Божий дар, или Ход конем (СИ)

И я веду всех этих потрясающих ребят в логово Гаронда…
— Джен, не делай такое лицо, — простонал Дани, — а то у меня щас зубы разболятся, а как я их без магии лечить буду? Опять пузырьки глотать?
— Потерпишь, — буркнула я, зарываясь в складки плаща Витольда.
— Джен, — голос Дани внезапно стал абсолютно серьезным, — давай сразу условимся. Мы все не законченные идиоты, а достаточно взрослые и сознательные люди, как бы странно это не звучало. Это я к тому, что нагнетать в себе чувство ответственности за всю нашу кодлу — несколько неправильный настрой, который ты себе выбрала, пускаясь в это, может, и опасное, но до жути интересное приключение. Так что не парься. Все мы прекрасно осознаем, что нас ждет в том случае, если мы проиграем, но… с чего ты взяла, что мы должны проиграть?
Я прикусила губу.
— Дани, пойми…
— Нет, это ты пойми, — жестко заговорил эльф. — Знаешь, в чем проблема этого мира вообще и врагов Гаронда в частности?
— В том, что никто не наберется смелости ему противостоять? Знаю. А…
— Таш? Ему просто не повезло, — пожал плечами Дани, — относись к этому как к досадной случайности, а не как к закономерности. И еще считай, что Гаронд блефует. Может, он не такой сильный, как кажется, просто ни у кого не хватило смелости это проверить?
— А если нет?
— А если нет… — усмехнулся он, — тогда будем блефовать мы.
Зверь за окном торжествующе заржал, словно подтверждая слова эльфа.
— Вот видишь, — указал в его сторону Дани. — Даже конь всё понял…
— Дани! — возмутилась я, потом обернулась на Зверя. — Вы что, сговорились? — Зверь радостно фыркнул. Предатель!
— Всё, твоя совесть насытилась? Больше не грызет? — подмигнул Дани. — Если еще захочет, отсылай ко мне, пусть меня погрызет, что ли, а то моя то ли беззубая, то ли просто брезгует!
Я улыбнулась.
Он прав. Распускать нюни в совершенстве могут здешние боги, вернее, богини, стонущие под гнетом Гаронда и не делающие попытки его победить, и уподобляться этим слабохарактерным теткам у меня не было не малейшего желания. Не знаю уж, что собой представляет Дарсинея, но Этана на меня, надо сказать, должного впечатления не произвела. Так что… в конце концов, ну и что, что она — богиня? Это никак не характеризует ее бойцовские качества. Я вздохнула. Дани прав. Пусть наше положение довольно сомнительное, но другие варианты того, что мы могли бы сделать или, наоборот, не сделать — еще хуже. Так что…
— Эвенкарр! — возвестил орк.
Эвенкар. Сердце Элантиды. Вотчина Гаронда. Город противоречий и, несомненно, самый красивый город этого мира. Жаль, что рассмотреть его не удастся. Значит, в другой раз. Будем надеяться, что он нам еще предстоит.
Мы подъезжали к вратам Эвенкара.
На вратах стояли стражники — такое количество, что мне сначала даже показалось, что они выстроились на парад. Но, как ни странно, конвой мы миновали быстро и совершенно беспрепятственно — видимо, с «дочерьми Изумрудных Чертог» предпочитала не связываться даже доблестная стража главного города Элантиды. А дальше…
Инквизиторы. Послушники Святого Ордена. Их было очень много. Они вроде бы ничем не выделялись, неприметные серые мантии сновали в пестрой толпе Эвенкара, невидимые глазу, неслышные, но — вездесущие. Сама не знаю, как так получилось, но внезапно я осознала, что чувствую их, может быть так же, как Эльстан, лишенный магии, в то же время не перестал ее чувствовать повсюду. Этого я не умела, но магия Инквизиторов… Что-то холодное, чужеродное, как магия мертвых, только — другая, еще холоднее, еще более чуждая всему живому.
Ведьмак присвистнул.
— Да уж, весело здесь, нечего сказать…
Я передернула плечами.
— Кстати, насчет веселья, — услышала я голос Эльстана. — На площади, кажется, что-то затевается.
— Не казнь, я надеюсь? — спросила я. — А то у здешних устроителей празднеств офигенное чувство юмора.
— Да нет, не похоже, — пригляделся Эльстан, привставая на стременах. — Скорее, какое-то представление.
Я выглянула в окно. Честно говоря, происходившее на улице меня несколько удивило. Я рассчитывала увидеть либо выступление местного или заезжего театра или, учитывая особенности этого мира, выступление иллюзионистов, но… Больше всего это напоминало какой-нибудь открытый рок-фестиваль «open air» с потрясающими спецэффектами. Не знаю, почему я считала, что конкурсы бардов здесь проводятся в тавернах, ведь под открытым небом намного удобнее работать магам, устраивающим ни с чем не сравнимые «видеоклипы», изображающие где — сюжет песни, а где — неземной красоты абстрактные узоры, вспыхивающие и растворяющиеся в воздухе, я даже поневоле залюбовалась захватывающим зрелищем.
 
