Разбитная разведёнка (СИ)

«После маминых россказней ей, должно быть, захочется смеяться, тут уж не до либидо».
Распрощавшись с родительницей и её гостем, Руслан с Женей шагнули в лифт.
— И как тебе этот дед? — буркнул он.
— Твоя мама красавица, — ответила Женя, соединив их ладони. — И могла бы найти кого-то помоложе.
— Могла бы, — усмехнулся Руслан, перестав хмуриться.
— Ты домой покалеченных зверушек притаскивал, а Гришка Тоньку едва ли не облизывает и чучела белок хоронит, — вновь оказавшись в его квартире, Евгения вспомнила свои опасения, с которыми появилась здесь утром. — Может, есть какая-то связь межу привязанностью к домашним питомцам и недостатком общения с одним из родителей?
— Опять психология? — фыркнул мужчина. — Я видел Сашиных родителей на свадьбе. Там явно все друг друга любят, но при этом дочка пиздец какой зашуганной выросла. Мы с ней о тебе разок поговорили, и она чесаться начала, переживая, что этим влезла не в своё дело и тебя предала.
Женя уже хотела полюбопытствовать, с кем ещё Руслан о ней советовался, но тут её взгляд зацепился за знакомый объект. С тех пор как сын увлекся оригами, бумажные фигурки были расставлены не только по всей их квартире, но также отметились в бухгалтерии «Зевса» и доме Майоровых старших. А вот обнаружить журавлика у Руслана было неожиданным.
— Это Гришкин?
— Он мне их сам подарил.
— И ты расставил их по квартире? — уточнила Женя, оглядевшись и заметив ещё одну фигурку.
— Один в конторе остался. — чувствуя смущение, ответил Руслан. — Я раньше от детей подарки не получал и не знал, что с ними нужно делать.
Ничего сверхъестественного и особенного в этом не было, но Женю захлестнула волна нежности.
— Ты сделал всё правильно. Если они тебе, правда, пришлись по душе.
Теперь и Руслан почувствовал что-то, растекающееся изнутри теплом.
— Да мне и вы сами пришлись по душе.
К друг другу они потянулись одновременно. А вот в спальню Руслан шагал один, совсем неэротичным способом неся Женю, обхватив поперёк туловища.
Раздевались не спеша. Женина блузка перекачивала в шкаф, заняв пустую вешалку рядом с мужскими рубашками, а комплект нового белья она оставила для Руслана, поймав на себе, а точнее на бюстгальтере его горящий взгляд.
Пусть о зачатии они давно уже не говорили, Евгения об этом не забыла и подозревала, что секс будет напоминать физическое упражнение, в котором финиша должен достигнуть Руслан, а ей нужно лишь высоко держать ноги, чтобы его семя оказалось там, где нужно. Поэтому, когда тёплые длинные пальцы прошлись по её животу, а потом вместе с бельём спустились по ногам, она не рассчитывала, что ласка будет долгой, и ошиблась.
Влажные поцелуи и горячее дыхание — кажется, Женя чувствовала их на каждом участке своего тела, словно Руслан что-то искал на её коже и, не доверяя глазам, пробовал это на вкус.
— Хватит, — отвыкнув от таких сильных ощущений, попросила она, шире раздвинув бёдра и согнув колени. Просить дважды Руслана было не нужно.
— Надо было Женю привезти, давно она у нас не была.
— И как это будет выглядеть? — не согласился с мамой Андрей. — В прошлую субботу я к вам с Софьей приехал, а в эту с Женей? Теперь она сама себя развлекать должна.
— Мы с мамой вместе развлекаемся, — похвастал Гриша, которому показалась, что о маме высказались плохо. — Сегодня она тоже в гости пошла.
Лежать на груди Руслана было так же хорошо, как и сидеть с ним в обнимку, но Женя планировала вернуться к себе до того, как Андрей привезёт сына, и поэтому, зажмурившись, сильнее прижалась к мужчине, пообещав себе через минутку начать собираться.
Руслану тоже было хорошо и, понимая, что предлагать остаться бессмысленно, он пообещал себе и ей:
— У нас всё получится.
Одевались они вместе, и перед уходом Руслан подвёл Женю к двери, за которую она ещё не заглядывала, и предложил:
— Пусть Гриша сам выберет, какой ремонт нужен. Ему ведь больше понравится иметь свою собственную берлогу, а не в зале спать?
 
