Рыжее счастье (СИ)

На протяжении последующего часа коктейли льются рекой. Ребята поочерёдно вспоминают истории из жизни и забавные моменты с соревнований.
— А помните, как Алиска с Ксюхой нас зубной пастой измазали и перемешали всю форму?! — Арс дико хохочет, похлопывая меня по спине.
Я тоже улыбаюсь, вспоминая эти соревнования в Москве. Практически всем нам было по двенадцать лет и это была третья поездка за границу. В тот день наш тренер праздновал свой день рождения, поэтому никакого контроля не было. Вдобавок ко всему, нас с девочками поселили на один этаж с парнями. Было скучно, а жажда приключений и желание обратить на себя внимание парней очень уж терзало душу.
Правда кроме нас с Ксюшей смельчаков так и не нашлось, и мы отправились творить свои тёмные дела вдвоём. Дождавшись отбоя, мы для надёжности выдержали еще часок, и вооружившись зубной пастой побежали по комнатам мальчиков. Азарт захлестывал, а сердце просто готово было выпрыгнуть из груди. Удивительно, но нам удалось провернуть весь этот фокус, даже не разбудив парней. Зато какой отборный мат стоял утром — до сих пор вспоминаю с теплотой!
— Дим, а помнишь, как два года назад мы ездили в Польшу? — эх, а я было обрадовалась, что Шурочка наконец успокоилась, — я тогда долго упрашивала родителей отпустить меня вместе с вами и ведь не зря, — Саша с превосходством поглядывает в мою сторону и продолжает, — эти ночные прогулки и наш первый поцелуй по сей день кружат мне голову.
Прошманова мечтательно вздыхает, а рука Димы заметно напрягается, сжимая моё бедро. Вот же сучка!
  
Глава 18
 
За столом воцаряется гробовая тишина и парни переглядываются между собой, явно ожидая моей реакции. Ситуацию спасает Арс.
— Саш, да чего он там помнит? Мы же в тот вечер пробовали "спешиальный польский пива", — взгляд Прошмановой становится просто убийственным, — а теперь — танцы! Кто со мной? Что, никто не хочет? Ну и скучные же вы, ребят. Алис, ну хоть ты поддержи друга, — Арс вытягивает меня из-за стола, я же поглядываю на Платонова, который, кажется, не реагирует на окружающую обстановку. Парень тупо смотрит в одну точку перед собой, погрузившись в свои мысли.
Пожимаю плечами и следую за Арсом. Однако, мы не задерживаемся на танцполе и продвигаемся дальше. Прямиком к женскому туалету.
— Арсенюшка, ты ничего не попутал?! — после того, как две девушки провожают нас заинтересованным взглядом и выходят из помещения я накидываюсь на друга.
— Думаешь надо было идти в мужской? — Арс задумчиво потирает подбородок, на полном серьёзе обдумывая этот вариант, — не, ну тут всё же лучше и спокойнее. Итак, что у вас происходит с Платоновым?
— А не пойти бы тебе лесом, Арсенюшка?! Это моя личная жизнь, — я гордо вздергиваю подбородок, а Цепенев лишь закатывает глаза в ответ, — что? Ладно, давай секрет за секрет. Где Даша?
— Мы расстались, — Арс просто пожимает плечами, не выдавая никакой реакции.
— И всё? Никаких душевных терзаний? Ну ты и сухарь, Цепенев, — машу головой, удивляясь поведению друга, м мы с Димой… Мы, вроде как, встречаемся. Нет, мы определённо вместе. Погоди, что за хитрый взгляд? Ты ведь знал, да?
— Ну, не знал, но, скажем так, догадывался. И делал ставки, — Цепенев явно горд собой, а мне хочется его прибить, — ну что ты бесишься стоишь, Потёмыч. Ваши догонялки только ленивый не заметил, прибавь сюда постоянные распроссы Платонова о твоей прекрасной персоне и вуаля — пазл сложился. Мне просто нужно было услышать это от тебя, так ведь интереснее. И заодно я помог тебе успокоиться после выпадов Прошмановой. Не благодари, на то мы и друзья. А теперь, пойдём?
Милая ангельская улыбочка сият на лице Арса, а я снова вспоминаю слова Саши и понимаю, что мне абсолютно все равно. Это прошлое Димы, а сейчас с ним рядом я, а не она. И пусть хоть миллион этих историй расскажет, наплевать.
Мы с Арсом возвращаемся в зал, протискиваясь сквозь потную толпу. Одной рукой я держусь за локоть Арсения, второй пританцовываю в такт медленной музыке. Торможение Цепенева выходит очень уж резким и неожиданным и я на полном ходу впечатываюсь в его спину. Опять лбом, да что ж такое!
 
