Академия. Невеста мага (СИ)
Белый маг оглянулся, в глазах полыхнул гнев.
Никому не дозволялось затрагивать тему гибели Дома эльфийских королей. Даже той, с кем он делил постель последние десять лет. Огонь прихлынул к мужским ладоням. Раскалившийся воздух обжег Иримэ.
Вид и ощущение ярости и могущества, струящиеся сквозь бесстрастного внешне, но горящего изнутри живым пламенем принца по-настоящему испугали. Эльфийка отшатнулась, словно получила пощечину.
— Простите мою дерзость, милорд.
— Выметайся, — жестко отрезал, не желая продолжать.
Женщина послушно тронулась к выходу, но на пороге все же выплеснулась ядом:
— Ты — эльф, она — смертная. Ваше счастье будет коротким.
Спустя секунду дверь с силой захлопнулась.
Привалился к креслу, неторопливо коснулся перебинтованной груди.
Иримэ явилась сама. Предложила залечить раны целебным артефактом и заверила, что после — сразу уйдет. Обещания не сдержала, понадеялась соблазнить. В итоге отношениям пришел бесповоротный конец.
Тем лучше, не придется делать этого дважды.
Вытянул руку. Замер. Всмотрелся.
На тыльной стороне ладони, расползаясь подобно извивам вьюна, расцветал неповторимый узор, сияющий бледно-голубым светом. Он окутал всю левую ладонь и вскоре должен был перекинуться на правую.
Издревле Перворожденные называли их знаками принадлежности второй половинке. Если знак проявлялся, это служило доказательством того, что эльф встретил истинную пару. Точь-в-точь такой же, нежно-розового, с переливами персиковых тонов рисунок должен «расцвести» на руках мелиссе.
Впрочем, Изабелла происходила из народа людей, и Агарвэн мог только догадываться — проявятся ли у девушки эльфийские метки. Если этого не случиться, он будет носить знаки истинности за них обоих.
Не суть важно. Важно, что Он ее нашел.
… За пару часов до рассвета принц спустился к городским окраинам в поисках места прорыва анимагов.
Таковое обнаружилось близ заброшенной мельницы. Влево и вправо разбегались золотистые переливы защитного купола, а тут в барьере зияла самая настоящая «дыра». За ней белел неприветливый лес, рядом поле в сугробах. Вокруг мертвая тишина, но лишь визуально.
Опустился на корточки, активизируя врожденный дар следопыта. Пространство было пропитано забористой вонью. У поваленного на листву дерева чернели вдавленные в снег отпечатки огромных волчьих лап. Кожу покалывали отголоски вершимых тут темных заклинаний.
Он был достаточно сильным магом, чтобы распознать черную магию без призыва дополнительных способностей и понять — неизвестный намеренно проделал в барьере брешь — четыре, самое большее пять часов назад. В то самое время, когда на Изабеллу совершали покушение.
— Вот откуда явился Джифаред, — молвил Лафаэль, выступая из-за куста и обозревая «дыру» прищуренным взглядом.
— Ему помогли, — выпрямился Агарвэн, указывая на остаточные следы темной магии. — Сначала «впустили» в город, после — в Академию.
— Намекаешь на кого-то из своих?
— Вполне вероятно.
— Зачем? — Удивился замерший с братом Даэрон. На юном лице воина играли желваки.
— Это вам и предстоит выяснить.
В отличие от большинства воинов, принц был олицетворением утонченности и благородства. В его венах текла древняя королевская кровь. Род брал начало от одного из самых уважаемых семейств Перворожденных. Потому, держась подчеркнуто холодно, с бесстрастным выражением, протянул руку в перчатке и коснулся «дыры».
Едва по коже заструился резкий холод, означавший работу мага смерти, глухо выругался.
Похоже, в Затмаре объявился неучтённый некромант.
— Вилард в курсе ночной атаки, — спустя время нарушил молчание Маэглин; воин-страж, провожавший Изабеллу в Академию. — Получил сообщение от Префонта.
Виттор Префонт был уроженцем Мистириана, человеком и уже семь лет являлся начальником княжеской стражи.
— Интересуется: скольких охранников приставить к Изабелле?
