Ошибки богов. Тетралогия (СИ)

Стоило мне только выпрямиться, как он открыл было рот, собираясь принести извинения, но я отрицательно махнул рукой:
– Будешь должен мне завтрак после того, как я вылечу дочку. Веди.
Рахнер тут же скрылся в темном провале входа в свой улей, но тут же вернулся, виновато разводя руками. Двуногим вход в жилище местных был заказан из‑за специфики строения тел. Недолго думая, он осторожно подхватил меня, и внес, держа на вытянутых руках перед собой, словно я мог разбиться при падении на мелкие кусочки.
Пространство внутри не поражало особой роскошью. Почти стандартные предметы быта, разве что находившиеся в неожиданных местах, различные непонятные мне агрегаты (один, например, оказался прялкой), и вытянутые круглые коридоры, уходящие в разные уголки улья. Повсюду были натыканы те самые светящиеся кристаллы, в изобилии росшие на стенах главной пещеры, поэтому освещения хватало с лихвой.
Отец семейства пронес меня в дальний коридор, и вскоре мы вышли в симпатичную спаленку, в которой кроме нас находилась еще одна миловидная Рахнера, заламывавшая в отчаянии руки, очевидно, мать или сестра больной. Стоило нам появиться, как в ее глазах вспыхнул огонек невероятной надежды. А в дальнем углу, царапая стены от приступов боли, лежала еще одна девушка, почти девочка с совсем небольшим паучиным торсом. Она была в сознании, но, по‑видимому, уже была совсем без сил, так как даже не могла даже стонать. Судя по выступившей в уголках ее рта синей пене, я мог только предположить, что она была отравлена сильным ядом. Не дожидаясь, пока страж поставит меня, я вырвался из его рук, и подбежал к больной, игнорируя выступившую вперед родственницу.
– Максимальное исцеление! – закричал я, хватая девочку за руки и чувствуя ее затихающий нитевидный пульс. Еще бы чуть‑чуть и было бы слишком поздно. Маленькую паучишку тут же охватил сияющий свет с проблесками фиолетовых и оранжевых молний. Сработало сразу несколько заклинаний одновременно: антияд, лечение и, скорее всего, подпитка жизненной энергии. Что‑то вроде тоника или витаминного комплекса. Это было моей личной разработкой, что позволяло быстрее больному приходить в себя, не чувствуя слабость при исцелении.
Не слушая восторженные вздохи за спиной, я сел прямо на пол, глядя на крутящуюся в воздухе девочку, и улыбаясь явлению очередного маленького чуда. Каждый раз, я чувствовал, как меняю историю, даруя жизнь и вылечивая больных от тяжелых ран. Это чувство нельзя передать словами.
Шар света медленно угасал, и я повернулся к стражу. Тот смотрел не веря глазам, как его дочь приходит в себя и открывает глаза:
– Мама? Папа? – пискнула она. – А кто этот странный хуманс? И почему вы на меня так смотрите?
– Дочка! – взревели оба счастливых родителя, бросаясь к ней и стискивая в объятиях.
Когда восторги немного поутихли, последовали трогательные сцены благодарностей и клятв верности. Появившийся седой дух, с которым мы уже встречались в чаще, с одобрением поглядев на меня, подтвердил обещание и испарился. Меня долго не хотели отпускать, но в конце концов, нагрузили снедью, и Корвакс, как звали стража, с великой осторожностью вернул меня обратно к лечебнице.
Томоки уже не было видно, да и второй страж указал на дверь, добавив, что шустрая кошка давно внутри. Я вздохнул поглубже, и слыша, как Корвакс делится восторженными отзывами обо мне за спиной с напарником, шагнул внутрь полутемного помещения, готовый ко всему.
Почти ко всему.
– Ри‑и‑и‑ичард!!!..
Следующие пятнадцать минут можно смело пропустить. Клубок кошачьих тел катал меня по комнате, вылизывая, всхлипывая, размазывая по насыпанному песку, тиская, царапая, кусая и прикусывая, тряся и тормоша. Я даже не пытался сопротивляться, по привычке понимая, что будет только хуже.
Уловив момент, когда девушки набрали воздуха для новых воплей, я оглядел комнату и спросил, глядя на сидевшую в гамаке девушку:
– Сонна? Ты не рада меня видеть?
– Мы разве знакомы, молодой хуманс? – с интересом переспросила та, наклоняя голову….
 
