Ошибки богов. Тетралогия (СИ)

Девушка покраснела и еле слышно пробормотала:
– Ну, я бы хотела познакомиться ближе…
– Что-что? – не поверил я своим ушам, – А тебе не рановато еще по парням бегать? Тебе лет, сколько, вообще?
– Да я… Я тут… Я вообще не в этом смысле! – закричала она, краснея еще больше, – Я имею в виду, подружиться! Все мои подружки обзавидовались, когда узнали, что, – меня спас сам Избранный! А если я тебя с ними познакомлю, как друга, они вообще попадают! Ну, позялста-ааа, няяя! – чуть ли не плакала она.
В принципе, ничего плохого в этом я не видел. Главное, чтоб меня потом не обвинили в совращении малолетних. Хотя, как уверяла Томоки, у них тут свобода нравов.
– Ну, хорошо, хорошо! – присел я перед ней, – Я буду твоим другом. Но только другом! Без пошлостей! И еще кое-что, – останавливая прыжки радостной кошки, – Мне нужна прогулка с проводником по деревне. Справишься?
– Мряу! Конечно! Пошли! Быстрее!
От трактира, который по совместительству являлся гостиницей, и местом собраний Старейшин, и исполнения ритуалов, как успела рассказать мне проводница, мы направились на рынок. Он находился практически у самых ворот и занимал немаленькую площадь. По уверениям Минни, торговали там всем, начиная продуктами, заканчивая оружием. Охотники и собиратели обеспечивали селение свежим мясом и фруктами, а на рынке можно было прикупить товары, привезенные с другого конца материка.
Также, девочка достала мешочек с монетками и наглядно продемонстрировала местную валюту. Курс был очень простой. 100 медных монет равнялись 1 серебряной. 100 серебрушек были равны 1 золотой монете. 100 золотых превращались в один кристалл. По селению в ходу, в основном, была медь. На одну серебряную монету можно было жить и питаться две недели в гостинице Маргариты. На один золотой можно было купить неплохой комплект обмундирования или хорошее зачарованное оружие. И тут меня накрыло.
– Слушай, кошка, – протянул я, – А ты помнишь то место, где я тебя спас? Оно далеко от деревни?
– Не так, чтобы прям уж далеко, может полдня идти. Когда мы несли тебя, то выбирали путь, так что вышло дольше, чем идти напролом. А что? – Я усмехнулся.
– Дело в том, что я как бы миллионер! Я там клад нашел. Сундуки, полные золота и драгоценностей!
Глаза моей спутницы увеличились до невероятных размеров, как в аниме, а в открытый рот мог влететь дирижабль.
– Ты… Ты не шутишь?!!! Это же невероятно! – завизжала она. – Подумать только, я живу тут всю жизнь, а рядом на пляже лежит целое состояние! С ума сойти! Когда идем?! Кого возьмем с собой? Давай расскажем Сонне. Это наш лидер клана, она вступалась за тебя! Уверена, она нам поможет! – тут же развила она бешеную деятельность.
– Подожди, подожди. Расскажи подробнее про нее. Как она может нам помочь?
– Ну, Сонна возглавляет нашу оборону, ей подчиняются все наши войска и даже соседние Роды признают ее авторитет. Она сражалась против Тьмы и сумела вернуться назад. Она невероятно сильный чародей. Никто и никогда не смог превзойти ее. И ты ей очень приглянулся, – пихнула она меня локтем в бок. – Кстати, я совсем забыла, она просила передать тебе просьбу о личной встрече. Она говорила что-то еще про предначертанное, но я не слушала. Разберешься сам. Ну что идем к ней?
– Хорошо, но сначала давай прогуляемся по рынку. Мне интересно оценить вашу жизнь.
– Понятно! – И она потянула меня в торговые ряды.
На базаре было шумно, но не слишком тесно. Различные девушки и женщины лениво переругивались друг с другом, торговались, сбивали цены, внимательно осматривали продукты. Если бы не непохожесть местных фруктов и овощей, а также ушки и хвосты, то этот рынок был бы неотличим от подобных ему в старом мире. Закончив осмотр продуктовых рядов, Минни потащила меня к оружейным палаткам. Согласно ее рассказу, на продажу и покупку оружия не было никаких запретов. В селении можно было носить с собой боевое, но запрещено обнажать его без разумных причин. Впрочем, стража прекрасно справлялась с набегами диких зверей, а больше опасностей после Великой тьмы не было.
