Жена хранителя теней (СИ)
— Я предупредил, — шепнул Орин мне на ухо, и я с трудом подавила позорный визг. — Извините, просто не захотел пугать вашу портниху.
— Зато напугал меня, — проворчала я вполголоса.
— У вас нервы из колдовской стали, — польстил мне Орин.
Птица Антариус клекотнула, сорвалась с моих рук и в мгновение ока поглотила все, абсолютно все, что было выставлено на стол.
— А звать я тебя буду — Проглот, — ошеломленно выдохнула я.
— Квэнни Алсой, — тихо произнесла портниха, — это ведь птица Антариус! Надо как-то с пиететом. То есть не мне вам указывать, но…
— Проглотище? — вскинула я бровь. — Птица Антариус, ты согласен?
Птица посмотрела на меня, лениво клекотнула и, сунув голову под крыло, замерла. Он что, уснул?
— Я принесу подушки, — подхватилась Рона.
— Жур, освободи малый разделочный стол, — приказала высокая дородная женщина, — не будем мешать птице Антариус спать.
— Ясно, — кивнула я сама себе, — ясно. Развлекайтесь.
Но как только я повернулась к выходу, мне на плечо обрушился чудовищный удар: проснувшийся Проглот поспешил оседлать свою хозяйку, пока та не ушла. Спасибо Орину, он поддержал меня и не дал рухнуть на колени.
— Если ты сломаешь мне ключицу — я обижусь, — строго произнесла я.
И вредная птица тут же уменьшилась в размерах и нежно потерлась клювом о мою щеку. А после, клянусь, он уснул и замурлыкал.
— Птица Антариус — колдовской зверь, — шепнул Орин.
— Так он птица или зверь?
— Он птица, которая колдовской зверь, — уверенно произнес Тень.
Что ж, не буду спорить с магической наукой. Хотя меня учили, что птицы и звери — два совершенно разных понятия.
— Квэнни Алсой, обед подадут через полчаса, — нашу процессию нагнала Тильда, — изволите переодеться?
— Пожалуй, — кивнула я.
Про перепачканную у источника юбку я вспомнила только сейчас. Хорошего же обо мне мнения Лорейн и Ниорт.
Впрочем, как приличные люди, они сделали вид, что ничего не заметили. Значит, и мне не стоит акцентировать на этом внимание.
«Или присутствие Проглота позволяет мне творить все, что хочется», — подумалось мне. Все-таки очень интересно, чем эти птицы так отметились в Сагерте, что им такой почет?
Служанки уже подготовили сменное платье, а потому к обеду я не опоздала. И с недоумением посмотрела на все тот же ало-золотой подушечный кресло-трон, перед которым стоял отдельный высокий столик.
Проглот, не будь дурак, сразу понял, для кого поставлено это помпезное великолепие. Устроившись на вершине пирамид из подушек — клянусь, их стало больше, — он горестно клекотнул.
— Нельзя его кормить, — всполошилась я. — Он же полчаса назад опустошил кухню.
— Да, я уже слышала. — В столовую вошла Ринари. — Боюсь, что алвориг Алсой может не прокормить столь прожорливую птичку.
— Я не настолько беден, — возмутился Данриэль. — У меня достаточно золота и в замковой сокровищнице, и в моем личном доме в столице.
— Ну, пару лет протянем, — флегматично отозвалась Наставница.
А Проглот ел так, как будто у него есть запасной желудок. Или даже два.
— Может, он еще птенец? — предположила я. — И, мгм, наращивает мощь?
— Ты когда-нибудь слышала о том, чтобы колдовскую мощь наращивали пирожками? — вопросом на вопрос ответила Ринари.
— Таким образом можно нарастить только жировую броню.
— Вообще, — задумчиво произнес Данриэль, — у той птицы Антариус, что видел я, на голове был своеобразный хохолок. Практически корона из трех перьев.
И мы все подозрительно посмотрела на Проглота. Может, он вообще не птица Антариус?
«Или и правда детеныш. Оттого и такой… Толстопопый и неуклюжий. Своеобразные все-таки у Матери-Магии благословения», — подумала я и приступила к трапезе. А то зазеваюсь и Проглот доберется до основного стола.
Опасалась я зря: Проглот наелся и уснул. После чего проявившийся Орин торжественно поднял на руки подушку, на которой возлежал наглец, и шепотом возвестил:
— Готов следовать за вами, квэнни Алсой!
— Потрясающе, — выдохнула я. — Но мне, признаться, абсолютно нечего делать. Дан, я могу тебе чем-то помочь? С твоими делами?
Хранитель Теней пожал плечами и задумчиво произнес:
— Да я на самом деле уже закончил. У меня не так много забот, если исключить непрекращающуюся войну с духами. Все-таки земли вокруг Таэсс-Харна хоть и принадлежат мне, но дохода особого не приносят. Нет желающих тут селиться.
— А я бы хотела почитать газеты, — вклинилась Ринари.
Судя по ее немного расстроенному виду, Венсар уже ушел. Неужели пять часов прошли? Или Тени пришлось уйти раньше?
— В библиотеке целый стеллаж, — улыбнулся Дан. — По моему приказу раз в неделю доставляют по одному экземпляру каждой газеты. Правда, ничего хорошего о нас там не пишут.
— Лиа, девочка моя, составишь старухе компанию?
— Обязательно, — улыбнулась я. — А когда будут свежие газеты?
— Сегодня ночью доставят, — пояснил Дан. — Раз все заняты, то и мне сидеть без дела нехорошо. Возьму несколько Теней, и поохотимся. Расставим силки и к ужину вернемся.
— Ты будешь ловить оленей? — пошутила я.
— Опасную нежить, которую потом продам алхимикам и зельеварам, а на вырученные деньги куплю мясо с фермы, — усмехнулся Данриэль. — Оленина не лучшее мясо, Лиа. Слишком уж она жесткая.
Встав из-за стола, Хранитель Теней коротко попрощался и вышел.
— Орин, — тихо позвала Ринари, — сколько времени Венсар будет восстанавливаться?
— Ох, он почти истаял, — вздохнул Тень. — Думаю, недели ему хватит.
Наставница облегченно рассмеялась:
— Я боялась, что восстановление исчисляется десятилетиями. Было бы грустно не дожить до новой встречи.
— Ринари, — возмутилась я. — Ты собралась умирать?
— Так или иначе, а проживу я куда меньше, чем могла. И меньше, чем хотелось бы, — с деланым равнодушием отозвалась Наставница и обратилась к Орину: — Веди же нас в библиотеку.
Тень кивнул, поудобнее перехватил подушку со спящим Проглотом, и мы дружно покинули столовую.
Услужливый замок сократил наш путь, и вот мы входим под своды библиотеки Таэсс-Харна. Длинные полки теряются в полумраке, а колдовские светильники вспыхивают и гаснут, когда мы проходим мимо.
— Здесь много проклятых книг, — задумчиво произнес Орин. — Но ни одна Хранительница Знаний не пострадала.
— Как же тогда изучать их? — удивилась Ринари.
— Мы можем читать их без вреда для себя, — пояснил Орин. — Но только находясь на Изнанке. Если я прикоснусь к проклятой книге сейчас, то истаю за пару секунд. Итак, вот они, газеты! Правда, в последний год Хранитель перестал их читать.
— Все настолько плохо? Неужели нельзя потребовать опровержения? — нахмурилась я. — Клевета наказуема.
— А нас, к сожалению, никто ни в чем не обвиняет, — хмыкнул Орин. — Кривотолки, намеки. Хранитель пробовал с этим бороться, но: «Все не так, как вы думаете» и «Вам кажется». И отписки Стражей Закона: «Прямого указания на Таэсс-Харн не обнаружено».
— Как интересно, — цокнула Ринари. — Просто запредельно интересно. Так, милейший Орин, а принесите мне за стол — за вон тот, уютный, ага. Так вот, принесите мне за него всю вот эту стопочку.
«Уютным» Ринари назвала стол, находящийся в самом темном углу читальной части библиотеки. Он едва просматривался с того места, на котором мы стояли.
— Надо изучить, что думает о нас враг.
— Враг? — поперхнулась я.
— Какой же ты ребенок, Лиа. А ведь и у тебя скоро пойдут дети. И ты хочешь, чтобы в них тыкали пальцем? Чтобы они росли без сверстников, а в школе сидели в одиночестве? У нас есть лет пять, чтобы переломить хребет общественному мнению. Такая война мне по вкусу.
А я тут же вспомнила, как всего пара писем привела Онхельстер к смуте, и почти искренне посочувствовала Хранителю Закона. Ведь, если я хоть что-то понимаю в подобной «войне», в первую очередь удар будет нанесен по Корвусу. Если подорвать его авторитет, то остальное пойдет легче. Хотя я даже не представляю, что может подорвать авторитет Хранителя Закона.