Ошибки богов. Тетралогия (СИ)

Сделав знак напрягшимся охранницам, я осторожно приоткрыл дверь, стараясь не звякнуть колокольчиком. Впрочем, в хаосе, творившемся внутри, его бы все равно никто не услышал.
Зрелище, представшее нашим глазам, поразило нас до глубины души. Посреди кучи битой посуды стоял один из местных корольков. Бахамут, с кабаньим пятачком и хвостиком, теперь уже бывший член совета, один из редких представителей мужского племени в деревне. Наряженный в модную одежду с кружевами и оборочками розово‑красных цветов, он отчаянно кричал визгливым голосом. Перед ним склонились всхлипывающие гепард‑официантка Эш и тигрица‑кассир Сакура. Не надо было быть гением, что бы понять произошедшее. Узнав о своем низложении, скорее всего он решил залить горе в одной из местных кафеен. А нажравшись как свинья, каковой и являлся, сорвался на персонале.
Местные самцы до недавнего времени находились на совершенно особом положении, до тех пор, пока в деревню не стали массово прибывать жители ближайших и отдаленных селений для исцеления себя и близких. Потом их статус кво пошатнулся. Конечно, мужского населения, как и прежде не хватало на всех желающих, но парней стало гораздо больше, чем раньше. С мнением корольков постепенно перестали считаться, и только статус членов Совета помогал им смотреть свысока на всех остальных. Можно было понять всю его ярость, хотя это совсем не оправдывало поведение Бахамута.
– Ненавижу! Ненавижу! – визжал он, пиная разбитую посуду. – Мало мне было лишиться членства, уважения, так теперь последние торговки потеряли все почтение к моей неприкосновенной персоне!
– Простите ваша милость, – всхлипывая, возразила ему Сакура. – Но правила запрещают нам…
– Я – тот, кто устанавливает правила! Вы обязаны подчиняться мне! – хрюкнул королек, поднимая руку, собираясь ударить кассиршу. – А те, кто идет против меня, должны понести наказание.
Но руку вдруг перехватила одна девушка из числа его же охранниц. Это была девушка с небольшими острыми ушками и огромным, просто неприлично огромным хвостом, поднимающимся до самой головы девушки. Скорее всего, она происходила из беличьего Рода.
– Достаточно, господин! – обратилась она к Бахамуту. – Девушки уже поняли свою вину. Позвольте им загладить ее выполнением ваших требований.
– Да как ты смеешь?! – пьяно воскликнул хряк, обрушивая свою короткую, но тяжелую руку на нее вместо Сакуры, опрокидывая девушку наземь. – Как могла ты повернуться против меня?! Своего хозяина! Тварь! Предательница! – сопровождая каждое слово ударом по вскрикивавшей девушке, кричал он. – Ты недостойна быть под моей защитой! Шл***а!
Замахнувшись в очередной раз, он собрался было нанести очередной удар по белочке, которая даже не поднимала рук, чтобы защититься, с покорностью рабыни принимавшей удары, как вдруг ощутил, что его карающая длань попала в чей‑то крепкий захват. С удивлением и яростью он поднял глаза с ползавшей на полу девушки наверх, чтобы столкнуться с моим яростным взглядом. Алкоголь и ярость придали ему сил и он, выдернув руку, закричал:
– Избранный! Это ты испортил мне всю жизнь! Из‑за тебя все рухнуло и меня не уважает даже моя охрана! Чего вы стоите?! – захрюкал он, обращаясь к остальному гарему. – Он угрожает мне! Защитите своего господина!
Остальные девушки хмуро выступили вперед, загораживая его, но, не поднимая на меня глаз. Они прекрасно были в курсе, кто противостоит Бахамуту.
– Что вы стоите?!! – закричал свин, высовываясь из‑за их спин. – Он один, а вас много! Нападайте все вместе! Живо!
– Но господин… – осмелилась произнести одна из них. – Это же Избранный. Сами духи на его стороне.
– Я покажу вам, как дерутся настоящие мужчины! – рявкнул, раздвигая их в стороны, осмелевший Бахамут. Очевидно, он принял гораздо больше горячительного, чем я думал. Закричав тонким голосом, он кинулся на меня, уверенный, что снесет меня и потопчется на моем бездыханном теле. Я, не двигаясь с места, поджидал его, мимоходом отметив ехидные ухмылки на лицах некоторых девушек из его сопровождения. Очевидно, не всем по вкусу находиться рядом с ним.
