому «этой»?
— Ну, прилизанной. Которая вся такая, в обтяжку.
— Ну, типа семян, — улыбнулся я.
— Анхук хё бра, — Блонди зафырчала от смеха, Биби тоже захихикала.
— Круто, бро, — с одобрением закивал Бобр, — Какой хук, слева, справа?
— Какой хук, деревня? — Лекарь тоже засопел от смеха, — Лифчик он ей расстегнул!
Я впервые ощутил на себе взгляд, полный удивления и обожания. Словно я, как божество, спустился с небес и принёс на грешную землю новое знание, которое открывает двери в светлое будущее.
На портале как раз появился наш ректор, Гармаш Дворфич, когда Боря яростно зашипел мне в ухо:
— Ядрён бато-о-он! Ты и на ботанике так сможешь?!
Глава 6, в которой полный круг
Георгий «Гончар» Гончаров
«НьюПлэй»
1 уровень
Новичок
Особые отметки: класс не определён.
В кабинете Дворфича слова ректора, читавшего мой журнал, разносились с лёгким эхом.
— И вот этот вот скилл. «Не определено. Активация невозможна», — продолжил Дворфич.
Вот так вот. Рекомендованный «ремесленник» исчез, и теперь таинственная система, заведующая записями в журнале, сама не знала, что мне нужно.
Ректор задумчиво захлопнул кожаный переплёт и нервно похлопал по бороде:
— Мда-а-а…
— А может, это самое… Это повышение уровня? — предположил Бобр.
— Деревня, повышение уровня невозможно без участия определяющей статуи.
— Именно так, — кивнул ректор, — Набрав необходимое на группу количество опыта, вы можете в статуе получить развитие класса. Для этого магические таблички не требуются, ведь рекомендация уже есть.
— И что делать? — с надеждой спросил я.
— Георгий, скажу сразу — я с таким не встречался. Да, у нас бывали двухскилловые, но обычно они шли по выбранному системой пути развития. Второй скилл если и оставался, то не развивался дальше.
— Что, всё так плохо?
— Да ладно, Герыч, это ж круто, — подтолкнул меня локтем Бобр, — У тебя же крутейший талант, самый нужный игрокам…
Блонди чуть ревниво фыркнула:
— Кто-то вэри-вэри озабочен.
Боря бросил на неё хищный взгляд:
— И до тебя доберёмся, сеструха.
Если бы Блонди была огненным магом, то от здоровяка бы точно осталась кучка пепла: таким уничтожающим был её взгляд.
Я поджал губы, покосился на здоровяка:
— Это просто взлом, Борь.
— Просто, да не просто, — Дворфич встал с трона, окружённого золотыми сокровищами, задел ногой один из кувшинов, и тот со звоном закатился под стол.
Гном подошёл к боковой стене. Там прямо на кладке висела рама с широкой нижней планкой, и всё это было похоже на окно, только замурованное. Так, сложив руки за спиной, Дворфич долго и задумчиво смотрел в эту стену.
— Георгий, скажу напрямую и честно, — произнёс наконец гном, — Система определяет наше общество, и мы живём по таким правилам уже не одну сотню лет.
Я вздохнул. Опять двадцать пять.
— Вы про Министерство?
Дворфич кивнул.
— Они уже знают. То, что ты был в детстве обнулён, очень многих повергло в шок.
— Этот Ведун уже сообщил?
— Да. Но то, что в сердце Министерства оказалась такая группа заговорщиков, шокировало их не меньше, — гном довольно улыбнулся, — Записанные разговоры не сотрёшь.
Я вспомнил про жучок, который Чернецов тогда поставил Бобру. Получается, всё же у этого Оркоса и Вайта появились проблемы?
— Предатели, конечно, в бегах, — сказал ректор, — И сразу определить круг заговорщиков не получится. Вот только…
— Вы про мою тётю?
— Да, записи слышали все. Глазьева и Чернецов обязаны были предоставить, хотя их тоже за самодеятельность по головке не погладят.
— Их уволят? Обнулят?
— Нет, что ты, — ректор отмахнулся, — Министерство не верит самому себе, и любой, кто начнёт избавляться от свидетелей, первый под подозрением. Но рано или поздно заговорщики начнут действовать…
— За мной придут?
Гном кивнул, заставляя меня поёжиться.
— Это вопрос времени, но здесь, в стенах Баттонскилла, ты в безопасности. Главное, никакой самодеятельности, — он покачал пальцем.
Я переглянулся с командой.
— А вот твоё обнуление в детстве, Георгий, это проблема. Министерство боится всего, что шатает систему. А с другой стороны, никаких документов нет, и твоя тётя тоже пропала, и попробуй ещё докажи, что оно было.
— Тётя Надя пропала?!
У меня забилось сердце, но гном только отмахнулся:
— Она опытный игрок. Ты сейчас о себе думай, Георгий. Нам что-то надо придумать, долгой передышки Министерство не даст.
Я сжал кулаки. Неужели ректор тоже будет, как и Министерство, опасаться меня?
— А вы знаете, что Тегрий Палыч тоже с ними заодно?
Гном неожиданно резко рубанул ладонью:
— С Тегрием разберёмся. Но чтобы никому, слышите?
— Так в запись же попало…
— Я повторяю: никому.
Повисло молчание. Напряжение ощутимо росло в окружающей атмосфере, и Бобр буркнул:
— Мы это, Герыча в обиду не дадим.
— Да, — вдруг вставила Биби, — Мы все ему обязаны, он вытащил группу в лидеры.
Дворфич с интересом глянул на рыжую.
— А вы, Айбиби, насколько слышал, справились с земной магией? Ваш ёжик — это невероятно сильный скилл.
— Да, Гера дал мне синий мох.
Брови гнома чуть подпрыгнули, а я с гордостью покосился на Манюрову.
Лекарь уже рассказал мне, что, когда они убежали от гоблинов, Биби понадобилось несколько минут, чтобы решиться съесть синий мох. Но всё же в решающий момент Манюрова это сделала.
Результат я уже видел — её скилл сам прокачался до второго уровня, и ёжик обрёл способность взрываться по команде. Или стрелять колючками со спины, словно пулемёт, постепенно опустошая запас.
Тот же взрыв, только долгий…
— А знаешь ли ты, Гимлева дочь, что синий мох ядовит?
Мы ахнули, и все как один обернулись на Биби. Та округлила глаза, мигом побледнела, её дыхание сорвалось:
— Я что, умру?!
Ректор засмеялся, но как-то натянуто:
— Нет, уже нет. Но у тебя был один шанс из ста, что яд не подействует. Гномы потратили тысячи лет, чтобы определить концентрацию настойки из синего мха, которая не вредит здоровью и активирует внутреннюю энергию.
Биби круглыми глазами уставилась на меня, а я даже и не знал, что сказать. О том, что там надо какую-то концентрацию соблюдать, мы как-то не подумали.
— Не, ну Герыч точно знал, — закивал уверенно Бобр, — Он же Гончар, он всё просчитал. Да у него друган не последний алхим в Батоне, тот бы ему сказал, если что не так.
Лекарь рядом чуть засопел, но ничего не сказал. Мы то все знали, как и я, и Бобр пострадали от зелий Кента. Правда, эти же зелья не раз нам и помогли.