Божий дар, или Ход конем (СИ)

Дани поджал губы.
— Нет, — признался он. — Скорее всего, это маг, который намного сильнее меня. Как это ни обидно осознавать, — улыбнулся эльф.
— Мне не послышалось? — переспросил ведьмак, усмехаясь. — Ты это действительно сказал?
— Ага, сам не могу поверить! — рассмеялся Дани. — Плохо лишь то, — уже серьезно заговорил он, — что во всей этой истории появился новый персонаж. И очень сильный. И я его не знаю.
— Господа, я, конечно, не могу судить о вопросах Магии, — заговорил Эльстан, — но что касается этого неизвестного, то, думаю, нам беспокоиться не о чем. Насколько я понял из слов Джен, он с нами вполне солидарен, по крайней мере, пока.
— Тоже верно, — согласился Дани. — А там посмотрим, если он будет представлять для нас угрозу, в чем я, честно говоря, сомневаюсь — тогда и решим, что делать. А пока не будем забивать головы, у нас и без того проблем — выше крыши! Джен, ты как?
Я задумалась. Надо сказать, мне этот неизвестный тоже не казался враждебно настроенным. Не знаю, почему, но было в нем что-то такое… располагающее, что ли. Хотя на добряка он не был похож — уж очень страстный и яростный, но все равно, его голос вызывал только самые положительные эмоции. И, что самое непонятное, меня не покидало ощущение, что я его уже где-то слышала. Было в нем что-то неуловимо знакомое, но давно забытое… Я в очередной раз встряхнулась, расправила плечи и обвела взглядом свою команду.
— Ну что, господа, кому не терпится рискнуть жизнью во имя нафиг никому не нужной и сомнительной во всех отношениях цели?
Мои ребята дружно рассмеялись. Только Зверь обиженно фыркнул — кажется, он единственный из всей компании относился к нашей миссии со всей серьезностью.
Больше ни о чем не споря, мы двинулись к Эвенкару.
  
Глава 4. Вальдос. Шере. Орки
 
Вальдос проснулся, с удивлением обнаружив, что небо за окном несколько посветлело — вместо пугающей густой черноты в маленькое окошко пыталось втиснуться не менее пугающее серое марево, и у него это иногда почти получалось. Сплошная стена тяжелых туч вползала в комнату густым туманом, изредка роняя на пол капли дождя, которые упрямо не хотели оставаться снаружи и время от времени делали вполне удачные попытки преодолеть границу, представленную крепким подоконником.
Граф Рейнгард потянулся и встал с постели, прислушиваясь к своим ощущениям. От недомогания, которого он едва не принял вчера за смертельную болезнь, не осталось и следа, только нога еще немного болела, но не до такой степени, чтобы нельзя было ходить. Завернувшись в одеяло, опираясь на крепкую мебель, он осторожно побрел к выходу.
Проходя по коридорам орочьей избушки, он озирался по сторонам, с интересом рассматривая убранство комнат. Дерево. Крепкое дерево и камень. Еще глина и солома. И немного грубой ткани, выделанная кожа, шкуры и перья. Вот, собственно, и все составляющие этого диковатого, первобытного, но, вместе с тем, очень жизнеутверждающего уюта. Странно, он привык к ослепительной роскоши, к которой привык с детства, и даже не представлял, что можно жить счастливой полноценной жизнью, не имея всего этого. Но здесь, в этом домике, среди примитивных фигурок, вырезанных из дерева и кости, или вообще, связанных из соломы, он чувствовал себя спокойно и хорошо, как никогда.
Вальдос толкнул тяжелую дверь и вышел на крыльцо. На улице действительно уже было совсем светло — вероятно, настало утро. Так значит, тогда и правда была глубокая ночь? Сколько же он ехал? Это же совсем рядом со столицей … Он потряс головой, но пожалел об этом — в ушах тут же зашумело, и он вынужден был прислониться к стене.
— Какие люди! — услышал он до боли знакомый женский голос. — Граф Рейнгард собственной персоной! Ну, теперь мне все ясно. А я думаю, кто же смог пересечь границу зоны, так хитро заколдованной, что не то, что зверь не проскочит — муха не пролетит! Но есть две категории людей, для которых нет ничего невозможного. Это гении и идиоты.
 
