Три жизни Тани (СИ)
Люк солнечно улыбнулся своей собаке и нагнулся, чтобы погладить её по шелковистой шерсти.
- Закажу для неё ошейник с теми самоцветами, что выбрал в сокровищнице, - сказал Люк.
- С теми самоцветами, что ты перед отъездом выбрал для ожерелья любовницы? - удивился лорд Лориэль.
- Я их просто выбрал, - холодно отрезал Люк, - и сейчас считаю, что они идеально подойдут для ошейника. Карите закажу украшение у ювелира, незачем истощать запасы уникальной коллекции наших камней.
Дядя Люкиэля переглянулся с его отчимом и промолчал.
После аудиенций Таня исследовала покои своего хозяина, обнаружив в них множество уже знакомых ароматов: наиболее часто в эти комнаты наведывались слуги, телохранитель и та самая любовница хозяина. Тане выделили место в комнате перед спальней Люка, в уголке рядом с дверью - положили там меховую шкуру и скомандовали «Место!».
- Лучше бы ей жить в вольере, как все другие собаки, - неодобрительно заметил при этом Тьерр.
- Мы уже решили данный вопрос, - холодно возразил Люк. - Я не против дрессировки, но на занятия заберёшь Мию утром, а жить она будет при мне. Выучи её на охранницу, если этот курс она не проходила, и закроем тему. Мия исключительно добрая и ласковая собачка, да, моя хорошая?
Прекрасное лицо эльфа склонилось над Таней. Тревожно зыркнув в сторону вечно недовольного телохранителя, подозревая, о чём идет речь, и совершенно не желая лишиться места на тёплой шкуре, Таня рискнула лизнуть хозяина в щёку. Люк восторженно рассмеялся и принялся её ласково трепать, а Тьерр брезгливо скривился и сказал, как выплюнул:
- Тьфу, кошка какая-то, а не служебная собака! Набарр, похоже, совсем перестал собак своих дрессировать, как полагается!
- Служебных вышколенных собак у меня и так много, а Мия нужна мне для радости, для хорошего настроения, для души, понимаешь?
Тьерр не понимал и понимать не хотел. Он непримиримо сложил руки на груди и пробормотал:
- Ничего, я и из кошки сделаю приличную собаку. Прошу вас, лорд, не кормите её утром во дворце, иначе ей будет тяжело на тренировке. Давайте, я сам прослежу за рационом вашей собаки, иначе вы испортите ей зубы и желудок, кормя со стола и пичкая сладостями.
Люк беспечно согласился и судьба Тани была решена: каждый день с раннего утра и до обеда (а то и до вечера) её отдавали в руки Тьерра, возвращая во дворец хозяину лишь во второй половине дня. Таня поняла, что ошиблась в определении должности Тьерра: он не был телохранителем Люка - он руководил всей кинологической службой дворца, в котором собак использовали и для охраны территории, и для любимого развлечения эльфов: охоты. У Люка вообще не имелось постоянных телохранителей - хозяин Тани был сильным магом и в усиленной защите не нуждался, тем более на защищенной территории огромного поместья. Только в поездках его сопровождал кто-нибудь их охранников, иногда Тьерр.
В первый день Тьерр привёл Таню на полигон, подобный тому, что был у Набарра, и занимался только ей, проверяя степень усвоения основных команд. Таня всё утро старательно ходила рядом, подавала голос и лапу, сидела, лежала и прыгала через препятствия, причём всё это она проделывала на голодный желудок, так как гадкий дрессировщик не удосужился её накормить. В ответ на свои старания она время от времени слышала одобрительное слово, а когда не дрогнув выдержала замах палкой и притащила её обратно, то Тьерр даже потрепал её по загривку, при этом выжидательно смотря на пушистый красивый собачий хвост.
«Не дождёшься! - фыркнула про себя Таня. - Не буду я всяким подозрительным типам хвостом махать».
Тьерр спокойно отнесся к тому, что новая собака не выражает ему своей симпатии. Он положил палку перед ней, чётким голосом отдал новую команду и... ушёл. А Таня осталась сидеть на хвосте перед палкой в полнейшей растерянности: она нашла в памяти команду «охранять», отданную Тьерром, но не имела ни малейшего представления, как её следует выполнить.
