Терновая Лилия (СИ)

Где-то далеко за спиной громыхнула падающая на пол алебарда.
Похоже, мой план начинает претворяться в жизнь.
Порог королевских покоев я переступала с немалым трепетом, хотя и догадывалась, что именно там увижу.
Жандармы в полном составе развернулись, выполнив миссию по доставке преступников Его Величеству, и маршевым, чуть заплетающимся шагом проследовали на выход. Дюжие гвардейцы, охранявшие личные покои короля, украдкой зевнув, разомкнули алебарды, пропуская нас троих в святая святых.
Камиль сосредоточенно на меня поглядывал, справедливо подозревая в готовящейся пакости, только вот уловить ее сути не мог. Дар я использовала по минимуму, всплески магии практически терялись в моей естественной ауре, да и заклинание было не из тех, которым обучали приличных магов. Еще бы! Распускать цветочки, тратя на это силу, — дело исключительно женское. Удивительно, что сам Тьернон такие фокусы знает.
Хотя, учитывая, что у него герцогиня в родственницах — наоборот, очень даже логично.
Приказа нацепить наручники и на меня не поступало, а самовольничать Камиль не решился. Или просто не взял с собой вторую, запасную, пару?
— Я привёл их, Ваше Величество, — склонив голову, де Мессон приветствовал сидевшего в кресле у окна короля и отошёл в сторону, открывая вид на нас.
За креслом монарха с довольным видом стоял мой биологический отец. Увидев меня, он просиял еще сильнее.
— Закрой дверь, — махнул он Камилю. Тот с недовольным видом повиновался. Кажется, бывший ученик рассчитывал на большие почести у нового наставника. Сюрприз-сюрприз! Бегать и угождать придется и здесь. Я злорадно дернула уголком рта и уставилась на сидевшего короля.
Выглядел он неплохо… для того, кто недавно лишился души. Точнее, обменялся ею. Только затравленные взгляды, которые Его Величество изредка бросал на стоявшего позади него де Брассье, выдавали его беспокойство. Интересно, что отец успел ему наговорить?
— Где он? — требовательно вопросил родитель, как только Камиль плотно притворил дверь и навесил на нее какую-то хитроумную глушилку.
— Кто? — похлопала я глазами, изображая простушку.
— Ты молчи, — холодно приказал мне де Брассье. — Только уважение к твоим актерским талантам не даёт мне умертвить тебя мгновенно. Мне пригодится такая маленькая ушлая лгунья. Итак?
Он перевёл взгляд на Тьернона, который тот выдержал, не дрогнув. Даже иронично склонил голову набок, с любопытством разглядывая мужчину.
— Безликий, если не ошибаюсь? — уточнил де Бельгард.
— Не ошибаетесь. Где король? — рука, лежавшая на плече беспамятного монарха, сжалась сильнее, и беднягу буквально вдавило в кресло магической аурой подчинения. Хорошо, что я держалась за Тьернона. Кажется, на нем было что-то из защитных артефактов, потому что желания тут же выдать беглеца у меня не возникло.
— Понятия не имею, — сдержанно ответил де Бельгард. — Советую вам сдаться и прекратить этот занимательный, но опасный фарс. Мы засчитаем ваше сотрудничество при вынесении приговора.
Родитель запрокинул голову и расхохотался, громко и неискренне. Когда он заговорил, веселья в его голосе не было.
— Мальчишка, это же ты передо мной стоишь в магических блокираторах и еще имеешь наглость требовать, чтобы я сдался? Ни за что! Не сейчас, когда я так близок к цели!
Несмотря на пламенное содержание, речь де Брассье звучала довольно вяло. Я бы даже сказала, сонно.
Король непосредственно зевнул. Он, кажется, не превратился совсем уж в младенца, как и я, но недоуменно переводил взгляд с магов на нас и обратно, не сильно понимая, о чем идет речь. Глаза его слипались. Как человек неодарённый, он был более чувствителен к любым изменениям в окружающем пространстве, будь то холод или снотворное.
Сам де Брассье тоже моргал чуть медленнее и чаще, чем обычно. Только вот нам надо было еще дожить до того светлого момента, когда аромат подействует в полную силу.
Так что я шагнула вперед, отвлекая отца от происходящих с ним процессов.
— И что у вас за цель? — робко уточнила я.
 