 
Подгадав момент, когда его кулак вот‑вот должен был ударить меня, я пригнулся, пропуская его удар над головой, и ударил его в рыхлый живот, выбивая воздух. Бахамут встал как вкопанный, пытаясь восстановить дыхание, но я не дал ему этого сделать, размахнувшись и отправляя его в короткий полет до противоположной стены. Его охранницы тут же бросились к нему, ахая и охая и бросая на меня взгляды самых разных эмоциональных оттенков. Некоторые смотрели злобно, другие чуть ли не улыбались. Не обращая на них внимания, я подошел и дотронулся рукой до белочки, вытиравшей кровавые сопли, рукавом когда‑то белоснежной рубашки.
– Лечение! – скомандовал я, приводя белочку в порядок. Та недоверчиво пощупала лицо и восторженно посмотрела на меня. Я уже подлечивал пострадавших от насилия Эш и Сакуру.
– Уходите и заберите с собой этот мусор, – сказал я его охранницам. – А как очнется, передайте, что его время кончилось. И вам советую сменить род занятий. Теперь у таких мразей как он не будет больше власти.
Девушки, подхватив бессознательную тушу, поплелись на выход. Лишь последняя из них, взрослая статная женщина, напоминавшая один в один Бахамута, задержалась возле меня.
– Я давно не одобряю поведения своего сына, – задумчиво сказала она, поклонившись. – Скорее всего, сама и виновата, что он вырос таким глупцом, хотя пыталась воспитывать его согласно идеалам добра и любви. Но вседозволенность развратила его. Спасибо, что остановили его безобразия. Надеюсь, теперь он прислушается к голосу разума. Простите за все. – Подойдя к двери, она вновь повернулась и добавила. – Пожалуйста, позаботьтесь о Лалатине. Она добрая девочка, но постоянно попадает в неприятные ситуации.
Колокольчик на двери звякнул в последний раз. Кафе опустело. Эш и Сакура наперебой благодарили меня за помощь, убирая осколки и наводя порядок. Мои напарницы, которые по странной случайности не стали вмешиваться в наши разборки умело скрылись от правосудия на улице, а белочка все еще сидела на полу, хлюпая носом.
Я подошел к ней и протянул руку. Она доверчиво взглянула на меня и схватилась за нее. Подняв ее, я подошел к гепардихе, разрывающейся между веником и тряпкой.
– Эш, брось пока уборку, все равно никто больше не зайдет. На улице мои девочки блокируют выход, – сказал я ей. – Лучше приготовьте покушать. На всех. И себе тоже. Я оплачу. Мы будем на улице.
Потянув за собой белку, я вышел наружу. Увидев меня, Йоруичи вскочила, ухмыляясь, и бодро отрапортовала:
– Мой лорд! За время вашего сражения происшествий на улице не случилось! Войска врага утащили командира зализывать раны!
– Расслабьтесь, – махнув им рукой, сказал я, усаживая белку за свободный стол – Обед сейчас будет готов. Давайте пока познакомимся. Меня зовут Ричард, ну, наверное, ты в курсе. Эта девушка лидер отряда моей охраны Йоруичи. А это воительница из ее отряда Асаги. А кто же ты? И как ты вообще оказалась в гареме этого кабана?
– Меня зовут Лалатина Дастинесс Бмв, – привстала белочка. – Я происхожу из гордого аристократического рода, обедневшего после войны. К сожалению, практически все наши земли были захвачены Хаосом, и ресурсы портачены на борьбу с ним. Я отправилась покорять центр континента три года назад в поисках лучшей доли и нанялась в охрану этого жирного кретина, – с отвращением выплюнула ругательство белочка. – Тогда мне казалось, я обрела спокойное и доходное место. Как же я ошибалась! Мало того, что он мнил себя центром земли, так еще и постоянно задерживал нам зарплату. Только благодаря матери, которая сдерживала его, мне удавалось сохранять спокойствие. Как и многие, я многое слышала про вас, но прекрасно понимала, что мне не светит даже познакомиться с вами. Кто я, а кто вы… – Лалатина прервалась, так как Эш принесла обед. Быстро засервировав стол, она пулей унеслась обратно и почти сразу принесла закуски и напитки. Как только она собралась откланяться, я поймал ее за руку и сказал: