Ошибки богов. Тетралогия (СИ)
Но дверь была надежно заперта, а послеобеденное время и жара на улице не располагали к притоку посетителей. Волей‑неволей, белке пришлось полностью стянуть шортики, и выпрямиться, скрестив лапки внизу живота.
Странное дело. Хоть я и видел не раз ее голую попку, но сейчас ощутил нереальное возбуждение, глядя на ее лапки, закрывавшее запретное место. В уголках глаз покрасневшей белки стояли слезы, но она стойко держалась, стараясь сохранить лицо. Во имя Рода, ага.
– Ричард! – пискнула Мирана. – А зачем вы приказали ей раздеться? Я не пойму вашего замысла.
– Смотри внимательно, Мирана! – отчеканил я, не сводя взгляда с пальчиков белки, между которых просвечивали кустики рыжеватой шерстки. – Что ты видишь?
– Э‑э‑э, голую девушку? – пролепетала сбитая с толку кошка.
Я вздохнул. Придется начинать с самого начала. Впрочем, так даже интереснее.
– Нет, Мирана! – пафосно произнес я, подходя к белке. – Ты видишь не просто обнаженную девушку. Перед тобой непаханое поле будущей работы и безбрежный океан фантазий.
– О чем вы? – пискнула кошечка, пряча лицо между лапок. – Я…я совсем не такая…
– Не о том думаешь, – победоносно усмехнулся я. – Разве вы, девушки, никогда не думали о том, как неудобно целый день ходить в неудобных штанах?! Разве у вас никогда не возникало чувства дискомфорта от ношения грубой ткани, от трения в мягких местах?
– Это так, мастер, – подтвердила Лала, на мгновение, забыв про наготу. Тема так заинтересовала ее, что она даже убрала одну руку, но, спохватившись, тут же вернула ее на место. Ну‑ну, еще пара минут, и ты будешь голой бегать по магазину, или я не Избранный.
– Но ведь мы используем мягкий шелк, который пришиваем к броне изнутри, а также подвесные тряпочки, которые ежедневно стираем, – пробормотала кошка. Очевидно, ей было немного неудобно обсуждать со мной подобную тему.
– А вот теперь мы подходим к самой сути вопроса! – подняв палец, произнес я. – Сейчас представлю вам вещь, которую станет не просто необходимым элементом в гардеробе каждой девушки, но и самым продаваемым товаром в ассортименте одежды! А начнется все с тебя и твоего магазина, Мирана!
На этих словах, я вытащил из кармана небольшую тряпицу, в которой у меня были бережно завернуты самые настоящие шелковые женские трусики. Их сшили по заказу мастера‑рахнеры, так до конца и не осознавшие всю их ценность. Естественно, к Ритуалу, дарующему человеческий облик, многие из них все еще не были допущены. Шаманы досконально проверяли и перепроверяли процесс, стараясь минимизировать растрату маны и боль жертвы. Таким образом, мой спецзаказ остался в тайне, как и все права на него.
Я, правда, не знал размеры белки, но надеялся, что ее бедра не порвут образец. В любом случае попробовать стоило. Не раздевать же мне Мирану? Она тогда вообще в осадок выпадет. Эх, были бы здесь Асаги или Йоруичи…
– Что это‑о‑о‑о?! – одновременно вздохнули девушки, как загипнотизированные не сводя взглядов с полупрозрачного шелка.
– Это, мои дорогие, то, что изменит мир! – воздев белье над головой, прокричал я. – Позвольте представить вашему вниманию – женские трусики!
– О‑о‑о! – застонали зрительницы.
– А, все‑таки, для чего они? – спросила белка.
– А вот сейчас и узнаешь, – плотоядно облизнувшись, подошел к ней я с трусами наперевес. – Не сопротивляйся, не забывай, что пообещала стерпеть все, что я прикажу. Сядь на эту табуретку и подними ножки…
Через пару минут мучений, изумленных вздохов и моего сорванного голоса, белка крутилась перед огромным зеркалом, выпячивая попку, совершенно забыв про окружающих. Мирана носилась вокруг нее, едва дотрагиваясь до ткани пальчиками, вереща от восторга, а я сидел на полу, наслаждаясь зрелищем, и завершением первой, самой трудной части. Дальше все зависело уже не от меня. Но смотреть на попку белочки в обтягивающих шелковых трусиках было действительно очень приятно.