Злодеи, особенно когда-то давно пострадавшие от властей, очень любят жаловаться. И в общем-то их можно понять: вот так вынашиваешь годами планы страшной мести, а рассказать-то и некому — половина удовольствия теряется.
Де Брассье сверкнул глазами и выпрямился, с видимым усилием подавив зевок.
Кажется, уловка сработала. Теперь главное самим не заснуть.
  
Глава 25
 
Родитель собственнически похлопал по плечу короля и приосанился, но подобная фамильярность выглядела откровенно дико. Беспамятный монарх дернулся, пытаясь увернуться от прикосновения, но с места практически не сдвинулся. Значит, под контролем де Брассье.
Я уже заметила, что он очень любит контролировать все подряд. Уж будущую жертву-то в обязательном порядке.
— Ты еще не поняла? Что с тебя взять, со служанки, — презрительно фыркнул старый заговорщик. — Ты хоть слышала вообще о Безликих?
— Слово слышала, — честно призналась я. — А что означает, не знаю, но догадываюсь. Те, кто перемещает души между телами?
Де Брассье поджал губы, будто я его сладкого лишила. Не дала произнести вслух судьбоносную фразу.
— Именно так. А ты умнее, чем кажешься. И хитрее. Два месяца меня за нос водила, притворялась дочерью. Ты же знаешь, что она такая же, как я? — обратился он к Тьернону. — Моя дочь, плоть и кровь. Душа, правда, в другом теле, но характер тот же.
Де Брассье кивнул куда-то в угол, и я только сейчас разглядела там связанную девушку примерно моего возраста, перемотанную в несколько слоев длинным шнуром от портьеры, как колбаса-вязанка. Симпатичная, фигуристая — она пристально, с неприкрытой ненавистью смотрела на отца. Если бы не кляп во рту, наверное, и не постеснялась бы сказать ему много ласковых слов.
Так это — я? Точнее, мое предыдущее тело? Я критически оглядела девицу. Это я видела каждое утро в зеркале всю жизнь? Ни малейшего проблеска узнавания. Разве что мельком вспомнилось, как похожая служанка пробежала однажды мимо, пока мы с Клеменс устанавливали очередную цветочную композицию.
Хорошо, что она на полу. Убойный аромат дойдёт до нее в последнюю очередь, как и до короля. Главное, чтобы Тьернон не поддался: одной мне де Брассье не уволочь.
Тут, как по заказу, количество снотворного концентрата в организме перешло в качество. Глаза родителя закатились — и он с грохотом рухнул на пол.
— Быстро вяжи его! — скомандовала я, вытряхивая все цветы из рукавов под нос де Брассье, для надежности. Вопреки ожиданию, Камиль не пошевелился. Даже не дернулся в сторону учителя, чтобы снять с него наручники. Наоборот, нехорошо ухмыльнулся и уставился на меня.
— И как ты это провернула, ничтожество? — оскалился он. — Не думай, что покушение на нашего будущего повелителя сойдёт тебе с рук!
Де Мессон сложил руки замысловатой фигурой — и на кончиках пальцев заплясали серебристые искры. К счастью, мне не удалось узнать, какую участь он мне заготовил. Де Бельгард, воспользовавшись тем, что ученик отвлёкся на заклинание, схватил ближайший подсвечник и метко отправил тот в полет прямо в голову Камилю.
Предатель осел на пол безвольным кулем. Я метнулась к окну, распахивая отчаянно скрипнувшие створки и с наслаждением вдыхая чистый свежий воздух. Головокружение постепенно отступало. Сдернув уцелевший шнур для портьеры с крюка, я с удивившей меня саму сноровкой замотала им запястья де Брассье.
— Жив? — уточнила у Тьернона, который в это же время упаковывал бывшего ученика. Вряд ли он продолжит обучать Камиля после подобного демарша.
 
А ведь я говорила, что доверять такому типу нельзя! Они сразу прибиваются туда, где им кажется выгоднее. Только в этот раз он не угадал.
Верховный маг кивнул.
— Пока что да, — мрачно буркнул де Бельгард, и я не решилась уточнять, говорит он о нанесённой ране или о грядущих перспективах де Мессона.
Убедившись, что пошевелиться родитель не сможет даже если очень захочет, я бросилась в угол, к связанной девушке.