Погружение (СИ)

Из рассказа Рэфа, иногда перебиваемого Лирэ, если та считала, что брат что-то не так рассказывает, мне удалось узнать много интересного.
Их община вела кочевой образ жизни и насчитывала больше трехсот разумных. Как пояснила Алин, подобная численность была уже избыточна для постоянных переездов с места на место и племена обычно стремились найти и занять территорию для постоянного жительства.
Рэф подтвердил это, сообщив, что уже как третий месяц подряд глава общины рассылал разведчиков во все стороны, стремясь найти подходящее место. Из-за большого количества скарба и повозок, в которых все это провозилось, кочевники могли передвигаться только по широким коридорам и именно их старались придерживаться разведчики. Путь был долог и не всегда они возвращались в оговоренные сроки. В таких случаях совет принимал решение, что этот маршрут небезопасен и шли в другом направлении.
И вот совсем недавно они обнаружили подходящий ангар, способный вместить всех сородичей и обеспечить необходимой защитой от нападения диких и не очень зверей. Их новый дом прилегал к огромному просторному тоннелю, судя по всему проходящему через весь этот сектор Станции.
Ворота, запирающие ангар, были довольно большими, метров пятнадцать в высоту и столько же в ширину. Створки был толщиной не меньше метра. Но, как докладывали разведчики, то ли механизм закрывания был не исправен, то ли сами створки как-то перекосились, но закрыть их полностью не получалось и оставался промежуток метра три между ними.
Поэтому, прибыв на место, первым делом соорудили перед воротами незамысловатую баррикаду из различного металлолома и повозок пришедших в негодность. Таким образом у них вышел первый рубеж охраны, позволявший вовремя среагировать на опасность и укрыться внутри.
Как я понял, то, что искин переводил как «повозка», было тяжелым транспортом, способным перевозить какое-то невообразимое количество груза. Выменял ее старейшина на шестнадцать молодых парней и девушек, а также семь малых батарей.
— В смысле стоило? — прервал я Рэфа, сперва не поняв, о чем тот говорит — Вы нашли грузовик, но его кто-то охранял и ваши люди погибли? Тогда при чем тут батареи?
— Нет, с чего ты это взял? Наш глава выменял повозку у другого, более крупного племени и заплатил именно такую цену.
— У вас еще и рабство процветает? — удивился я, хотя, судя по царившему «праву сильного» этого стоило ожидать. Да и в памяти всплыли слова Форха о моей продаже.
— Какое рабство? — удивился пацан — они сами рано или поздно покинули бы нас. Когда ребенок достигает пятнадцати — шестнадцати лет, он может уйти из общины и перейти в другую.
— Видимо, что бы избежать слишком сильного кровосмешения — сказала Алин. Судя по всему, мысли у нас двигались в одном направлении.
— Обычно такой обмен обоюдный, разве что может быть не равнозначный по количеству, но то племя узнало, что наш вождь задумал двигаться вглубь неизведанных территорий и отказалось хоть кого-нибудь отдать нам — вставила Лирэ и так с трудом молчавшая все это время.
Забавно было слушать, как дети строят правильные предложения и используют слова, которые в их возрасте и знать то не положено, но видимо так работал встроенный лингвист искина.
— Ты-то откуда знаешь? — посмотрел на нее брат с подозрением — Опять совала нос куда не следует?
— Ну мне же интересно было, да и я не специально, мы вместе с дядей были в доме вождя, когда тот договаривался с посланником — улыбка слетела ее уст, стоило только вспомнить о смерти близкого человека.
— Дядя! — парень стиснул кулаки, а на его скулах заходили желваки — Именно он нас спас в тот день.
Парень опять погрузился в воспоминания, вспоминая те страшные события. Дядя, которого звали Криусом, был кем-то средним между следопытом и инженером-водопроводчиком, как бы странно это не звучало. В его обязанности входило исследовать местность в поисках источников воды. Задача эта была важной, так как вода очень ценилась, и в отличии от пищи, сама в двери не стучалась.
Профессия была довольно сложной и требовала специфических технических навыков. При этом разведчик должен был способен постоять за себя. Для поиска скрытых в стенах водопроводов поисковикам выдавались специальные сканеры воды, которые были невероятно ценны. При этом только Криусу позволялось ходить в разведку одному с таким прибором.
 
