Ненаучный подход (СИ)
— Да неужели? — картинно поднял брови иллюзорный ректор.
— Мы не станем на вас нападать, — как можно убедительнее сказал Виктор, глядя в ту же сторону, что и Анна. — К вам пришли эксперт и следователь, а не судья и палач.
***
Вестибюль административного корпуса Академии выглядел очень странно. Как будто во дворе небольшого замка разбили сквер, сделали газоны и цветники, по центру построили фонтан, больше всего похожий на громадный церковный орган, и все это накрыли стеклянным куполом. Никаких привычных ковров и витражей — плитка на полу, зелень, цветы и кустарники.
Людей было немного. Даже по дороге сюда Виктор почти никого не встретил, хотя, по словам Анны, жизнь в Академии бурлила круглосуточно. Видимо, из-за экстренного заседания совета всех студентов разогнали подальше, чтобы не мешались под ногами солидной профессуры.
Виктор слегка замешкался, рассматривая присутствующих и пытаясь найти взглядом Анну. Будет неловко, если придется тыкаться во все двери. Не дай Бог что-нибудь перепутать и опоздать на заседание.
Знакомых здесь не было. Возле клумбы с неизвестными Виктору лохматыми цветами оживленно беседовали трое в темно-синих профессорских мантиях. На скамейке возле цветущего розового куста (вроде не сезон?) сидела очень юная с виду дама, но тоже с кольцом и в мантии. К ней подошел тощий лысый человек среднего роста, при виде которого Виктору остро захотелось воспользоваться Благословением и освященным клинком. Клинка с собой не было, только папка с документами, а о Благословении его предупредили раз десять — ни в коем случае, нельзя, не вздумай и так далее.
Вошла еще одна дама. Невысокая, полноватая, в парадном мундире имперского кавалергарда и тоже с профессорским кольцом.
Дама направилась прямо к нему, и Виктору ничего не оставалось, кроме как вежливо поздороваться.
— Здравствуй, — тепло улыбнулась дама в ответ на его приветствие. — Как ты вырос…
— Простите?
Что-то смутно знакомое было в этой даме. Может быть, тон голоса? Жесты? Как же она не вовремя!
— В последний раз, когда мы виделись, ты просился ко мне на ручки и требовал поиграть в лошадку. Теперь мне в пору к тебе на ручки проситься. «Тетя, иго-го!». Не помнишь?
Голова Виктора была занята совершенно другим. Появление тетушки-кавалергарда отвлекало, но она же не виновата! Просто подошла поздороваться. Он честно попытался представить — сейчас дама едва достает Виктору до плеча, но в детстве было иначе… Нет, не получается вспомнить. Ладно, разберемся позже. Даже если она ведет какую-то игру, пока не до того.
— Видимо, вы — Виктория Бельская? — сказал он. — Мне жаль, я абсолютно вас не помню. Господин фон Раух говорил о вас, но это всё.
— Тебе было три года, когда мы встречались в последний раз, — ни капли не расстроилась дама. — Неудивительно, что не помнишь. Поговорим после заседания?
— Буду рад, — поклонился он, только чтобы закончить разговор.
Бельская понимающе улыбнулась и отошла.
Виктор увидел Анну и направился к ней.
— Ого! — негромко восхитилась магичка. — Чего от тебя хотела Святой Дух?
— Кто?!
— Прости, колдуны часто шутят на тему религии. Она медик, множество семей в Заозерье обязано ей появлением наследников. Вот и приклеилось прозвище.
— Интересная у меня родня, — отметил Виктор. — Ладно, бог с ней. Нам, кажется, пора. Веди в зал заседаний, я в вашем колдовском дендрарии и заблудиться могу.
Анна грустно на него посмотрела.
— Почему-то вспомнилось, как я защищала диплом. Это в том же помещении было… Боялась страшно, хотя все знают — раз допустили до защиты, будут пять минут позора, и ты магистр.
— Нам предстоит примерно то же самое, — неуклюже попытался пошутить Виктор.
