Пленница миллиардера (СИ)

Но я стараюсь не думать об этом.
Мои трясущиеся пальцы чувствуют жесткую гладкую шерсть, а ухо ощущает жаркое дыхание Деймоса и ловит его шепот:
- Расслабь руку. Вот так, почувствуй. Просто гладь. Умничка.
По спине бегут миллионы мурашек…
Чувствую, как в пальцы тычется что-то холодное и влажное, хочу отдернуть руку, но Деймос держит крепко, не позволяет.
Открываю глаза. Фобос лизнул мой палец. Снова зажмуриваюсь и буквально вжимаюсь в Деймоса.
- Все хорошо, тише-тише.
Мое дыхание выравнивается, я успокаиваюсь.
- Ну как? Уже не так страшно?
- Уже не так…
- Вот и славно. Иди одень купальник и спускайся. Время одиннадцать. До двенадцати закрепим успех, а потом в спальню.
Дергаю плечом, что означает «вот уж нет».
***
Летние ночи теплые.
Я стою в одном купальнике у кромки бассейна и мне не холодно. Может быть потому, что моя спина прижата к горячему телу Деймоса. Он стоит прямо позади меня, положив руки мне на плечи. А справа сидит Фобос и так же, как и мы, смотрит на водную гладь. Подсветка в бассейне делает воду искрящейся, волшебной. Босые ноги ощущают тепло деревянного настила.
С неба за нами подглядывает луна.
На столике рядом стоят порезанные фрукты и два бокала, почти опустошенные.
Освежиться и правда хочется, от алкоголя начинает мутить, но он свое дело сделал – я расслабилась, напряжение притупилось.
Деймос отпускает мои плечи, подходит к краю бассейна и ныряет головой вниз. Его прыжок эффектный, грациозный. Всплеска почти нет. Даже не верится, что такой великан, как Деймос может так ловко прыгнуть. И правда ягуар.
Ежусь. Спине, лишенной обогрева, становится зябко.
Деймос подплывает к краю, кладет локти на край бассейна, требовательно смотрит на меня:
- Иди сюда.
Ну уж нет, я пойду по ступенькам.
Деймос провожает меня взглядом, но ничего не говорит. Чувствую маленькую победу.
Пока иду, отмечаю, что нигде нет игрушек, детских принадлежностей. Ребенок, которого я видела из окна, здесь живет или был в гостях? Мне хочется спросить об этом, очень уж необычный, странный мальчик, чувствую из-за него смутную тревогу.
Аккуратно спускаюсь в теплую манящую воду.
Ступенька, вторая…
Хорошо бы уплыть подальше от этих двух чудищ…
Ай!
То ли из-за алкоголя, то ли из-за шумного плюханья Фобоса в воду, я оступаюсь, неловко взмахиваю руками, пытаясь удержаться, теряю равновесие, падаю, прямо головой об …
Меня подхватывают мощные руки.
Как он смог успеть? Это ж какой стремительный прыжок нужно было совершить и какую реакцию иметь, чтобы поймать меня у самой кромки…
Сердце колотится, я судорожно вцепляюсь в бугры мышц, задыхаюсь.
Деймос прижимает меня к себе, внимательно смотрит. В  его глазах мелькнуло волнение или мне показалось?
- Купание отменяется.
Он несет меня к дому, а мне неловко, хоть я и благодарна за спасение.
- Я сама пойду.
- Сама ты уже по ступенькам пошла. Второе правило, - по его интонации я понимаю, что он сердится. - Беспрекословное послушание. Если я сказал иди сюда, значит иди сюда, ясно?
Молчу, кусаю губу, хмурюсь.
Мы уже в доме. Он ставит меня на пол, берет за подбородок, заставляя поднять голову. С него капает вода. Пристально смотрит, продавливает взглядом, будто клеймо выжигает.
Отвожу глаза:
- Ясно…
Он отходит к креслу, по пути схватив полотенце, садится, широко расставив ноги.
- Сейчас проверим, насколько тебе ясно. Снимай купальник. Медленно.
  
Глава 14
 
Пока мы были в бассейне, кто-то из прислуги убрал посуду, задуть свечи и включил торшеры. Теперь в гостиной полумрак разгоняет теплый ламповый свет, а томная музыка негромко ласкает слух.
Атмосфера мягкая и интимная. Какой, оказывается, у Деймоса вышколенный и незаметный персонал. И… опытный.
Молча смотрю на него, вальяжно устроившегося в кресле. Его лицо утопает в тени.
Деймос неспешно обтирает полотенцем рельефные ручищи с перекатывающимися бицепсами, мощную шею…
А я не успела промокнуть, а то бы сейчас тряслась от холода и страха. Хотя нет - страха почти нет, но возмущение начинает нарастать. Это вино так действует или я устала бояться?
 
Он в самом деле думает, что я буду подчиняться? Или проверяет буду ли я слушаться? По его лицу ничего не могу понять.
- Я вам не рабыня. Не буду.
Отступаю назад, к двери.
- Ты же сказала, что тебе ясно? Значит не так уж ясно?
Он подается корпусом вперед и ставит локти на колени. Как хищник, готовящийся к прыжку. Как сжатая пружина…
Ой, рано я радовалась избавлению от страха…
Сглатываю.
Выпаливаю, не задумываясь:
- Мне ясно, что я буду слушаться только, если это не порочит меня и не унижает. Вам ясно?
Обмираю - вот это я выдала…
Он же щас разозлиться, и мне хана… Мое тело напряжено до предела.
Он смеется. И резко, одним движением, встает. Полотенце с бёдер падает на пол.
Отчаянно хватаюсь за соломинку:
- Вы говорили, что сделаете так, чтобы я хотела! А я не хочу!
- Говорил. А ты сама не хочешь меня отблагодарить? Я тебе жизнь спас.
- А я не просила! – кричу. – Лучше бы я сдохла, чем вот так!.. Издеваться надо мной…
Он неспешно идет ко мне, а я отступаю. Утыкаюсь спиной в стену. Все, идти некуда.
Деймос делает последний шаг и нависает надо мной, упирается ладонью в стену, чуть повыше моей головы.
Я испуганно смотрю на него снизу вверх, вжимаюсь в стену, хочу просочиться сквозь нее, наружу, на свободу, на воздух. У меня голова кружится.  Хочется убежать, но не могу же я позволить ему опять… взять меня…
Вспоминаю, какая кара ждет меня за непослушание, что он может сделать со мной… И все резкие слова, готовящиеся сорваться с языка, умирают.
Он вплотную ко мне стоит, с его волос капает, как тогда, когда он был только из душа. Ловлю дежавю. Меня снова накрывает сосущее чувство в животе, растекается волнами, как растекаются по моей груди капли влаги, падающие с его волос.
Стена холодная, а от Деймоса жаром веет, я покрываюсь мурашками, чувствую, как твердеют соски и понимаю, что это заметно сквозь купальник.
- Ты опять боишься? – интонации его голоса где-то посередине между наждачкой и бархатом.
Срывающимся шепотом спрашиваю:
- Зачем вам это? Зачем вам я? Полно девушек, которые будут в восторге…
Он кладет указательный палец мне на губы, и я умолкаю, стискиваю зубы. Но его это не останавливает. Он очень медленно обводит контур моих губ, заводит палец в рот - под нижнюю губу…
- Такой красивый рот. А говорит такую чушь.
Я хочу возмутиться, размыкаю зубы… И он, воспользовавшись этим, вводит палец внутрь, давит на нижние резцы, заставляя открыть рот пошире. Я протестующе напрягаю челюсть, в мыслях откусить палец, но… снова страх… Если я это сделаю, то не уйду отсюда живой.
Мое дыхание учащается, я не могу сопротивляться, понимая всю бесполезность этого. На языке скапливается слюна, его палец погружается в нее, чуть-чуть скользит по кончику языка. Наконец Деймос его вынимает.
Я перевожу дыхание, сглатываю… И вздрагиваю…
…потому что он резко оголяет мне грудь, сорвав купальник. Дорогая ткань стонет, я ничего не успеваю сообразить, как его сильная ладонь мнет меня, а палец, влажный от слюны, скользит по затвердевшему соску.
Полустон предательски вырывается из горла сам по себе. Закусываю губу, заставляя себя затихнуть…
Я хватаю его за запястье, но он этого даже не замечает, продолжает круговые движения…
Волны растекаются внутри меня, постепенно охватывая жаром весь низ живота, превращаются в слабую пульсацию… Ох нет…
 
Я опускаю глаза и с ужасом замечаю, как натянулись его черные плавки-боксеры, как они едва сдерживаются, чтоб не лопнуть под силой эрекции.
Деймос замечает, куда я смотрю.
Он подцепляет резинку, и спускает их ниже бедер.