— Арс, тебе ли говорить, что тормозить нужно…
— Потёмыч, а пошли танцевать?! Сто лет не танцевал с тобой медляк, последний раз это было ещё в школе, — движения Арсения слишком нервные, а глаза его пытаются избежать моего взгляда. И он не даёт мне сдвинуться и на сантиметр. Будто… Пытается своим телом что-то скрыть от меня?
Я миленько улыбаюсь, делая вид, что согласна со всеми его идеями. А потом просто срываюсь вперёд, делая несколько быстрых шагов.
Дима улыбается ей и держит за талию, в то время как руки этой кобры Прошмановой обвивают шею парня. Парочка слегка покачивается под неспешную музыку, не замечая никого вокруг. Простой танец, а во мне словно что-то умирает. Жгучая ревность просто сжирает изнутри и разливается горьким ядом по венам. Я перевожу взгляд на Арсения.
— Я думала, мы друзья Арс. Зачем ты пытался закрыть этих голубков? А, постой, Дима ведь тоже друг, а мы своих не сдаём, да?!
— Алис, я просто не хотел, чтобы тебе было больно. Это просто танец, а ты сейчас себе напридумываешь массу идиотских вариантов.
Улыбаюсь Цепеневу, хотя улыбка скорее похожа на оскал.
— Пошёл ты, Цепенев, вместе со своим дружком, понял? — показываю парню средний палец и гордо удаляюсь в сторону выхода.
Оказавшись на улице, я на ходу надеваю свой пуховик и натягиваю шапку. Быстрый шаг, практически бег, а за спиной тревожные крики Арсения. Катитесь к чёрту, мальчики.
Через два перекрёстка я сворачиваю во дворы, как раз вовремя, замечая промчавшуюся машину Арса. Телефон просто разрывается от звонков, но я давно перевела его на беззвучный режим.
Время близится к трём, я одна посреди города, в каком-то непонятном дворике. Фонари освещают лишь центральные улицы, но благодаря снегу здесь тоже достаточно светло. На детской площадке одиноко болтаются две старенькие качели, которые ветер раскачивает в разные стороны. Именно к ним я и направляюсь, размышляя по пути обо всем случившемся.
Через пару минут с неба начинают падать снежинки и в оглушительной тишине я слышу, как они постукивают по моим плечам. Дыхание встречается с морозным воздухом, но облачко пара становится всё меньше и меньше. Нужно идти домой, долго так не просидишь.
Еще пару месяцев назад, если бы мне кто-то сказал, что я буду бродить по ночным улицам одна, да еще и в новогоднюю ночь, я бы просто покрутила пальцем у виска.
На подходе к дому меня уже просто колотит от холода. Зубы отбивают чечётку, а руки ледяные даже под толстыми варежками. Зато в мозгах удивительный порядок и спокойствие в душе.
Во дворе вижу машину Цепенева и Платонова, который нарезает круги возле автомобиля. Сам Арсений сидит внутри, уронив голову на руль. Я прохожу мимо этой парочки и рывком открываю подъездную дверь. За спиной слышу удивлённые возгласы Арса, и бешеный рёв Платонова. Упс, кажется заметили. С нереальной скоростью бегу по лестнице, словно во мне проснулись способности супер мэна, доставая ключи из кармана. Щелчок, поворот и я в квартире, а за дверью что-то орёт Платонов. С тихим вздохом съезжаю по стене, всё также продолжая улыбаться. Со стороны это явно выглядит сумасшедшим.
Гипнотизирую взглядом телефон, на котором снова высвечивается имя Платонова.
— Алиса! Неужели! Пчёлка, я безумно зол, лучше открой дверь. Алиса, ты меня слышишь?! Что за поведение десятилетки? — парень вздыхает и продолжает уже спокойнее, — Алис, давай просто поговорим. Я всё объясню.
 
— Мне ведь итак сложно было тебе довериться, Дим. Зачем это всё?
— Да что я сделал то, Потёмкина?! Это просто танец! Знаешь, ты достала меня! Я пытался, но прежде чем требовать что-то от других, разберись со своими тараканами.
Больно ли мне сейчас? Наверное, да. Но это хорошо, что всё закончилось, не успев начаться. Дима прав, мне стоит разобраться в себе. Да и мы с ним слишком разные, не подходящие друг другу и это было понятно с первых дней.