Тем не менее, мы с Мираной засиделись почти до самого вечера, споря до хрипоты над размерами, способом изготовки, сохранением секретности, рекламой, тратами и прочими нюансами. Бедная кошка была совершенно ошеломлена свалившимися на нее перспективами. А стоило мне упомянуть о том, что она будет единоличным производителем трусов, так бедная девушка вообще упала в обморок.
Как я и говорил, белка совершенно забыла, что бегает голой по залу. С великой неохотой расставшись с трусиками, она сначала прикрывалась, так как шорты я ей запретил натягивать обратно «для замеров и примерок», но уже через полчаса спокойно рассекала по магазину, гоняясь за Мираной, которая периодически наматывала на нее куски ткани, что‑то черкала в блокнотике и умоляла белку не вертеться.
– …Отверстие сзади! А ведь они у всех разные! – почти кричала кошка мне в лицо, доказывая, что у разных рас толщина хвостиков сильно отличается.
– Согласен! – кивнул я. – Тебе придется сильно потрудиться. Только представь, как заходят в магазин Драконидка, Миносска и некотянка и спрашивают у тебя трусики для их особенных попок. А ты им показываешь специальные модели, подходящие для каждой из них индивидуально! А расцветки? Узоры? Толщина ткани?
Глаза кошки разгорались с каждым моим словом. Увидев, что семена моей речи попали на плодородную почву, я решил откланяться. Уже стоя в дверях с белкой, натянувшей шортики, я обернулся к прощавшейся с нами кошке, погрузившейся в мечты и планы, и ехидно добавил:
– А я ведь ничего не сказал про другие элементы одежды для девушек!
И глядя на изменившееся лицо Мираны, выкаченные глаза и открывшийся рот, так же ехидно добавил:
– Благодаря ним, можно визуально увеличить и приподнять грудь. А также защититься от неприятностей в критические дни!
Дверь захлопнулась, и мы с белкой вышли наружу. Вечерело, но странное дело, почти никого на улице не было.
– Странно, – задумался я. – Куда все делись? Обычно в такое время пройти спокойно не дадут.
* * *
… Мирана еще долго стояла, пялясь на закрытую дверь. В ее крохотной головке царил настоящий хаос, в котором уже практически независимо от хозяйки началось строгое разграничение мыслей.
– Трусики… Прочая одежда… поддерживает грудь… критические дни!
Поняв, что еще немного, и ее голова взорвется от переполнявшей ее информации, Мирана зарычала от возбуждения и бросилась к столу с набросками и вырезками. Резко затормозив перед ним, она благоговейным взором уставилась на «забытые» Избранным трусики, аккуратно придавленные мешочком с золотыми монетами.
– Да что ты со мной творишь, Ричард?! – выдохнула кошка, плюхаясь на табуретку…
* * *
… Между тем, мы шли по пустынной улице по направлению к торговым рядам. Я оглядывался по сторонам, не узнавая когда‑то оживленный город. Время было как раз для вечерних прогулок, и обычно в этом квартале было не продохнуть как от местных, так и от переселенцев. А сейчас на улице не было почти никого, кроме спешащих домой торговок, которые при виде нас ускоряли ход, или даже сворачивали в проулок, словно пытаясь избежать встречи со мной.
– Ты ничего не хочешь мне сказать, Лалатина? – спросил я белку, чувствуя, что этой пройдохе наверняка известна разгадка таинственного исчезновения граждан.
– О чем вы, лорд? – неестественно фальшивым тоном осведомилась белка, активно что‑то высматривая на всех домах, которые мы проходили.
– Я имею в виду, куда все исчезли? Не валяй дурака, я же вижу, что тебе что‑то известно! – попробовал я надавить на нее. Результат тут же проявился, но весьма странным образом. Во‑первых, белка явно нашла, что искала, перестав крутиться, и прикипев глазами к одной из близлежащих новостроек. Во‑вторых, она подбежала ко мне, схватила за локоть, и, слегка прижавшись, заглянула в глаза:
– Рич, я все‑все расскажу тебе, но давай сначала зайдем вон туда. Клянусь, я все тебе расскажу. Поверь, так будет лучше для нас обоих!