Женщина залилась звонким смехом. Вальдос открыл глаза и тут же зажмурился, молясь всем богам на свете, чтобы та, что стояла сейчас перед ним, оказалась всего лишь галлюцинацией.
— Вальдос, а ну кончай симулировать, ты еще обморок изобрази, или полную потерю слуха и зрения! — продолжал насмехаться фантом, никак не желая таять в липком тумане.
— Это тебе я обязан своим спасением? — сверля взглядом крыльцо, выдавил из себя Вальдос.
— А то кому же! — хохотнула женщина. — Правда, если честно, не только мне — еще этой прекрасной зеленокожей девочке. Надеюсь, ты еще не успел разбить ей сердце? Учти, обидишь ее — будешь иметь дело со мной.
— Почему это? — не поднимая глаз, смущенно засопел Вальдос.
— А так, из женской солидарности. Просто терпеть не могу таких, как ты.
— Я тоже рад тебя видеть… Шере, — чуть слышно пробормотал маг.
— Я заметила! — усмехнулась Шереила. — Так рад, что за все это время ни разу на меня не взглянул. Что, Рейнгард, боишься, что вдали от тебя моя красота зачахла, и за столько лет разлуки я стала редкой уродиной?
Вальдос прикусил губу и, собравшись с силами, поднял глаза.
— Какое волевое решение! — зааплодировала Шере. — Я тобой горжусь!
Вальдос покраснел, но отвечать не стал — переговорить Шереилу у него все равно никогда не получалось, даже тогда, в Академии, а сейчас… Сейчас она стала шикарной, эффектной женщиной, безумно красивой и уверенной в себе. Хотя, в принципе, все это было в ней и раньше, но с годами она только похорошела, в ней появилось нечто острое, опасное и, вместе с тем, волнующее и притягательное. Вальдос передернул плечами — он всегда ее немного побаивался и, надо сказать, не зря — Шереила всегда была импульсивной и совершенно непредсказуемой.
— А… как ты сюда попала? — неожиданно для самого себя спросил он.
— Я? Честно говоря, я шла за тобой… Не смотри на меня так, я не занималась шпионажем — какого бы ты мне сдался! — фыркнула она. — Просто ехала мимо по своим делам. Между прочим, очень важным, — добавила Шере и вдруг стала совершенно серьезной. — А потом услышала крик о помощи. Страшный такой, полный смертельного отчаяния. От которого мороз по коже, — она вздрогнула. — Причем, не знаю, кричал ли ты на самом деле, но в Ментале он прозвучал очень пронзительно. Но больше всего я удивилась, когда поняла, что этот крик доносится из совершенно на первый взгляд благополучного леса.
— Прости… Я, правда, очень испугался… — замялся Вальдос.
— Вот за это как раз не извиняйся, — приободряющее подмигнула ему Шере. — Ты поступил абсолютно правильно, а то повыпендривался бы еще чуть-чуть, и умер бы. Нелепой смертью, согласись.
— Не то слово, — хмыкнул Вальдос. — Но я не понял…
— Как я сюда попала? Я же говорю, шагнула на голос. Рейнгард, у меня муж — некромант, — пояснила она. — Он меня научил некоторым штучкам. Например, как преодолевать барьер проклятых земель… Жаль только, я ловушку не сразу заметила — изнутри купол намного прочнее, так что войти не так уж и сложно, а вот выйти…
Вальдос вздохнул, потупив глаза.
— Прости… Я не хотел еще кого-то впутывать. Тем более — тебя.
— Конечно! — усмехнулась Шере. — У тебя насчет меня были совершенно иные планы. Какие, Вальдос? — в упор спросила она.
Маг уже открыл рот, но ответить вразумительно на этот вопрос оказалось не уж и просто.
— Шере, — невнятно пробормотал он, — скажи лучше, когда спадет завеса?
Женщина упрямо поджала губы, недовольная тем, что ее собеседник перевел тему, но потом все же ответила:
 
— Сложно сказать… Может, через неделю… если получится. Вообще, очень здорово, что ты сюда провалился, — улыбнулась она. — Не хочу себя нахваливать, но без хорошего артефактора эта деревня была бы обречена. Хотя, по большому счету, сюда бы некроманта…
Вальдос вздохнул и присел на скамью возле дома. Деревня… Он никогда не видел прежде орочьи деревни. Крепкие домики… словно из сказки. И сами орки, эти великаны с зеленой кожей и клыками, выпирающими из нижней челюсти… Прежде все это для него существовало где-то далеко, и, шагнув через завесу проклятия, он действительно будто попал в другой мир.