Голоса певцов неслись над огромной площадью, тоже не без помощи магии, проникая в сердце слушателей вместе с переборами диковинных инструментов, заставляя смеяться и плакать над судьбой героев древних баллад и недавно сочиненных песен. Хозяева окрестных таверн, пользуясь случаем, выставляли на улицу скамейки, столики, бойкие девицы разносили вино и яства, народ гулял. Но при этом не было ни беспорядков, ни давки — еще бы, стражников здесь было, хоть отбавляй! Да и «серые братья» тоже нет-нет, да и мелькали среди любителей высокого искусства, уж не знаю, по доброй воле или выслеживая кого-нибудь из врагов Его Святейшества. Нас, например.
— Хорошо поют, — одобрительно кивнул Эльстан.
— Хочешь присоединиться? — пошутила я.
Он мягко улыбнулся, покачав головой.
— Кстати, Высочество, спой нам как-нибудь, а? — неожиданно попросил Дани. — Ну, понятно, что не сейчас, а вообще. А то мурлыкаешь потихоньку, а вслух не поешь никогда…
— Я очень давно не пою песен, — грустно ответил Эльстан.
— А почему? — не поняла я. — Насколько мне известно, эльфийские песни самые красивые…
— Да, это правда. Только я их не пою.
— Это что, какой-то обет? — допытывалась я.
Он печально улыбнулся.
— Да нет, просто…
— Просто «грусть-тоска меня снедает», это я поняла. А ты спой грустную песню! Или… в чем-то другом причина?
— Джен, ну ты же знаешь!
— Нет, не знаю. Я знаю, что тебя лишили магии, но ведь не голоса! Только не говори, что эльф не может петь без помощи магии!
— Что ты, — возразил Эльстан, — мы вообще не пользуемся магией при пении, это было бы нечестно!
— Понятно, — усмехнулась я, — живой звук forever, рок против наркотиков и тому подобное. Не спрашивайте, что я сейчас сказала, объяснять слишком долго. Возвращаясь к теме, почему тогда не поешь?
— Джен… — уверенности в его голосе уже не было.
— Ладно, можешь не отвечать. Вытащим Дарсинею — споешь?
Он растерянно кивнул.
— Отлично! — развеселилась я. — Дани, а ты?
— Я?! — завопил не ожидавший подвоха темный эльф.
— Ну да, ты. Только не говори, что у тебя голоса нет — я теперь знаю, на что ты способен!
Дани рассмеялся.
— Да ладно, спасибо, конечно, только… Джен, тут такая проблема — те песни, что я пою, в приличном обществе лучше не исполнять.
— Ты знаешь, я почему-то догадалась, что это будет не эльфийская канцона! — хохотнула я. — Но, знаешь, в моем обществе можно петь любые песни, я не ханжа. Так что ты тоже попавший, — я вздохнула. — Так, ладно, не будем терять время… Дани, ты вспомнил, где лаз?
Он невозмутимо кивнул, словно знал это всю свою жизнь.
— Честно говоря, Кори сейчас к нему и направляется.
— А нас… не заметят?
— Заметят! — блеснул зубами Дани. — Только вот внимания не обратят. Боги, благословите Эвенкар и его светлый праздник песен!
— Погодите, а… вы что, знали, что здесь в это время будет большой праздник? — я обиженно оглядела своих довольных спутников.
 
— Честно? — хитро прищурился Дани. — Да. То есть, нет. То есть, не совсем. В Эвенкаре постоянно что-то празднуют, не одно, так другое. Но, в крайнем случае, мы бы еще что-нибудь придумали.
Я усмехнулась. Авантюристы! А я еще мучилась угрызениями совести! Да их хлебом не корми, дай им только ввязаться в отвязное приключение, чем опасней, тем лучше. Причем, всем. И тихоня Эльстан — отнюдь не исключение. Зверь призывно бил копытами. Глаза ведьмака начали нехорошо поблескивать, скоро светиться начнут, Дани начал незаметно расшнуровывать корсаж, Эльстан… его боевую готовность ничто не выдавало, но я чувствовала, что он только ждет команды, чтобы сорваться с места. Орк… его я не видела, но уверенна в нем была на сто процентов.