Адепты Владыки: Бессмертный 6 (СИ)

Продолжая убеждать себя, старался контролировать дыхание. Я ещё во времена, когда только начал бегать, осознал, насколько важно правильно дышать. И раз выдалась свободная минутка, активировал маяк, пытаясь понять, как далеко находятся остальные члены моей группы. Абрахам, как я и предполагал, шёл впереди. Он ни разу мне на глаза так и не попался, но сверкавшие до этого молнии явно говорили о том, что он недалеко. Чуть позади я ощутил Акулину. Похоже, она лишь сейчас протиснулась в наш переулок. Ей всяко сложнее было, чем нам. Не знаю, как точно работает на ней метка, но не удивлюсь, если с помощью неё её могут найти даже под землёй.
– Стойте, – девчонка вдруг резко остановилась, отчего я в неё чуть не врезался. Она, кривясь от боли, присела на корточки и начала водить руками по кирпичной кладке, будто бы ища на ней что-то. – Он где-то тут, – она явно нервничала, оттого я не стал спрашивать, о чём именно речь и кто этот «он».
Я всматривался в место, которое трогала однокрылая, но ничего особенного не видел. Стена как стена. И чуть левее, и чуть правее – всё едино. Анисья тоже с интересом уставилась на стену, а я вдруг вспомнил про тайники прадеда в нашем доме под Нижним Новгородом. Сконцентрировавшись, развернул сферу зачарования, постаравшись охватить значимый кусок кирпичной кладки. А это уже что-то. Стена оказывается непростая. Точнее, не вся, а нижняя её часть. Естественно, схемы, нарисованные на ней, распознать я не смог. Но чему-то за эти недели всё-таки научился.
Вернувшись в реальность, я потянулся к кирпичу, который, судя по всему, являлся центром магического построения. Но моя ладонь стены коснуться не смогла, так как легка сверху на руку Анисьи. Наши глаза встретились, и мы посмотрели друг на друга так, будто увиделись впервые. Я как-то уже привык быть самым глазастым в нашей группе, оттого не ожидал, что кто-то меня обставит. А вот чему удивилась девушка, я не знаю.
– Ты проиграл, – хмыкнула она и подала ману в схему.
Я же поспешил убрать свою руку, так как эта ситуация вызвала у меня лёгкую неловкость. Почувствовал себя мелким пацаном, который первый раз коснулся подруги. Странные ощущения для того, кто уже больше десятилетия как не девственник. Видать, и впрямь я давненько с женщиной не спал. Надо будет решить этот вопрос, пока проблема не обострилась.
Кирпичи по уже знакомой мне схеме начали разъезжаться, открывая перед нами какой-то лаз. О нормальном проходе речи тут и не шло. Дыра была хорошо если метр в диаметре, так что забираться туда придётся ползком. Света внутри я не увидел, поэтому послал первым Шустрика. Немного усилий с его стороны и перед глазами предстало помещение, похожее на склад. Засады я не заметил, а потому негласно вызвался разведать обстановку. Правда, вперёд меня туда сиганул ворон, будто бы боясь, что я его оставлю снаружи.
– Всё чисто. Однокрылая, ты следующая, – скомандовал я, готовясь принимать девчонку. Как оказалось, дыра находилась практически под потолком, и от неё до пола было метра два. Ждать долго не пришлось, и я аккуратно подхватил нашу новую спутницу подмышки, медленно опустив на пол. – Что это за место?
– Здесь хранится контрабанда, – озираясь по сторонам, девчонка поковыляла к ближайшему ящику.
– Нас тут не найдут?
– Сегодня поставок не должно быть.
Следующей за Перлой и Анисьей вниз спрыгнула Дуся, а за ней спустилась Акулина, которая успела нас догнать, пока мы возились, открывая этот проход. Абрахам же пролез последним, после чего вернул стену в её нормальное состояние. Похоже, ему не составило особого труда, чтобы вычленить в схеме её активатор.
– И что дальше? – задал я очередной вопрос, продолжая осматривать помещение. Все стены оказались заставлены ящиками разной величины. Почти все. Одно место пустовало, и выглядело так, будто сделано это специально.
– Там, – указала она рукой на незанятое пространство, которое я приметил, – проход в тоннели. Отсюда до печати минут десять.
Когда вопрос по дальнейшему нашему продвижению оказался решён, я начал присматриваться уже к самим ящикам. Заметив знакомые узоры, развернул сферу зачарования, чтобы убедиться. Да, так и есть. К тому же схема тут довольно интересная. Объёмная. Рисунок покрывает все шесть сторон ящика. Если попытаться его открыть, то непрерывность линий будет нарушена. Только непонятно, к чему это может привести. Взорвётся?
 
– Что за магия используется на ящиках? – решил я всё-таки прояснить ситуацию, так как руки продолжали чесаться при виде всего этого богатства. Не знаю, что там внутри, но вряд ли что-то, чему я не смогу найти применение.
– Если вскрыть, то о нас тут же узнают.
– Эх…, – вздохом выказал я своё разочарование. А в следующую секунду насторожился, заметив странный взгляд Анисьи, направленный на то место, через которое мы сюда попали. – Что там?
– Кто-то только что прошёл возле стены.
– Похоже, надолго нам тут задерживаться нельзя, – сказал я, но при этом уселся на один из ящиков.
– Что-то твои действия не соответствуют словам, – поддела меня колдунья.
– Дай хоть дыхание перевести, – отмахнулся я, прислушиваясь к своему организму. Сил за это утро я уже и так прилично потратил. А последняя пробежка если и не выжала меня досуха, то заставила конкретно попотеть. Так что сейчас я ловил серьёзный отходняк. Если хотя бы минут десять не отдохну, потом станет только хуже. Уж в сигналах собственного тела я разбираюсь досконально. – Однокрылая, тебя как звать-то?
– Я не знаю, – я попытался поймать взгляд юной девушки, но она опустила глаза в пол.
– Это как?
– Не помню, – грустно вздохнула она. – Я вообще мало что помню о жизни за пределами Ада.
– И всё же, как-то же тебя тут называют, – не сдавался я.
– «Однокрылая» – не самый плохой вариант, – она кисло улыбнулась, наконец-то посмотрев на меня. – Ещё зовут «Косой», «Одноглазой», «Оборванкой». И это лишь те, что я слышу чаще остальных.
– Косая одноглазая оборванка с одним крылом, – тихонечко пробубнил я, рассматривая собеседницу.
– Да, это всё про меня, – ответила она, похоже, даже ничуть не обидевшись.
– Не представляю, как ты могла всё забыть. Но ведь что-то же ты помнишь?
– Я…, – было заметно, что её лицо слегка разгладилось, как если бы сейчас она думала о чём-то хорошем, – помню, как мама расчёсывала мои волосы, называя фиалкой. Но, не думаю, что именно так меня и звали.
– Раз ты у нас безымянная, – в разговор вступила Акулина, приблизившись к девчонке, – силой, данной мне Создателем, нарекаю тебя Иолантой.
Не знаю, что произошло, но после этих слов, я почувствовал лёгкое дуновение ветра. В прошлый раз мне довелось ощутить нечто подобное, когда мы вчера общались с бывшим жнецом в её кабинете. Вдохнув полной грудью, на мгновение представил, что нахожусь посреди чистого поля летним утром. Наваждение спало практически сразу же, но то, что я ощутил, показалось мне знакомым. Кажется, что я сталкивался с этим не только вчера. Но вот когда? Если мне память не изменяет, то в момент, когда Владыка отрёкся от своего последователя, воздух в помещении мне тоже показался необычайно свежим и чистым. Получается, что таким странным образом я могу распознать всплески энергии?
– Спасибо, – на глазах девочки появились слёзы, и она уткнулась лицом в живот Акулине, которая её сразу же легонько обняла.
Я, честно сказать, не особо понял всю значимость происходящего. Зачем вообще нужна сила Создателя, чтобы даровать имена? Это какой-то особый ритуал? Он имеет некий смысл, который я не понимаю? А имя, которое я получил от родителей, значит, менее ценное, чем то, что дано Создателем или одним из ангелов? И как это будет проявляться? Влияет ли это на что-то? Вопросы возникали в голове один за другим, пока я продолжал смотреть за плаксивой сценкой. Можно было бы об этом спросить Акулину, но вряд ли сейчас это уместно. Да и если узнаю ответ, то, что мне это даст? Имя у меня уже есть и, судя по фразе, которую сказала девушка перед началом именования, второе мне не получить.