Они поднялись по винтовой лестнице в небольшое круглое помещение под крышей одной из башен. Там были узкие высокие окна, под потолком — люстра со множеством свечей (судя по яркости — магических). Стены покрыты обычной на вид штукатуркой, в проемах между окнами висели гобелены с изображениями пейзажей, замков и зверей. Слева от входа, над длинным, загнутым дугой столом, висел огромный, очень реалистичный портрет дракона Триедина. Неизвестно, магия это или талант художника, но Виктору казалось, что бывший ректор буквально готов сойти с гобелена.
Справа, на небольшом возвышении, стояла кафедра. Видимо, ученые дамы и господа из совета рассаживались за столом, а докладчик стоял за кафедрой, буквально в центре внимания научного сообщества.
Длинный загнутый стол и кресла для членов совета были сделаны из серебристой древесины. Возможно, из дерева той же породы, что и ворота в резиденцию ректора.
Наверное, это должно было что-то символизировать или материал мебели имел какие-то магические свойства. Но Виктору стол напоминал длинного белесого червяка, разлегшегося незамкнутым кольцом по залу в старой башне.
Виктор был готов постоять в сторонке, невелика птица — следователь, но оказалось, что для зрителей у стены, под гобеленом с цветущей яблоней, поставили стулья.
— Наверняка полночи процедуру придумывали, — прошептала Анна ему на ухо. — Судов у нас лет двести не было, а тогда всем заправлял дракон.
Ректор уселся на левом конце стола. Напротив него, у правого, расположились князь Федор и принцесса Юлия. Динхофф, Ксения, Эдгар, Виктория Бельская и незнакомые Виктору доктора магических наук расселись между ними. Древних не было, нелюди, видимо, решили проигнорировать это собрание. А жаль.
Неподалеку от Виктора, за спиной принцессы, уселся фон Раух. Они с Анной обменялись взглядами, и магичка слегка повеселела.
К кафедре вышла юная дама, которую Виктор видел в саду-вестибюле.
— Приветствую вас, коллеги и уважаемые гости, на расширенном заседании Ученого совета Академии, — сказала она глубоким, очень мелодичным голосом. — Я, как хранитель библиотеки и традиций, буду вести заседание. Все присутствующие обязуются подчиняться регламенту и моим указаниям, в противном случае будут удалены из зала.
Анна наклонилась к Виктору и прошептала:
— Между прочим, перед нами Агата, самая древняя колдунья в Академии. Помнит не только Мстислава, но и Горазда с Даримирой, основателей Гнездовской династии. Потеряла почти всю силу при штурме Тервеня, зато в традициях — непререкаемый авторитет. Имей в виду.
Виктор кивнул.
— Прежде всего, — продолжала мистрис Агата, — я должна объявить о временном отстранении ректора Веслава от управления Академией. Административные функции возьмет на себя мэтр Валентин.
Лысый некромант встал и церемонно поклонился. Виктор краем глаза заметил промелькнувшее в глазах фон Рауха непонятное выражение. То ли кавалергард был рад увидеть знакомого, то ли его чувства были сродни эмоциям кошки при виде жирной мыши.
— После данного разбирательства совет примет решение, восстановить ли мага Веслава в должности или назначить выборы нового ректора, — сообщила Агата. — Разбирательство начнется с речи обвинителя, после мессиру Веславу будет предоставлена возможность ответить на обвинения. Вина будет установлена советом. Ситуация исключительная, и потому мы применяем прецедент Даримиры. Правители, чьи подданные пострадали от действий, обсуждаемых на данном разбирательстве, в вопросе установления вины получают право голоса наравне с постоянными и почетными, — она кивком указала на Бельскую и еще одного мага, — членами совета. Князь Федор, принцесса Юлия, мы приветствуем вас.
Маги церемонно поклонились им. Юлия и Федор ответили тем же.
Веслав сидел с непроницаемым видом. Он ничем не напоминал того напуганного старика, с которым Виктор и Анна вчера разговаривали. Много лет он был тенью дракона, и еще полвека — фактически властелином половины материка. Его слово было законом для магов, он фактически мог приказывать любому в Заозерье.
Без колдовских удобрений и бездымных ламп еще можно прожить, артефакты связи и телепорты невероятно дороги и удобны, но и они — не самое главное. Незаменима только магическая медицина. Ректор буквально держал в руках жизни власть имущих Заозерья, ведь по его приказу выпускники Академии отказали бы в помощи любому. Прецеденты известны.