Ошибки богов. Тетралогия (СИ)
– Услышь меня, Отец и Повелитель мой! – закричал Костяндр условленную фразу. – Я выполнил обещанное. Дело за тобой!
Пораженные девушки, остолбенело стоявшие за его спиной, наконец пришли в себя и с воплями бросились в атаку. Костяндр, даже не повернувшись, отбросил всех трех в сторону и процедил:
– Если хотите жить – лежите смирно и ждите своей участи.
– Я здесь, мой воин! – донесся сверху рокочущий голос. – Вижу, ты преподнес мне дар. Сердце жадного безумца. Да, ты выполнил обязательства. Уверен, ты хорошо мне послужишь. Нарекаю тебя Сыном Хаоса и дарую тебе этот замок.
Вокруг раздался грохот, стены задрожали. Казалось, все рухнет, но темный уверенно стоял на ногах, не обращая внимания на визжащих девушек. Вдруг грохот прекратился, но из пола выехала небольшая прямоугольная плита, которая слегка приподнявшись над полом, замерла, словно ожидая приказаний.
В то же самое время в голову Костяндра словно запихнули все, что касалось подземелья. Теперь он знал, как управлять залами, защитой, приказывать монстрам и прочие тонкости. Поднявшись на плиту, и повернувшись к замершим девушкам, глядящим на него словно мыши на кота, он приказал:
– Идите ко мне, если жить охота.
Но они ожидаемо не двинулись с места. Поморщившись, властелин Хаоса добавил:
– Скоро в этом зале будет полно сильных монстров, которые вам точно не по зубам. Я не собираюсь вас убивать. Единственная жертва, которая мне требовалась, уже принесена.
Закончив речь, он отвернулся, тем не менее, полностью контролируя ситуацию. Через несколько секунд темный ощутил, что бывшие напарницы все же залезли на плиту. В тот же момент, своеобразный лифт рванулся, по открывшейся шахте вверх, до самой поверхности и еще выше. Лишь когда он достиг примерно десятого этажа от земли, Костяндр соизволил остановиться.
– Узрите! – сказал он притихшим девушкам. – Вы первые, кто смотрит на владения будущего темного Повелителя.
Они стояли на вершине огромного черного замка, а вокруг расстилалась дикая местность. Только вдалеке торчали шпили небольшого городка, где Костяндр и встретился со своими будущими подданными. А в том, что они ими станут, он даже не сомневался.
– Но… что будет с нами? – осмелилась спросить его Текилла.
– О! – вымолвил темный лорд, поворачиваясь к ним. – У вас есть выбор! Не думаете же вы, что я прикончу вас также, как и вашего бесполезного приятеля? Готов поспорить, вы только рады, что избавились от такого мусора. В общем, я предлагаю служить мне. В этом случае, у вас будет все, о чем раньше можно было только мечтать! Богатство, власть, Сила, красота, признание! Но вы можете и отказаться и уйти обратно в город, – добавил он скучающим голосом. – Я не буду вас задерживать. Идите и возвращайтесь в нищету и грязь, из которой я вас вытащил. Естественно, ничего кроме своих жалких жизней, вы не получите. Все, что мы собрали по пути, является только моей заслугой, не так ли?
Он замолчал, оглядывая притихших девушек, и уже зная их ответы и очередность. Но все же он ошибся. Опередив Текиллу, вперед выступила Мимокинь:
– Ради Силы я готова на все! – сказала она глухим голосом. – Я клянусь в верности вам, повелитель.
– Я пойду на все, что угодно, лишь бы вырваться из нищеты! – вскричала Текилла, отталкивая в сторону Ламантину. – Хватит с меня дешевого пойла, грязных мужиков на сеновале и пустого живота по утрам! Я хочу богатства!
– Честь рыцаря не позволяет мне принять ваше предложение, – угрюмо ответила рыцарша.
– «Ого! Неужели я ошибался в ней?!» – удивленно подумал темный.
– … Поэтому я приняла решение оставить орден и вступить под ваше командование, повелитель! – подняв глаза, горячо сказала девушка. Встав и сорвав с себя нашивки рода, она с вызовом уставилась на темного.
– Вы поступили верно! – с восторгом сказал Костяндр. – Каюсь, я бы все равно не отпустил вас на волю. Пришлось бы стереть вам память. Но так как вы добровольно решили служить, мне осталось только закрепить наш союз. Раздевайтесь!
