Смерть, принесенная Золотым Дождём (СИ)

Ли Тянь и остальные обменялись кивками. Висящая до этого в воздухе неприязнь заметно уменьшилась. Что до присоединения Ла Раи к группе, они могли не считаться с ним из-за его низкой культивации — стадии Создания Ядра. Но практики стадии Зарождения Души были людьми эксцентричными. Они знали, что многие собратья по стадии Зарождения Души предпочитали скрывать истинную силу их культивации и очень не любили, когда её кто-то видел.
Янь Сун не стал вдаваться в дополнительные объяснения, пока группа устраивалась поудобнее рядом с серебряным ручьём. Ла Раи сохранял спокойствие. Он решил надеть маску, пожертвовав частью жизненной силы, поскольку не хотел повторения ситуации в Благовонной Земле секты Великого Мрака. Тогда из-за слабой культивации на него напали. Хоть в тот раз ситуацию удалось разрешить, это всё равно привело к неловкости и не очень приятному началу их сотрудничества. В этот раз он решил сразу занять жёсткую позицию. Ведь в золотой маске он был гораздо сильнее.
— С собратом даосом Ла, — сказал человек по фамилии Ван, — Мы все в сборе. Собрат даос Янь, думаю, самое время объяснить нам подробности относительно пилюли Отсечения Души?
Он посмотрел на Ла Раи, а потом скосил глаза на практика в чёрном по фамилии Мо. В этот момент в его глазах вспыхнуло раздражение и жажда убийства. Он даже не пытался скрыть этого, отчего Ли Тянь негромко засмеялся. Янь Сун тоже это заметил. Он натянуто улыбнулся, не зная, что сказать. Ла Раи немного опешил. Жажда убийства практика Ван казалась совершенно необъяснимой, что не могло не удивить юношу. Только тогда он заметил, что практик по фамилии Мо смотрел на него с признательностью и даже любопытством. Мужчина был средних лет с белой, как нефрит, кожей, идеальным лицом, в котором угадывалась определённая мягкость. Взгляд практика Мо был неожиданным, но как только он услышал смех Ли Тяня, ему в голову пришла какая-то пугающая мысль. Он сухо покашлял и отошёл от Вана. Янь Сун покачал головой. Он натянуто улыбнулся и, прочистив горло, сказал:
— Собратья даосы, я безмерно благодарен за оказанное доверие. Ваше участие гарантирует выполнение нашей задачи в Пустыне Эона. Однако я, Янь, не стану пускать вам пыль в глаза. Наше предприятия очень и очень опасно! — он пробежался глазами по собравшимся, отметив выражения их лиц, и продолжил: — Древний Дао алхимии намного превосходит современный. Многое было утеряно, поэтому ныне не составит большого труда найти пилюли для стадии Зарождения Души. А вот целебные пилюли, полезные для стадии Отсечения Души, встречаются крайне редко. В наши дни человек может только добыть целебную пилюлю, которой удалось сохраниться с древних времён или хотя бы относительно старую, потом ещё раз переплавить, чтобы получить пилюли, которые в лучшем случае будут обладать десятью процентами изначальной целебной силы, а то и меньше. Самый большой водораздел между древним и современным Дао алхимии кроется в пилюле Отсечения Души. После принятия этой пилюли, которая также известна как День Воскрешения, практик погружается в просветление Неба и Земли. С ней он сможет познать себя и совершить первое отсечение. Всё это вы могли прочесть в деревянной табличке, что я вручил. За много лет я, Янь, побывал в разных уголках земли и наконец обнаружил место, связанное с древним Дао алхимии, в Пустыне Эона! Возможно, оно связано с ростом силы племени Ворона Божества. Я попытался тайно проникнуть на их священную гору, но даже к подножию не удалось подобраться. Мне оставалось только вести наблюдение издалека. Но я могу с уверенностью сказать, что гора связана с древним Дао алхимии!
Пока Янь Сун неспешно рассказывал, выражение лица Ла Раи не менялось. Но глубоко внутри он тщательно анализировал слова Янь Суна, пытаясь определить, что из них правда, а что ложь.
— Племя Ворона Божества давным-давно пришло в упадок и раскололось на части. Сейчас от него осталось пять разобщённых племен. Племя Ворона Солдата, племя Ворона Бойца, племя Ворона Разведчика, племя Ворона Пламени и племя Ворона Скорби!
 