— Ни одного, — сурово обронил Агарвэн. Зашагал в город и добавил не терпящим возражения тоном. — Охраной девушки займусь лично.
7.1
Я проспала больше суток. А, проснувшись, первым делом посмотрела на заляпанное снегом окно — дабы отогнать навязчивые образы Вэна и льнущую к нему Иримэ, что преследовали меня даже во сне.
О стекло скрежетали снежные вихри; серое унылое небо казалось бескрайним океаном. Увы, северные пейзажи ни капли не облегчили подавленного состояния. От осознания, что ревную наставника к эльфийке, наворачивались слёзы.
Я не имела права влюбляться! Но шальному сердцу плевать на доводы рассудка. Вопреки всему оно отчаянно тянулось к мужчине, хоть и понимало, что взаимностью нам никогда не ответят.
С грустью осознав этот факт, помассировала виски и вызвонила Клару. Попросила принести что-нибудь съестного, ибо спускаться в трапезную не хотелось. Помощница понимающе кивнула, я же выбралась из постели и направилась в купальню взбодриться прохладным душем.
— Устроят клубничные кексы и горячий шоколад?
Адептка вернулась на удивление быстро. Поставила поднос на стол и пристроилась сзади зашнуровать корсет.
— Давайте я. У вас руки трясутся.
Странно, а я не заметила. Вытянула ладони подушечками вниз и поморщилась.
Похоже, Инесс права — без лекаря не обойтись. Загляну в лазарет на досуге. Собралась опускать, но внимание привлек едва различимый завиток нежно розового оттенка аккурат у большого пальца. Он полыхнул, проявляясь рисунком, и сразу погас. По крайней мере, чтобы его заметить, надо иметь отменную зоркость.
Я удивилась.
Чем бы ни был необычный узор — выглядел он впечатляюще, завораживающе. Однако, не придав ему значения, поскребла кожу ногтями и посмотрела на ожидающее на стуле выходное платье. Завтра смотр невест в нарядах, а потому пора за работу.
— Готово. — Затянув последний узел, Клара удалилась.
Проглотила кексы, устроилась поближе к камину и занялась последней оборкой.
В комнате воцарилась тревожная тишина.
В это время дня соперницы спускались на занятия ректора, а я, покидая Академию, бежала в эльфийский квартал на встречу с наставником. Печально вздохнула, отгоняя болезненную дрожь. Сегодня не встречусь. Не хочу. И плевать, что возможно схлопочу наказание, толком не сумев продемонстрировать Виларду собственные магические способности. Решения менять не стану.
— Изабелла.
От знакомого, с легкой хрипотцой голоса, прозвучавшего от порога, вдоль позвоночника пробежался морозец. Не веря, что Он в комнате, я выронила оборки.
Точно! Прямо позади, практически вплотную возвышался Агарвэн. В синих, смотрящих в упор глазах сверкало непонимание; принятая им поза говорила о его сильном беспокойстве… за меня?
Сердце дрогнуло и я вдруг сообразила, что все эти мучительные часы одновременно жаждала и страшилась встречи. Зачем? Чтобы услышать приятный мужской голос и понять, смогу ли дальше скрывать от него так некстати вспыхнувшие чувства.
Достанет ли робкой девчонке смелости играть роль равнодушной ученицы? Не уверена.
— Ты не пришла, — жёг хмурым взглядом принц эльфов, — нездоровится?
— Немного, — повела плечом, отворачиваясь и старательно делая вид, что занята.
Понадеялась, уйдет? Размечталась.
Мужчина многозначительно изогнул бровь. Полминуты не двигался со сложенными на груди руками, а потом расстегнул перевязь и, откинув на диван, уверенным шагом подошел к столу. Упёр ладони о край и одним легким движением сдвинул к стене. За ним последовали стулья и низкая тумбочка, отчего на середине комнаты образовалось пустое пространство.
Я недоуменно открыла рот.
— Что ты делаешь?
Агарвэн с силой толкнул кресло, взвизгнувшее ножками о блестящий паркет.
— Раз ты не в состоянии выйти на улицу, проведём занятие здесь.
— Нет! — Вскочила как ужаленная. Не хватало после всего устроить в Академии пожар. Мадам Оливия с вар Ардэсом меня живьем закопают!