Имя мне - пламя (СИ)

— Морганвиль — на выдохе начала Амелия. — Его возвел основатель нашего рода и первый архонт асилума в Чарльстоне: Реджинальд Морган. Наша семья одна из тех, кто входила в первый состав парламента, и их с каждым годом становиться все меньше. Они объединились чтобы сохранить границы между нашим миром и миром стихии. Ты хотела знать больше о нашей семье? Этот дом её исток.
— Я думала ваш дом в Корнуолле. — я запнулась, наконец оторвавшись от вида и только сейчас заметив потускневший взгляд Амелии.
Она стояла, выпрямившись и отчужденно смотря на долину как будто мысленно окунувшись в воспоминания. Ветер трепал её волосы, а на губах застыла грустная улыбка. Секунду, и наваждение пропало, и она обернулась на меня, а уголки её губ подтянулись вверх. Она усмехнулась.
— Стал им, когда мы с твоим отцом только сошлись. Это нужно было чтобы воспитать в Роберте будущего архонта.
— И он наш?
— Он ничей. Сейчас он, как и все остальные, принадлежит фонду парламента, поэтому нам вряд ли можно попасть вовнутрь. Наш отец отверг Найджела, так что у того нет прав на него и следующим наследником скорее станет твой сын, чем он. Это было последнее решение твоего деда, Антариуса, перед тем как его убили.
— Убийца не найден… — перед глазами появилась вырезка из дневника отца. Мама не знала, что он у меня, и к счастью сейчас не обратила внимания на эту фразу. — Что произошло?
— Кто-то проник в их покои. Антариус и моя мать Миранда — погибли в одной из многочисленных комнат этого дома и никто так и не узнал от чьей руки. — мама грустно вздохнула, — Я жалею, что ты не успела познакомиться с ней.
— Почему именно сейчас? — задала я вопрос, атакующий мои мысли последние несколько минут. — Ты никогда не хотела, чтобы я знала хоть что-то о твоём прошлом, о вашем браке с моим отцом и обо всем остальном. — я заметила, как Амелия отпускает руки, нервно выгибая пальцы. — Что-то изменилось?
— Ты изменилась, — мама выдохнула и посмотрев на меня мягко улыбнулась. — Ты уже давно не ребёнок и мне надо к этому привыкать. Это и твоя история тоже.
Я ответила на улыбку взаимностью, осторожно приблизившись и перехватив мамину руку. Этого контакта хватило, что бы мы обе поняли сколько значим друг для друга. Я была эгоисткой, пытаясь докопаться до правды, сколько бы не было слепых пятен. И пусть у них с отцом не было любви, они жили вместе и вырастили меня, такой какой хотели. Сейчас для Амелии только это имеет значение.
- Поехали, перекусим, — мама отвернулась к машине, как бы в невзначай пальцем стерев выступившие слёзы.
Пожав плечами, я последовала за ней, последний раз оглянувшись на долину. Морганвиль всё ещё был там, такой далёкий и отчуждённый, похоронивший многих Морганов за своим существованием. И я неожиданно осознала, что именно там, в семейном склепе Роберт заслужил своё место, больше кого-либо. Он был истинным архонтом.
Забрав вещи из асилума, я поехала прямиком домой. В тот дом где жила мама, и где я намериваюсь провести следующую неделю. Я задолжала ей очень много семейных ужинов.
Первым делом, что я увидела, зайдя в квартиру, это то как мама всего за пару дней смогла её превратить в наш старый дом. Все плакаты, картины и книги были на своих местах где я привыкла их видеть, но главное, что меня удивило, были фотографии. Они висели по всей стене коридора, не оставив даже свободного сантиметра. Мама раньше никогда не вешала фотографии, не ставила их в рамку и ни покупала альбомов. Может боялась, что всё что там изображено, у неё могли отобрать. В любом случае я за неё рада. Она научилась снова жить…
— Что ты смеешься? — спросила Амелия, появившаяся со стороны кухни.
— Ничего! — снова улыбнулась я, и большими шагами преодолев расстояние обняла её, зарывшись носом в волосах. — Ничего о чём бы ты не знала.
— Ну хорошо, — снова удивлённо сказала она, хмурым взглядом оглядывая моё счастливое лицо, как будто боясь, что у меня неожиданно крыша поехала. От этой мысли я снова рассмеялась. — Какая-то ты странная. В любом случае там еда стынет, и то что ты сошла с ума не даёт тебе права отказываться от неё. Я почти весь вечер на неё потратила!
 