  
Глава 30 «Что может быть лучше новых друзей? Только встреча со старыми!»
 
Меня как током ударило. Клубок как по команде распался, раскатившись на отдельные составляющие. Девушки опустили головы, сжимая кулачки.
– Рич, давай отойдем, есть разговор! – донесся до меня нежный голос Джанны. Зайка, недовольно цыкнув на Томоки и кинув на нее уничижительный взгляд, схватила меня за локоть и потащила в дальний угол. Сонна сопровождала нас слегка удивленным взглядом, пока остальные девушки не сгрудились возле нее, отвлекая ее внимание.
Помещение, в котором восстанавливались девушки, представляло собой круглый зал с неработающим фонтаном в центре и встроенными комнатушками по периметру. Затащив меня в одну из этих келий, Джанна, припечатав меня к стене и крепко обняв, впилась в меня жадным поцелуем. Я не остался в долгу, схватившись за ее упругую попку. С полминуты зайка высасывала меня, словно мы не виделись несколько лет, но, потом, ее ухо чутко дернулось, словно уловив посторонний звук, и она неохотно отклеилась от меня.
– Видишь ли, Рич, – сказала она виновато, опуская голову и повесив ушки, – не уследили мы за Сонночкой. В последней битве она получила сильный удар по голове. Ее физическое здоровье в норме, но она начисто забыла события последних двух‑трех лет. То есть, все, что было связано с тобой, она тоже не помнит. Я прошу от тебя понимания и…Постой! Куда ты?!
Я, уже не слушая ее, выбежал из кельи, быстрыми шагами сокращая расстояние отделявшее меня от моей Сонны. Моей ласковой кошечке, первой вставшей на мою защиту в этом неласковом для попаданца мире. Как можно было забыть все наши разговоры, ласки, прикосновения? Нет, не может этого быть!
Девушки расступились при моем приближении, только Йоруичи попыталась предупредить меня:
– Мой лорд…, – начала она.
– В сторону! – почти прорычал я, и кошка торопливо отскочила в сторону. Сонна все также сидела на кровати, недоуменно глядя на меня. Прежде чем она вымолвила хоть слово. Я схватил ее за руки и скомандовал:
– Максимальное излечение! Ментальное исцеление! Вернуть память!
Девушку охватил свет, но почти сразу погас. Рванувшаяся к ней Седжуани, по‑хозяйски ощупала ее голову и повернулась с просветлевшим лицом:
– Шишки больше нет! – И повернувшись к потерявшей память кошке, схватила ее за плечи:
– Ну же, Сонна, милая! Ты вспомнила хоть что‑то?
Все с яростным ожиданием впились в ее лицо. Но Сонна, безмятежно пожал плечами, только вопросительно подняла на нее глаза:
– Седжуани, милочка, чего ты так всполошилась? Я все прекрасно помню. Кстати, когда мы заступаем в караул? И может уже кто‑нибудь объяснит мне, чем мы тут занимаемся…
– Сонна, – закричал я, хватая ее за колени. – Это же я Ричард! Ты клялась мне, обещала!
Но кошка лишь испуганно отшатнулась:
– Сумасшедший хуманс! – зашипела она. – Да как ты смеешь прикасаться ко мне после всего, что твои соплеменники сотворили с моим народом! Отойди, или я за себя не отвечаю!
Я почувствовал на своих плечах железную хватку чьих‑то когтей. Обернувшись, я увидел Йоруичи, которая со слезами на глазах пыталась оттащить меня от кровати больной. Я встал и, сгорбившись, вышел из ее комнатушки. В зале меня уже ждали Джанна, Томоки и Химари. Остальные девушки успокаивали Сонну.
– Я пыталась предупредить тебя Рич, – ломая руки, сообщила зайка. – Как видишь, события последних лет начисто выветрились из ее памяти. Более того, она уверена, что сейчас разгар набегов хумансов на наши территории. Так и было за пару лет до твоего прибытия. Не суди ее, ведь мы все жили, страдая от их нападений.
 
Я встал и, сгорбившись, пошел к выходу, натыкаясь на стены. Даже моя магия не помогла ей прийти в себя. Что же мне делать? Томоки подскочила ко мне и, словно услышав мои мысли, предложила: