Немая смерть (СИ)

Наконец, мы дошли до закреплённого за нами полигона. Я кивнула на покрытый короткой травкой пятачок земли, присаживайтесь, мол, распечатала выданную в школе пачку документов и тоже уселась на скрещенные ноги.
— Меня зовут Узумаки Кушина, как вы уже знаете, — новоявленные генины завороженно следили за висящими в воздухе линиями. — Расскажите немного о себе, что сочтете нужным. Что-то, что ваши товарищи должны о вас знать.
Первым, как я и думала, заговорил Акайо.
— Меня зовут Узумаки Акайо, у меня есть трое младших братьев и мама. Я силен в тайдзюцу и фуиндзюцу, владею барьерной техникой хиден, — он немного поколебался и добавил. — Хочу стать джонином и войти в правящую ветвь.
Мальчишка постоянно упрашивал меня определить ему стихию. Отказала, конечно же. Для Узумаки у него контроль неплох, но не более того.
— Узумаки Хироши, — представился второй. — У меня есть мама и младший брат. Третье место в классе по тайдзюцу, осваиваю кендзюцу и фуин. Хочу превзойти всех Мечников Тумана.
Кстати, возможно, что превзойдёт. Телосложение у Хироши-куна очень подходящее для работы с оружием, да и упражняется он с самого раннего детства. Сначала отец учил, потом Кента-сенсей, теперь вот в мои руки попал. Я, правда, с железом не особо дружу, но этот вопрос вполне решаем.
— Меня зовут Абэ Сачико, — поклонилась девочка. — Я сирота, живу с бабушкой. Обучалась клановым техникам гендзюцу, хорошо метаю оружие, сенсор. У меня нет какой-то особой мечты, просто хочу стать сильным шиноби и большую семью.
Кроме того, характеристики инь-чакры Сачико-тян позволяют ей заниматься ирьендзюцу, о чем есть соответствующая пометка в деле. Поэтому её отдали мне? Мы оба сенсоры, правда, она природная, а я, скорее, благодаря учебе, и гендзюцу владею на приличном уровне. Любой Учиха или Курама при виде моих достижений в лучшем случае вежливо улыбнется, но для Узумаки — результат хороший. Среди сверстников, разумеется.
— Думаю, тебе следует знать, Сачико-чан. Акайо-кун и Хироши-кун являются моими личными учениками. Это не значит, что я буду учить тебя меньше, или что требования к тебе будут выше, от всех вас я жду максимальной отдачи.
— Конечно, Кушина-сама, — снова поклонилась мелкая.
Кандзи она понимает, уже хорошо. Мальчишек матери специально заставляли учить не только хирагану, но и высокое написание, потому что я предпочитала писать именно на нём. Кандзи более многозначны, они позволяют полноценно общаться, не ограничиваясь короткими рублеными фразами.
— Вам предстоит стать полноценной командой, и я приложу все силы, чтобы так и вышло, — пообещала я. — Задатки есть. Тем не менее, всё зависит от вас. Нельзя научить того, кто не хочет учиться, поэтому я надеюсь увидеть в вас прилежание и готовность тяжело трудиться.
— Мы будем стараться, Кушина-сенсей!
— Можете рассчитывать на нас, Кушина-сенсей!
— Позаботьтесь о нас, пожалуйста!
— Прекрасно. В таком случае, продемонстрируйте мне, на что вы способны.
Сложив одну печать концентрации, я создала клона.
— Это теневой клон, обладающий десятой частью моих способностей. Развейте его. Можете использовать всё, что знаете. Пять минут на подготовку. Время пошло.
Уровень мальчишек мне известен, я хочу посмотреть на девочку. Даже не столько на её навыки, сколько на готовность работать в команде, характер, умение быстро соображать. Навыки можно подтянуть, это исключительно вопрос времени и упорства, а вот заложенные природой способности развивать сложнее.
Начали детишки грамотно — отбежали в сторонку и посоветовались. Какой-то план они выработать сумели, потому что принялись окружать клона с взрывпечатями в руках, причем Сачико и Хироши шли вместе. То есть они-то думали, что крадутся, но получалось у них не особо. Минут через пять с треском и звяканьем они выбрались на позиции, после чего девочка принялась складывать печати для неизвестного гендзюцу. А, понятно — она хочет притормозить клона техникой, затем Хироши кидает кунаи с печатями. Если попадёт, то всё прекрасно и миссия успешно завершена, если нет, то в дело со спины вступает Акайо. Ну, не так уж и плохо. Вполне рабочий план, жаль, исполнение подвело.
 
Едва первые печати оторвались от генинской ладони, как клон без лишней спешки сделала несколько шагов вперед и присела за толстым пеньком. Убежище так себе, но большего и не нужно — мощность у бомбочек слабая, дерево не пробьют. К тому же взрывные печати этого типа делаются без добавок в виде камешков или металлического лома, поэтому радиус поражения небольшой, цена тоже. Затем, по-прежнему без суеты, клон спряталась от атаки Акайо.
В конечном итоге печати у детишек закончились, и они перешли в близкий контакт. Увиденным я осталась довольна. Уровень подготовки, конечно же, недостаточен, однако попытки согласовывать действия есть, Сачико старательно забрасывала клона железом с дальней дистанции и по мере возможностей прикрывала мальчишек, те, в свою очередь, пробовали действовать с двух сторон. Постоянно сбивались, конечно же. Хироши и Акайо уже лет семь знакомы и водятся в одной компании, их свел вместе Шу-кун во время одного из коротких отпусков.
Так, хватит. Они уже выдохлись и ничего интересного больше не покажут.
Когда клон в очередной раз уронила мальцов на песок и метнула в Сачико-чан камешек, обидно выбивая из руки готовый к броску кунай, я громко хлопнула в ладони, привлекая внимание. Сложила печать развеивания, тем самым показывая, что тренировка окончена.
Троица, чумазая и с расстроенными лицами, подошла ко мне. Они что, действительно надеялись выиграть?
— Лучше, чем могло бы быть, и хуже, чем я рассчитывала, — я не собираюсь пока что хвалить их или ругать, ибо не за что. Через месяц посмотрю, насколько они подросли, тогда и стану делать выводы. — Тем не менее, для начала не плохо. За два месяца навыки подтянем, если, конечно, будете стараться.
— Будем, Кушина-сенсей, — за всех заверил меня Акайо.
— Хорошо. В таком случае до завтра. Заниматься станем здесь, с восьми до двенадцати. Утром советую не наедаться.
Не прощаясь, ушла шуншином на дерево неподалеку и спряталась под барьером. Меня интересовало, что они будут делать дальше — разбегутся, подерутся, пойдут праздновать? Сачико-чан меня не заметила, то есть сенсорные способности в наличии, но не развитые. Надо тренировать.
Детишки немного потрепались, сошлись во мнении, что сенсей у них крутая — что сущая правда, — и, покинув полигон, разделились. Разошлись по домам. В целом, для начала неплохо, в нашей команде климат был похуже, пока Кента-сенсей парням мозги не вправил. У Акайо и Хироши этап притирки позади, они свои доминантные игры закончили. С девочкой сложнее, тем не менее, на дуру она не похожа, а значит, будет налаживать контакт.
Можно работать.
Дома меня ждали Юмико-сама и Мику-чан с мужем, а также стопка завернутых в расписанную змеями, карпами, хризантемами и прочей многозначительной чепухой бумагу официальных писем. Позднее надо будет зайти в больницу, принять поздравления от коллег, чтобы им туда-сюда не мотаться. Считается, что человек, обретший ученика, совершает деяние, угодное Небу, и потому заслуживает всяческого уважения. Власть учителя над ребенком зачастую не меньше родительской. Званием «сенсея» гордятся, оно много значит, в нашей школе, например, учителя вполне могут по вопросам учебы доходить до самого верхнего уровня и это считается нормальным. Неизвестно ещё, кто влиятельнее — джонин Глубины или педагог со стажем.
 
Короче говоря, став капитаном личной команды, я, по мнению окружающих, в игре под названием «жизнь» перешла на новый уровень. Да так оно, собственно говоря, и было. Мне девятнадцать лет и я — наставник. С ума сойти. Что сказал бы Кента-сенсей? Шу наверняка бы обрадовался и косноязычно выразился в том духе, что ждал чего-то подобного, а вот сенсей… Иногда он вел себя просто непредсказуемо.