Ла Раи внешне никак не отреагировал на эту информацию. Но при упоминании знакомого названия в голове сразу щёлкнуло: У Му был из племени Ворона Разведчика.
— Зачем ты всё это рассказываешь? — бесцветно спросил Ван. — Просто отведи нас к горе Ворона Божества, и мы вместе взойдём на неё.
— Собрат даос Ван, всё не так просто, — ответил Янь Сун, покачав головой. — Племя Ворона Божества хоть и распалось на части, но на вершине горы Ворона Божества обитает их тотемный бог, другими словами патриарх стадии Отсечения Души. Пока он стережёт гору Ворона Божества, ты действительно думаешь, что он позволит нам так просто туда вломиться? Нет, придётся прибегнуть к другой тактике. Племя Ворона Божества разделилось на пять племён поменьше. Время от времени, в условленный срок, пять племён взбираются на гору Ворона Божества, чтобы отдать дань уважения предкам и обрести тотемную силу. Только в этот день можно свободно подняться на гору Ворона Божества. Вот почему нужно проникнуть в племена и там заработать себе имя. Мы должны заслужить доверие племени, став вассалами, а потом получить право взойти на гору Ворона Божества! На горе мы вновь объединимся и вместе добудем пилюлю древнего Дао алхимии!
Глаза Янь Суна ярко горели. Несомненно, он очень долго разрабатывал этот план.
Ла Раи прищурился, Ли Тянь выглядел задумчивым. Ван и Мо переглянулись, обоим, похоже, пришёлся по душе этот план. Янь Сун оглядел своих спутников и рассмеялся.
— Как заработать себе имя, думаю, объяснять не нужно. Уверен, вы, собратья даосы, прекрасно с этим справитесь!
— Как мы решим проблему с аурами? — спросил Ла Раи.
— Для этого придется обратиться к собрату даосу Ли. За сотню лет жизни в Пустыне Эона никто так и не смог узнать, из какого он племени и как выглядит. Он явно весьма искусен в вопросах маскировки.
Янь Сун сложил ладони и поклонился Ли Тяню.
— Совершенно никаких проблем, — самоуверенно сказал Ли Тянь, — Специально для этой встречи я использовал секретную технику, чтобы изготовить пять редких сокровищ. Эти предметы изменят вашу ауру и скроют культивацию на три года. С их помощью от вас будут исходить эманации тотемной татуировки, которая ничем не будет отличаться от тех, что обычно носят практики Пустыни Эона. Но я не стану беззаботно разбрасываться такими сокровищами. Янь Сун, ты — лидер нашей группы, поэтому даю тебе одну без всяких вопросов. Но, если остальные три собрата даоса хотят заполучить мои сокровища, придётся объяснить, чем вы сможете помочь в нашей миссии.
Глаза Ли Тяня блестели. Несмотря на недвусмысленность слов, он явно хотел побольше узнать о скрытых умениях и навыках своих спутников. Практик Ван холодно хмыкнул и сказал:
— Мы вдвоём можем проанализировать и объяснить любую сложную магическую формацию на горе Ворона Божества. Вам не надо будет даже пальцем шевелить.
Ли Тянь со смехом взмахнул рукой. Три лучика света полетели по направлению к Вану и Мо, а третий к Янь Суну.
— Что насчёт тебя, собрат даос Ла? — повернулся к юноше Ли Тянь.
Из присутствующих здесь людей он боялся только Ла Раи. Его небрежная атака произвела неизгладимое впечатление.
— Я — мастер всех Дао алхимии, — безмятежно отозвался Ла Раи.
На это Ли Тянь прищурился. Ван и Мо внезапно серьёзно посмотрели на него. Янь Сун незаметно улыбался. Спустя какое-то время Ли Тянь всё же взмахнул рукавом и послал белый лучик света к Ла Раи.
— Как использовать эти предметы, думаю, сами разберётесь.
 
— Славно, — сказал Янь Сун, — Раз мы обо всём договорились, пора выдвигаться. Я отправлюсь в племя Ворона Пламени.
— Я выбираю племя Ворона Солдата, — сказал Ван.
— Племя Ворона Разведчика! — сказал Ла Раи, по его голосу ничего невозможно было понять.
— Тогда я возьму племя Ворона Бойца, — сказал Ли Тянь.
В итоге племя Ворона Скорби досталось Мо. Янь Сун вытащил восьмисторонний фэн-шуй компас и положил на землю. Из него брызнуло сияние перемещающей магии.