Тревожность и растерянность Тани усилились, когда один из помощников Тьерра направился к ней с явным намерением отобрать палку. Мысли Тани заметались:
«Рычать на него? Хватать палку, которую велено охранять, и драпать вместе с ней? Поставить на палку лапы или впиться в неё зубами и не отдавать? Что делать-то?! Я не кинолог и у нас дома никогда не было собак! Я и телевизионные программы смотрела только про диких животных, а выступления дрессированных псов пропускала мимо глаз. Впрочем, земные правила дрессировки наверняка отличаются от общекосмических... Что делать-то?! Парень всё ближе подходит!»
Таня попыталась найти отгадку в одежде приближающегося помощника, но все они были одеты в одинаковую униформу, защищающую тело от укусов собак - направившись к Тане, парень ничего дополнительного поверх не надел.
«Следовательно, мне нельзя нападать на него? Или нападать надо, а ему хватит имеющейся защиты? А если не хватит?!! Я не могу укусить человека! Вдруг, я ему так руку поврежу, что он инвалидом из-за меня останется?! Нет, пусть лучше считают меня глупой собакой».
Таня в панике оглядела весь полигон, надеясь увидеть, как кто-то из собак выполняет такую же команду, но увы, образца для подражания не нашлось, а парень подошел вплотную и нагнулся, собираясь забрать палку.
Таня зарычала. Парень протянул руку, и Таня зарычала грознее, припадая к земле и накрыв палку лапой. Парень ухватился за другой конец и потянул палку к себе, а Таня вцепилась в свой конец палки и упёрлась всеми лапами в землю, продолжая грозно рычать сквозь крепко стиснутые челюсти. Некоторое время они занимались перетягиванием палки, лицо парня становилось всё веселее, его запах менялся, донося сведения о том же искреннем веселье, а Таня понимала, что команду она выполняет неправильно.
- Хватит! - донесся из-за укрытия раздраженный голос Тьерра. - Маркус, отпусти.
Внезапно лишившись сопротивления, Таня с размаха плюхнулась на землю, выплюнула палку и поставила на неё передние лапы. При появлении откровенно недовольного Тьерра, насквозь пропахшего этим недовольством, она подавила порыв попятиться и заискивающе помахать хвостом. Не дождётся!
- Ничего не понимаю, - раздраженно взъерошил Тьерр свою короткую шевелюру, - она же явно поняла команду, но при этом постаралась выполнить её чёрте как! Чепуха какая-то: собака может либо вообще не знать этой команды и никак её не выполнять, либо выполнять так, как её научили! Плохо ли, хорошо ли, но так, как учили! А тут словно не обученной собаке, а ребёнку велел палку охранять: слово-то он понял, а что делать - сообразить не смог. Маркус, что скажешь?
- А что сказать? Я верю, что собаки понимают общий смысл человеческой речи, я часто с ними разговариваю и они точно что-то понимают. Когда мне грустно - лижут руки и сочувствующе заглядывают в глаза, а когда весело - радостно скачут возле меня.
- Собаки способны улавливать чувства людей, поскольку реагируют на изменяющийся при сильных эмоциях запах, - отмахнулся Тьерр, - а понимают они лишь те слова, которые их научили понимать и соответствующе при этом действовать. Соответствующе!
- Будем тренировать эту команду?
- Будем, - вздохнул Тьерр.
И понеслось... Отдавалась команда охранять, потом при приближении помощника Тьерр командовал «Голос!» и Таня начинала звонко лаять. Помощник «пугался», разворачивался и уходил, Таню поощрительно гладили между ушей, а она при этом думала про себя: «Лучше бы кусок мяса дал, зараза!» Но мяса пока не предвиделось.
После пяти заходов помощник не «убежал» от лая, а потянулся к палке. Тьерр скомандовал «Схватить!» и Таня вновь застопорилась - её не учили выполнять такой приказ. Она максимально осторожно ухватила помощника за рукав и потянула в сторону от палки. Тьерр тут же заругался, больно дёрнул её за холку.
Методом долгих проб и попыток, а также разными методами наказаний за совершаемые ошибки (методами довольно болезненными, а для человека еще и унизительными!) обучение успешно продвигалось вперёд. Таня научилась правильно хватать «злоумышленника» за руку и в прыжке опрокидывать его на землю, наваливаясь всем своим немаленьким весом. После «победы» ей полагалось громко лаять, призывая хозяина полюбоваться на своё геройство и забрать уже крепко поднадоевшего «злодея». К концу дрессировки взмылены были все, но Тьерр довольно сказал: