Ненаучный подход (СИ)

— Всё такое вкусное, правда? — поинтересовался Виктор и закусил пиво маленьким соленым крендельком.
— Не то слово, командир, — вздохнул Эрик. — Не то слово… Ладно. Может, оно и к лучшему.
В «Льнянку» ввалилась компания сменившихся с дежурства. Стражники здоровались с работниками кабака, требовали пива, наливки и пожрать, обсуждали прошедшую смену и производили столько шума, что тихий голос Эрика почти терялся.
— Шкипер был чудовищно жадной и умной сволочью, — сказал егерь. — За что в Гнездовске ходил в большом авторитете. Вцепился в контрабандные тропы, как клещ, на все попытки конкуренции реагировал предельно жестко. Трупов на нем немерено, да только тел вам в жизни не найти, лежат себе на дне ущелий. Когда князь объявил, что будет перевал перестраивать и сам колдовством с имперцами торговать, Шкипер чуть с катушек не уехал. Вой стоял, как от волка в капкане. А потом глядь — притих. И работать стал как прежде…
Эрик оборвал рассказ на полуслове и махнул рукой кому-то за спиной Виктора.
Подозревать, что в кабаке, набитом городовыми, кто-то может напасть на следователя, было бы полной паранойей. Виктор обернулся медленно и беззаботно.
Сержант Жилко отсалютовал ему кружкой и облокотился на стойку.
— Командир, — тихонько сказал Эрик, — я пойду, с парнями поздороваюсь, а то невежливо получится. И прерываться все время придется.
Несколько минут Виктор с легкой завистью наблюдал, как Эрик жмет руки, хлопает по плечам новых сослуживцев, ржет над их шутками и сам шутит в ответ. Бывший егерь как-то очень легко стал здесь своим. Виктор прослужил в страже несколько лет, но ему никто не радовался так, как Эрику, проходившему в городовых без году неделя.
Талант, что ж поделать.
Эрик поставил перед Виктором новую кружку с пивом и плюхнулся обратно за стол.
— Всё, — фыркнул новоиспеченный городовой. — Можно продолжать, не побеспокоят. Итак, Шкипер… Паршивец попсиховал и снова стал вести дела, как будто ничего не случилось. И, — Эрик сделал небольшую паузу, чтобы показать значительность информации, — как будто ничего не случится. Как будто не будет никакой новой дороги.
— Поясни?
— Вложения капитала. Прости, я слово «инвестиция» недавно выговаривать научился, так что деталей не расскажу, — развел руками Эрик. — Но меня заверили, что Шкипер, хитрая бестия, часть своих малолегальных доходов вкладывал в совершенно законные предприятия. Сейчас все норовят присосаться к перевалу, а он, гад, как будто не видел блистательных перспектив. Например, купил доли в нескольких местных кузницах, которым с открытием новой дороги прочат разорение из-за дешевой имперской скобянки.
— Любопытно, — кивнул Виктор. — А ты здесь каким боком?
— Меня нанял один полевик из совета общин… Имени не назову, уж извини. Полевики делают огромную ставку на перевал, а тут такая непонятка всплыла. Шкипер полевикам не сильно доверял, работал с людьми. Его любимым поставщикам, видишь ли, полевицкие услуги по сбору трав на болотах годятся, а он, поганец, морду воротит. Так что втираться в доверие отправили меня. Я ему пару телег какой-то травы привез, красителя для ткани вроде бы. Слово за слово, услуга за услугу… Я уже почти подобрался, и вдруг — пожар, убийство и ты на белом коне, возглавляешь расследование. Я решил, что если кто и окажется близко к истине, так это стража в твоем лице. Пришлось спектакль устроить, чтоб к тебе в подручные попасть.
— Не можешь ты попросту, — вздохнул Виктор. — Пришел бы, все рассказал, договорились бы как-нибудь.
— Ага, — ядовито ухмыльнулся Эрик. — Ты б меня выслушал и выпер.
— До сих пор могу выпереть, — раздраженно бросил Виктор. — Ну, и что ты выяснил, шпион-самоучка?
— Почти что нихрена. Знаю только, что большим шишкам из Магической Академии перевал остро не нравится и все, кто к нему причастен, огребают массу проблем. Может быть, Шкипер про это от своих поставщиков прослышал и решил, что ректор колдунов заставит отказаться от стройки?
— Может быть… — задумчиво повторил Виктор. — Все может быть. Ладно, поработаем с тобой пока что. Версия про колдунов мне нравится. Насколько я знаю, кого-то Академия сумела отговорить, кого-то даже запугали отказом в публикации научных статей.
 
— Запугали? — удивился Эрик. — Магов?
— У них даже присказка есть: «публикуйся или умри». Редактор журнала «Научный вестник Дракенберга» — царь и бог. Был бы влиятельнее ректора, но, вот беда, ректор его назначает и в любой момент может выгнать на мороз.
— Сложно-то как… — вздохнул бывший егерь.
Виктор глотнул еще пива. Нужно было с толком распорядиться полученной информацией, но думать не получалось. Хотелось есть и спать или хотя бы просто спать. А завтра, на свежую голову, можно и делом заняться.
— Слушай приказ, — сказал Виктор Эрику. — Пойдешь к работодателю и вручишь ему повестку. Я его вызываю в качестве свидетеля.
— Э, командир! Мы так не договаривались!
— Мы и про пиво не договаривались, — переиначил следователь цитату из свежего детективного романа.
Виктор шагал по ночному городу, дышал прохладными ароматами весны и чувствовал, что за последние безумные дни изменилось очень многое. Стало как будто легче. Кажется, с него свалилось огромное душное ватное одеяло, мешавшее шевелиться.
Анализировать произошедшее не было ни сил, ни желания. У Виктора возникло смутное ощущение, что сегодня он сделал шаг в нужном направлении, но куда именно?
Виктор Вальтер Александр фон Берген, князь Бельский … Да провались оно все. Завтра гора работы. А еще придется придумывать, как быть с двумя расследованиями, цепляющими колдовские конторы. Попытаться спихнуть новое убийство (вместе с излишне активным экспертом) на коллег? Или дела могут быть связаны?
Силы у следователя закончились на последнем лестничном пролете перед мансардой. Он чуть было не сел на ступеньку, но титаническим усилием заставил себя дойти до квартирки.
Винс сидел с ногами в кресле, уткнувшись в книжку. При виде Виктора он подпрыгнул и поклонился.
— Господин, я вам тут ужин приберег, да токмо остыло всё. И печь в кухне погасла уже, не разогреть…
— Неважно, — отмахнулся Виктор. — Давай, что есть.
Жаркое в горшочке было едва теплым, но настолько вкусным, что Виктор с удовольствием съел бы его и ледяным. Вроде все, как обычно, но сочетание специй сделало бы честь лучшим ресторанам.
— Спасибо за ужин, — сказал он Винсу. — Сознавайся, ты с приправами колдовал?
— Ага, — испуганно выдохнул пацан. Так юный художник приносит первые картины в галерею — поймут? Обругают? Похвалят?
— Ты молодец. Очень вкусно получилось. Продолжай в том же духе.
Винс просиял, поклонился, схватил книжку и вернулся в кресло — дочитывать и не мешать господину.
«Приключения кавалергарда» — увидел Виктор на обложке и хихикнул про себя. Некий борзописец наслушался легенд о подвигах династии фон Раухов, щедро приправил байки фантазией и выпустил уже пять томов весьма завлекательного чтива о некоем кавалергарде фон Небеле. Публика в восторге, фон Раух кривит породистую физиономию, борзописец кропает шестой том, по слухам — о том, как фон Небель был воспитателем юного принца Германа, впоследствии — императора Германа Великого.
— Скажи-ка мне, Винсент, — неожиданно даже для себя поинтересовался Виктор, — как думаешь, тебе бы понравилось быть имперским принцем?
— А? — вскинулся Винс. — Ну… не знаю. Мне и так хорошо. Хотя вот! Принцев, как в книжках пишут, учат массе интересных штук, а не школьной нудятине. Я б алхимии поучился. И драться, чтоб как фон Небель. А лучше — как вы! И еще б чему этакому… — мечтательно вздохнул мальчишка и уткнулся обратно в книгу.
 
— Угу, — пробормотал Виктор себе под нос. — Учтем.
  
Глава 17. Принцы и принцессы
 
Пробуждение было кошмарным. Организм Виктора решил отыграться за все недавние издевательства. Болели ссадины, синяки и перетруженные мускулы, о существовании которых Виктор если и знал, то давно забыл.