Оказалось, что под кладовку у мужчины отведена небольшая комната. У окна стояла гладильная доска, и, похоже, это было единственным, чем пользовался хозяин квартиры, потому что придвинутый к одной из стен офисный стол, лакированная тяжелая скамейка из дерева, скатанный в рулон ковёр и даже рогатое чучело головы лося — были покрыты толстым слоем пыли.
— С подбором комнат мы повременим, со спальным местом у Гриши проблем нет, вся наша квартира в его распоряжении.
Настаивать Руслан не стал, решив для себя, что переезд дело практически решённое, и ей только нужно больше времени, чтобы это осознать, а потом и порадоваться. Всю дорогу до Жениного дома он вёл себя как обычно, но она всё равно чувствовала вину за то, как отреагировала на его предложение.
«Нужно было сказать, что я польщена? Поблагодарить? Ну не могла же я согласиться! Или могла?»
— Обед с мамой и её стариком-подпевалой, фотографии и истории из моего детства… А когда я смогу познакомиться с твоими родственниками и узнать о тебе что-нибудь постыдное?
— Мама, а вместе с ней и детские фотографии в сотнях километрах отсюда. Но я покажу тебе то, что ты смог бы на них увидеть, — решилась Женя и, вытянув шею, руками собрала волосы по бокам и на затылке вверх.
С первого взгляда Руслан не понял, что она хочет этим продемонстрировать, но остановившись на светофоре, снова повернулся в сторону пассажирки и увидел, как зимнее солнце будто проходит сквозь тонкую кожу женских ушей.
— Как я мог раньше этого не замечать? Я же тебя всю видел! И трогал! — не мог поверить мужчина.
— Я ушастая, поэтому с подросткового возраста ношу такую стрижку и приучилась скрывать свои оттопыренные локаторы.
А в другой машине вопросом задавался Андрей Майоров.
— А к кому твоя мама в гости пошла?
— К другу.
— А друг — это девочка или мальчик?
— Мама же взрослая, она с мальчиками или девочками не дружит. — ответил Гриша.
Андрей не знал, что если бы они выехали на пять минут раньше, он сам бы смог увидеть, как этот «друг», проводив Женю до подъезда, не очень-то и дружески обнимает её на прощание, а потом и вовсе зачем-то целует в уши, прикосновения к которым она обычно всегда избегала.
  
81. Адоевы и два вечера из жизни разведёнки
 
Воскресение Майоровы долго нежились в своих тёплых постелях, слушая завывания ветра за окном. Выходить на улицу не хотелось обоим, поэтому собаку пошли выгуливать вдвоём, чтобы не было обидно.
Потом был сладкий завтрак, чтобы зарядиться энергией и приступить к ещё одной обязаловке — Гриша занялся выполнением домашнего задания, а Женя глажкой.
После позднего обеда домашними пельменями двигаться совсем не хотелось и все трое обитателей квартиры устроились перед телевизором.
А в это время в доме Адоевых принимали гостей.
Когда Олегу позвонил приятель, с которым он в юношеские годы ходил в один зал, а потом возобновил общение, закончив спортивную карьеру и вернувшись на малую родину, и сообщил, что приедет с женой в город на несколько дней по делам, предложение переночевать у него вырвалось само собой и не казалось неправильным. Дом большой, места всем найдётся, да и времени для общения будет больше.
А вот когда Олег начал объяснять Саше, кем приходится ему пара, которую он пригласил погостить, то понял, что поспешил, и единолично принимать такое решение не стоило.
 
Конечно же, Александра заволновалась, услышав, что ей предстоит не только познакомиться со старыми друзьями мужа, но ещё и проявить себя гостеприимной хозяйкой. А уж когда Олег сам с чего-то замялся и сказал, что лучше им будет заселиться в гостиницу, заподозрила неладное.