Позади на плиту из стены с лязгом выехала огромная кровать. Даже не кровать а целый траходром, на котором легко разместился бы полк солдат.
– Что‑что‑что, вы собираетесь делать повелитель?! – вскрикнула Мимокинь, падая на колени и сжимая себя руками. – Ведь мы и так согласны повиноваться вам! Умоляю, не трогайте меня!
Позади нее раздался легкий шум. Обернувшись, и не веря своим глазам, волшебница с ужасом увидела, как Текилла и Ламантина спешно освобождаются от одежды. В их глазах сверкала животная плохо сдерживаемая похоть.
– Первым делом я поставлю на вас свои печати, – легко и просто ответил Костяндр, скидывая броню и плащ. – А сделать это возможно лишь при полном контакте. Я жду. Не заставляй меня повторять.
Мимокинь, верно оценив ситуацию, принялась торопливо расстегивать пряжки плаща и скидывать остальную одежду. Оставшись в чем мать родила, она, смущенно прикрываясь руками, взглянула снизу вверх на темного.
– Мда, – прищелкнул тот языком, – как и ожидалось, смотреть не на что. Ты вообще совершеннолетняя?
Девушка, покраснев от обиды, гордо ответила:
– Мне уже двадцать один! Пусть мое тело и выглядит как детское, но я давно не девственница!
– Что ж, – ответил Костяндр, подхватывая и бросая ее на кровать, – тем хуже для тебя. Я собирался быть нежнее.
Отбросив последнюю деталь одежды, он шагнул к ложу, давая девушкам оценить по достоинству свою фигуру.
Особого удовольствия от процесса он не получил, так как приходилось контролировать достаточно сложное заклинание печати, которое темный поочередно поставил на каждую из своих подопечных. Ее побочным эффектом было кратковременное оглушение жертвы. Как правило, заклейменный такой печатью, придя в сознание, испытывал бы рабскую преданность и слепое обожание к поставившему ее. Так и не удовлетворившись до конца, Костяндр разглядывал слегка светящиеся руны на плоских животиках своих будущих слуг и составлял планы по захвату ближайших территорий.
Но уже при осуществлении следующей идеи, он едва не распрощался с жизнью…
Глава 19 «В шаге от смерти и становление Властелина»
Следующая неделя пролетела как одна минута. Первые три дня теперь уже полноценный темный Повелитель занимался самой черной работой: устранял разрушения внутри этажей, строил защиту крепости, усмирял и подчинял разумных и полуразумных монстров, появившихся буквально из ниоткуда. Скорее всего, на каждом уровне была точка возрождения павших или создания новых чудовищ. Что с ними делать, Костяндр даже не задумывался, оставляя их на потом. Главное, новые монстры не появлялись, если были живы остальные.
Таким образом, через три дня замок пришел в более‑менее качественное состояние. Новообретенные напарницы тоже не теряли даром время. Как выяснилось, печать практически не влияла на разум носителя. Единственное, каждая девушка была уверена, что ее Хозяин – единственный и неповторимый, за которого отдать жизнь – высшее благо. В остальном, они оставались сами собой.
После посвящения и до общего собрания через три дня девушки занимались любимым делом. Текилла бегала вслед за лордом по этажам, собирая и сортируя различные сокровища, в перерывах, услаждая лорда своим телом. Причем делала она это по собственному желанию, каковое у нее почти не пропадало. Стала понятна причина отсутствия трусов. Во‑первых, как таковых трусиков здешняя мода еще не придумала, но женский пол пользовался различными подвязками, скрученными полотенчиками из нежной ткани и прочими. Текилла же была настолько озабоченной нимфоманкой, что попросту игнорировала их, чтобы не тратить время на развязывание.
Ламантина проводила все свободное время на плацы, тренируя наиболее способных монстров. Под ее началом формировалась неплохая боеспособная армия. Заглянув к ней пару раз, лорд был немедленно атакован страстной рыцаршей, желавшей немедленного удовлетворения не меньше Текиллы. Пришлось пойти навстречу, тем более, синеволоска уже более десяти часов не попадалась на глаза. В сравнении с ней, блондинка была более любвеобильной, нежели похотливая Текилла. Перед уходом, Костяндр дал ей особый дар усиления. Теперь Ламантина могла в прямом смысле свернуть горы, и была защищена даже от смертельных ранений. Подумав, Лорд решил позже провернуть ту же вещь с остальными.