— Есть капитан! — выпрямилась я, огибая маму, и направляясь на кухню. Мотнув головой, как будто проверяя не почудилось ли ей, Амелия отправилась следом.
  
4.1
 
После вынужденного больничного вернуться в привычный ритм оказалось довольно-таки сложно. Физика прошла как в тумане, хотя я из-за всех сил пыталась вникать в то что говорит профессор. Очнуться помог лишь, кусок бумаги, скомканный и отправленный прямо в затылок. От второго выстрела Криса, меня спас звонок.
— До конца полугодия меньше двух месяцев, а у тебя из оценок только четверка по литературе! — недовольно сказала Джесс, идя рядом со мной по коридору. — Ты хоть раз открывала мои конспекты?
— Если скажу да, ты мне всё равно не поверишь, — быстро пробормотала я, отсылая смс Триану. — Поверь, Джесс. Это сейчас меньшая моя проблема.
«Не удалось» красными буквами высветилось на экране, и набрав номер я удивлённо услышала холодный голос автоответчика.
— Что за…? — себе под нос пробормотала я, заворачивая к подоконнику подальше от толпы, и снова набирая номер. Уже на третей попытке, к нам присоединился Майк.
— Её не было на экономике, — оглядываясь сказал друг, после того как я засунула телефон обратно в карман. — Кто будет приходить в школу только на один день?
— А что сказал учитель?
— Что Ретта заболела. Не странно ли? — вопросительно приподнял брови, Майк. — После того как я спросил не знает ли он где она живёт, он выставил меня из класса, я цитирую, «что бы в любовных делах мы разбирались вне стен школы!»
— Но должно, же быть что- то! — ударяя ладонью по подоконнику, воскликнула я. — Она не могла просто так исчезнуть!
— Она сказала, что ты узнаешь где её искать, — задумчиво произнесла Джессика — Достаточно найти хотя бы одного с фамилией Портер. Отца, маму, брата…
— В Чарльстоне сто тысяч человек, ты предлагаешь обыскать каждого?
— Нет. Если знать, как искать, — коварно улыбнулся Майк, беря в руки мой портфель. — А для этого у вас есть я!
Через пару минут мы уже сидели в библиотеке, окружив один из стационарных компьютеров. Если нас засекут в полиции, то никто не сможет сказать кто именно взломал федеральный сайт в нашей школе. Библиотекарша, на старости лет даже не вспомнит как мы выглядим.
— Таааакс, — сказал Майк, театрально разминая пальцы. — Вы же понимаете, что это остаётся между нами, и этой библиотекой?
— Ищи уже! — недовольно воскликнула Джесс, нахмурившись от вопросительного взгляда библиотекарши. Скорчив гримасу, друг энергично застукал пальцами по клавиатуре. Цифры и буквы на экране мелькали настолько быстро что я даже не успевала их прочитать. Майк остановился лишь тогда, когда бегущая строка замигала на букве j.
— В глобальном поиске «Портер» могут быть десятки, — шикнула Джессика. — Как ты собрался…
— Тише женщина, — не оборачиваясь ответил друг, медленно вводя какие- то цифры. — Даже у таких как твоя «Ретта» должны быть свои промахи…
Экран мигнул, перестроился и вот уже перед нами синий фон, с большой аббревиатурой «Фбр» по середине. Пара кликов и в левом верхнем углу, выплыло окно, с мигающей палочкой. Заведя в строку фамилию Портер, ещё какие-то цифры, которые не имели для меня никакого значении и вот перед нами уже небольшая вырезка какого-то документа, с маленькой фотографией улыбчивого шатена, с начесом.
 
— ЕСТЬ! — громко крикнул Майк, но тут же опомнившись понизил голос до шёпота. — Луи Портер 92 года рождения…ого, целых пять потасовок за последние два месяца. У него дом в квартале от сюда.
— А если это не тот Портер, — удивилась Джессика. — Не похоже, что они сильно скрываются.
— Тут написано он покалечил шестерых, троих даже отправили в реанимацию, — уточнил парень. — Судя по Ретте, он вполне может быть её братом.