В тот день дядя взял с собой Рэфа и Лирэ с собой. Идти было не далеко, а территория почти на километр контролировалась вооруженными людьми. Решив, что парню стоит привыкать к ведению разведки, Криус всю дорогу заставлял Рэфа выполнять различны упражнения и передвигаться чуть ли не ползком под смешки сестры.
Цыкнув на девочку и пообещав на обратном устроить ей такую же полосу препятствий, дядя продолжил изгаляться над парнем. Хотя со стороны и казалось, что Криус был расслаблен, глаза же его цепко следили за окружающей обстановкой, не оставляя без внимания даже самую мелочь.
Затратив порядка часа на каких-то двести метров, они подошли к небольшому т-образному перекрестку и свернули в узкий тоннель. Для какой цели служил этот переход догадаться было сложно, но двигаться им приходилось друг за другом. Пройдя около пятнадцати метров, они попали в небольшой технический тоннель, в котором уже Криусу пришлось иди полусогнувшись.
Проход упирался в небольшую дверцу, уже вскрытую дядей при прошлом посещении. Зайдя в нее, они оказались в небольшой каморке метра три в длину и ширину. Достав сканер, Криус начал показывать Рэфу как им пользоваться и как с прибора снимать показания. Лирэ же присев не далеко, тоже с интересом слушала дядю.
Как я понял, община Рэфа и Лирэ были довольно неплохо технически оснащены. Готовили они еду отнюдь не на костре и дома освещали не факелами. На грузовике перевозилась мобильная электростанция, способная обеспечить потребности племени. Воины же были экипированы ружьями и автоматами, легкими экзоскелетами, которые усиливали и так довольно-таки неслабых бойцов. Конечно моя броня была куда совершеннее их, но как я понял в общине такой и не было.
— Возможно у них было слишком много изменений в генах, не позволявших управлять какой-то сложной техникой — подала голос Алин, так же внимательно слушавшая рассказ.
— Ты не говорила, что тут еще есть и такие ограничения — посмотрел я на нее — да и не выглядят они страшными мутантами. Бледные да лысые, вот и все отличия от нас. Люди как люди.
— Изменения могут быть значительно глубже и не проявляться внешне — пожала плечами девушка в ответ.
В общем выходило, что община технологий не боялась и непонятным механизмам не покланялась, возводя их в священный ранг. Но у них было правило, с которым я полностью был согласен — «Нашел непонятную хрень и не знаешь, как ее использовать — продай соседу. Желательно втридорога». Звучало оно конечно по-другому, но смысл передал точно. Но что-то я отвлекся.
Провозившись несколько часов и успев перекусить предусмотрительно захваченными Лирэ бутербродами, они начали собираться обратно, когда услышали тихие хлопки взрывов. Из-за закрытого пространства звук в тоннелях распространялся довольно далеко, и они могли прекрасно слышать взрывы, изредка сменяющиеся звуками перестрелки.
Криус, тут же подобравшись, поудобнее взял свой укороченный автомат и протянул охотничий нож Рэфу. У того никакого оружия не было, так как необходимого возраста не достиг, но благодаря дяде он довольно неплохо обращался с ножом. Разве что реального боевого опыта не хватало.
Приоткрыв дверь, Криус выглянул из — за нее. Тоннель был пуст и судя по всему после них тут никого не было. Показав руками несколько движений детям, он дождался, когда они исполнят его указания. Язык жестов был довольно распространен в кочевых общинах даже среди мирных членов, так что дети прекрасно понимали его.
 
Первым в их троице шел Криус, посередине шла Лирэ, замыкал же колонну Рэф. Уже выходя из коридора внезапно погас свет, оставляя их в кромешной темноте.