 
Оружейные ряды представляли собой длинные полуоткрытые палатки. Сзади них паслись ездовые животные: обыкновенные лошади, ездовые ящеры и огромные оседланные птицы, перуны, похожие на помесь страуса и курицы. К лошадям и ящерам девчонка боялась подходить. («Они страшные и зубастые. А вдруг укусят?»). А возле перунов крутилась долго, гладя их длинные пушистые крылья.
Преступности, как таковой, в селении не было. Внутри палатки было темновато, поэтому лучший товар продавцы выкладывали прямо на подстилку или столики возле палатки, не боясь воров. Но Минни доверительно шепнула на ушко, что наиболее редкий товар продавцы оставляют внутри и нырнула внутрь, поманив меня за собой.
Не успели мои глаза привыкнуть к полумраку, как раздался вопль:
– Хуманс! Не может быть! Хуманс в деревне кошек! Как стража пропустила его?! – и я ощутил (дежа вю) холодный металл у своего горла. На меня смотрел одинокий красноватый глаз из под низко надвинутого капюшона.
– Не смей! Пусти его! Это Избранный! Он спас меня от Стража в бухте Отрады! Пусти, кому говорят! Он другой! Он отличается от бандитов Белой земли! Он добрый! – вцепилась дикой кошкой в продавца моя проводница, – Сама Сонна знает, что он здесь!
– Если Сонна поручилась за него, то я отпускаю его, – смирился продавец, – Но убирайтесь прочь из моей лавки. Я не желаю иметь никаких дел с хумансами!
Выйдя наружу, я укоризненно взглянул на Минни.
– Ну, забыла я про нее, – виновато ответила та, пожав плечами, – Это Моргана! Единственная выжившая из селения мирных Миносов. Когда она была маленькая, всю ее деревню сожгли люди, а женщин и детей увели в рабство. Случилось это в разгар военных действий и доказать не удалось, была ли причастна Тьма к тем работорговцам или нет. Может они так и действовали под шумок войны, чтобы в любой момент сослаться на действия Измененных. В любом случае, страшная потеря выжгла в ней всякое сострадание и она терпеть не может людей.
– И об этой "незначительной" вещи ты забыла мне рассказать?!
– Так это для тебя в диковинку, а мы уже давно к ней привыкли. Вообще она очень милая и веселая девушка, если не вспоминать про хумансов при ней. Пойдем дальше? Гарантирую, больше неприятностей не будет. Хотя следующую лавку держит Катарина.… Но она не питает ненависть к другим расам. Скорее наоборот. Короче, сам увидишь, – с этими словами она зашла в следующую палатку. Мне ничего не оставалось, как последовать за ней. В конце концов, меня пока даже не ранили.
– Чтоб меня орки драли во всех позах! *** огра! Это же молодой хуманс! Молодой, здоровый, крепкий юноша хумансов! Святые духи, какой красавчик! – та же история. Пока пытаешься разглядеть, что происходит, на тебя кто-то бросается и хватает, прижимаясь мягким горячим телом и хватая за задницу. Хорошо еще, я в курсе, что в лавке точно не мужик. Теперь у моего горла не остро заточенная сталь, но наверняка не менее острые зубки, так как я ощущаю горячее дыхание на своей шее. – Как же давно я не вдыхала этот аромат настоящего самца! Он просто сводит меня с ума!..
– Полегче, озабоченная зайчиха! Слезь с моего спасителя и займись делом!
– Я сейчас займусь настоящим делом, а ты лучше выйди и постой на шухере, чтобы нам никто не помешал, девочка!
– А я стражу позову, а лучше Сонну. Она как раз сейчас у ворот патруль проверяет. Думаю, посидишь пару часов в ледяной сфере, охладишься.
– Вот ты несносная драная кошка! Когда еще мне подвернется такой шанс! – чуть ли не плача, отпустила меня продавец. Я, наконец, смог ее рассмотреть: большой, просто огромный бюст, едва сдерживаемый тонко натянутой блузкой, шикарное тело, длинные ноги, округлые бедра затянутые даже не в мини-юбку, а скорее, в поясок, очаровательное лицо с огромными голубыми глазами и пухлыми губками. Не женщина, а мечта. И ушки. Заячьи. Длинные белые пушистые заячьи ушки. Явно довольная произведенным эффектом, девушка повернулась и, покачивая бедрами, продефилировала за стойку. Пушистый заячий хвостик находился там, где ему и положено было быть. Мои руки сами протянулись его потрогать, но зорко следящая за происходящим Минни тут же зашипела и одернула меня.