Академия. Невеста мага (СИ)

— К чему такие сложности? Я сносно владею Огнём, зачем вдалбливать навыки боевых магов?
— Спросите отца, — со вздохом ответил учитель. — Он оплатил полный курс обучения, требуя не только в полной мере раскрыть ваш Дар, но и научить владеть им не хуже княжеских боевиков.
— В этом весь Эдуард, — прошипела Изабелла, оглядываясь в сторону роскошной родовой резиденции, — сумасшедший…
* * *
Очнулась спустя несколько минут в защитном кольце теплых рук.
Голова покоилась на мужских коленях, сам эльф, низко склонившись, что-то шептал мне на ухо, одновременно с нежностью оглаживая большим пальцем лоб.
Некоторое время лежала тихо, наслаждаясь нежными прикосновениями, купаясь в хрипловатом шепоте, вбирая приятный эльфийский аромат и теряясь в догадках, почему едва меня почуяв: Огненная магия «плеснула» из принца?
Затем неохотно шевельнулась.
— Боялся, этим закончится, — от глубокого, напряженного голоса, прозвучавшего над головой, я открыла глаза.
Агарвэн глядел в упор. Безмолвный. Отстраненный. Неприступный. Словно высеченный из камня. С неестественной, пугающей красотой и загадочно светящимися синими глазами.
— Все нормально, — пробурчала, отводя голову вбок. Затем шепнула, что совершенно не чувствую боли. Села и сразу потянулась к мужской ладони повторить эксперимент.
Но маг величественно выпрямился во весь рост.
— Первая попытка была ошибкой, вторая…, - сморщился, — может тебя убить.
— Я должна разобраться.
Он нахмурился.
— В чем?
— В случившемся.
— Хочешь повторно соприкоснуться с моей магией, Изабелла?
— Тебя хочу, — вскочила следом и, краснея, поправилась, — коснуться и понять: Почему твой Огонь так на меня реагирует.
— Плохая затея.
— Вэн! — Вцепилась я в локоть отворачивающегося мужчины.
Эльфийские глаза стали чуточку шире. Так фамильярно к нему, наверное, не обращался еще НИКТО и НИКОГДА. Ну, может, только та черноволосая красавица Иримэ. А тут я — посторонняя. Человек. Враг его Дома!
Сообразив, что вконец перешла допустимые рамки, я покраснела до кончиков ушей.
— Простите, милорд. И… помогите. Пожалуйста.
— Нет.
— Почему?
— Потому что не хочу сделать тебе больно, — с каким-то надрывом прорычал Агарвэн. Секунду смотрел очень странным взглядом, и устало прикрыл глаза. — У меня нет желания спорить, Изабелла. Уходи.
  
6. Наставник
 
— С вас десять сталлов, госпожа, — продавец с особой бережностью сложил купленные мной травы в бумажный пакет и перегнулся через стойку, — будьте очень осторожны. Одна из трав, — кивнул на пакет, — волчий оскал — смертельно ядовита. Переложите ее в котел и зелье превратится в отраву.
— Спасибо, запомню, — расплатившись касанием кольца об обсидиановую поверхность большого странного камня (это что-то типа считывающего устройства?), я позвала кокетничавшую с покупателем Клару. — Можешь отнести в комнату?
— Конечно, — бодро подошла та. Взяла пакет и уже собралась идти, но у выхода остановилась. — После могу быть свободна?
Услышав моё «да», адептка победно сверкнула глазами, переглянулась с топтавшимся у полок молодым человеком (теперь подумалось, он вовсе не покупатель) и выскочила в пургу. Похоже, вечером у кого-то намечается свидание. Не зря же едва она скрылась, парень приблизился к стойке и, окинув глазами выставленные на прилавок букеты, попросил самый красивый.
Под непринужденную беседу покупателя с продавцом неспешно потопала к двери. В помощнице сегодня впрямь не нуждалась. После завтрака вернулась к себе и, старательно прогнав мысли о странном эльфийском Огне и навеянными видениями, попросила Клару отвести меня в самую лучшую травяную лавку.
Иных идей, кроме варки Его Светлости оборотного зелья, так и не придумала. А чем плоха эта? Заодно (раз уж выбрались в город) велела показать приличный салон со швейными принадлежностями. Если кто забыл, первое испытание состояло в пошиве собственными руками традиционного наряда Дома и последующее в нем дефиле перед Владыкой Севера.
 
Я — нет, потому запланировала провести весь день за перешивом подаренных Вилардом платьев. Зачем кроить наряд с нуля, когда в гардеробной их висит больше сотни? Благо, Клара прекрасно разбиралась в традициях княжеских Домов и эскиз нужного одеяния набросала без лишних вопросов.
… В Академию не шла, а бежала. Поднялся ветер, началась метель и потребовалась вся выдержка, чтобы преодолевая секущую лицо стену, не сбиться с пути. Невероятно, сколь быстро тут ясный морозный день сменяется снежным бураном.
Добравшись до крыльца, я нырнула в темный холл, стягивая правую рукавицу и заворачивая в общагу, но сбоку мелькнула высокая тень. Рядом прозвучал не самый приятный голос:
— Мое почтение, леди Олин.
Из полосы мрака с хищным прищуром серых глаз выступил ректор.
Безупречный, в дорогом костюме, с тростью переливавшейся камнем-навершием. Без сомнений, он был интересным, если не сказать интригующим мужчиной. Но неспроста его близость поселила в моей душе крупицу тревоги еще на первом собрании. Стоило лорду появиться, окружающее пространство наполнилось отвратительными вибрациями, перехватившими горло, как если б я глотнула ледяной воды.
Лафаэль называл это явление «магией смерти». Выходит, вар Ардэс… темный маг? Стало не по себе.
Мужчина замер под магическим фонарём и одарил пристальным взором:
— Занятия по раскрытию Дара начались позавчера, а вы еще ни разу не явились, Изабелла. Разрешите узнать почему?
Соперницы не известили? Удивлена.
— Дело в том, — вздохнула я, открывая «страшную тайну», — что в отличие от прочих претенденток — я не Одарённая.
Мужчина нахмурился.
— И вы молчали?
— Должна была сообщить?
— Как минимум куратору и мне, — кивнул он. — Хотя бы потому, что ваш случай уникален.
— Тем, что явившись на отбор, заранее не озаботилась собственной инициацией? — Фыркнула с искренним отвращением.
Тарен минуту внимательно меня изучал, то ли сканируя, то ли делая какие-то энергетические замеры, и загадочно улыбнулся.
— До второго испытания — месяц. Возьметесь за обучение немедля, вполне успеете подготовиться.
— С чего бы? Смею напомнить, во мне нет предрасположенности к магии.
— Это печально, — согласно прикрыл серебристые глаза ректор, — но поправимо. Понимаете, Изабелла, магия очень сложное и не до конца изученное явление, о возникновении которого члены Совета магов спорят на протяжении многих веков. У кого-то Дар передаётся из поколения в поколения, у кого-то открывается впервые. В одних просыпается, едва малыш начинает ходить. В других дремлет вплоть до совершеннолетия. В третьих не пробуждается вовсе.
— Таких называют «пустышки», знаю.
— Правильно. Именно они, леди, самая большая загадка Эостера. Потому что в силу отсутствия магической искры, являются чем-то вроде сосудов, в которые возможно «влить» магию искусственно. И влить, заметьте, совершенно любой подвид. В то время как Одаренные будут довольствоваться той стихией, элементом и прочим, какие заложила в них Природа.
— Хотите сказать, я сама могу выбрать, какой магией овладеть?
— Верно.
— Другие «пустышки» тоже? Мы все идеальные сосуды?
Тарен скривился.
— Отнюдь. Среди вас довольно много тех, кто остро отторгает магию, вплоть до потери разума и мгновенной гибели. Но есть те, а вы из их числа, Изабелла, кто идеально подходит на роль «сосуда». Достаточно одной инициации и магия приживется в вас как родная.
— То есть в отличие от большинства «пустышек», магия, что вольётся в меня — никогда не иссякнет?
 
Ректор благосклонно кивнул.
— Да. Но на первых порах не помешает подпитывать ее либо от хозяина передавшего Дар, либо от Источника. Во избежание негативных влияний на организм.
— Долго?
— Около года. После чего закрепившаяся в теле магия срастется с вашей аурой.