Ошибки богов. Тетралогия (СИ)

Но он не атаковал, превосходно понимая свое преимущество. Наклонившись ко мне так близко, что я мог пересчитать выщербины на его пирамиде, он произнес:
– Смотри же, Избранный лживыми богами. Я покажу тебе историю. Покажу, с чего все началось…
И обхватил мою голову обеими руками. Мир померк вокруг… и взорвался чередой вспышек! Странные видения замелькали в моем разгоряченном разуме, сливаясь друг с другом, словно в фантастически ускоренной съемке. Совсем как недавно при контакте с эльфийкой. Но я успел уловить главное…
…Земля за секунду до начала Войны. Многочисленный звездный флот, атакующий поверхность планеты. Мирные цветущие города освещаются страшными вспышками, похожими на ядерный удар, но без радиации, которые мгновенно стирают их с лица земли. Жалкие остатки человечества объединяются вместе с прочими расами в Сопротивление, конструируя биодоспехи и используя последние технологии в едином порыве противостоять нашествию Тьмы. Среди повстанцев выделяется юноша с длинными развевающимися на ветру черными как смоль волосами. С горящим взглядом он бросается навстречу лидеру фанатиков, стремительно уничтожая его охрану и приспешников. Но в короткой схватке юноша погибает, ценой жизни прикрывая союзников, которые успели нанести смертельный удар по Сердцу Хаоса…
Странно, но картины, пронесшиеся в голове, вызвали у меня только стыд. Казалось, голоса предков, отдавших свои жизни в той Войне, взывают ко мне через толщу веков. Лицо юноши с горящими глазами предстало перед моим мысленным взглядом. Он словно оценивающе посмотрел на меня и отвернулся, как бы не желая признавать столь беспомощного потомка…
– Не много ли ты на себя берешь?! – прошипел я, сбрасывая с себя металлические лапы доспеха. Тот отшатнулся, словно не веря услышанному.
– Лава кипит в наших венах! – заорал я, чувствуя, как тело наливается веселой яростью берсерка. – Мой клинок пронзит небеса!
Вытянув перед собой кинжал правой рукой, я провел пальцами левой по его лезвию, орошая его своей собственной кровью.
– «Помоги дружище!» – взмолился я. – «Теперь от нас с тобой зависит исход не только этого боя! Весь мир зависит от нас с тобой!»
Словно услышав меня (а может, и в самом деле услышав?!), клинок сверкнул и вдруг засветился, вытягивая лезвие, превращаясь в полуторный полноценный меч. Конусовидная рукоять слабо мигнула. По спирали побежала еле заметная глазу радужная нить.
– «Вот это да!» – восхитился я, в то время как Пирамидоголовый также молча созерцал удивительную трансформацию кинжала.
– Это чужая технология, хуманс! – прогудел вдруг он. – Как ты смог подчинить ее? Впрочем, не важно. Ты все равно не успеешь ей воспользоваться.
Он прыгнул вперед, с неожиданной легкостью взмахивая огромным двуручным мечом. Только благодаря тренировкам и собственной реакции я умудрился отбить его выпад. Мой обновленный меч столкнулся, зазвенев, с его сталью, источавшей тьму. Но отбил! Хотя у меня руки заныли от удара, нанесенного со столь чудовищной силой. Воин Тьмы без устали махал огромным клеймором, стремясь зажать меня в угол и прикончить. Лишь благодаря великолепному металлу моего оружия, тренировкам и ловкости мне чудом ускользать от смертоносных выпадов. Контратаковать у меня не получалось, – живой доспех не давал ни единого шанса на это. Мало‑помалу, я стал выдыхаться. Отбив очередной удар, я заметил, как радужная спиралька на рукояти меча потускнела и медленно стала гаснуть.
Это привело меня в дикую, неописуемую ярость
– Да за кого ты меня держишь?! – заорал я, отбивая еще один выпад бронированной куклы и ныряя под его руку. – Я – Избранный! Паладин Господа! Свет да победит Тьму!
Подпрыгнув, я пробежался прямо по его огромной руке и вонзил меч прямо в единственную щель в его пирамидной башке! Раздался дикий вопль и гигант упал на колени, выронив меч.
– Не‑е‑е‑ет! – раздался звериный рык. – Как ты мо‑о‑ог? Как тебе это удало‑о‑о…А‑ха‑ха‑ха!
Стон внезапно перешел в хохот. Ничего не понимая, я посмотрел вниз, чтобы увидеть, как гигант свободной рукой всаживает в меня узкий тонкий кинжал!
 
Острое лезвие с противным треском распарываемой ткани вошло в мой живот, словно в масло, практически не встретив никакого сопротивления на своем пути! Меня пронзила резкая дикая боль! С криком выронив меч, я упал на землю, а гигант снова дико захохотал, вставая на ноги.
– Ха‑ха‑ха! Ты думал, что развоплотишь меня этим ножиком, жалкий хуманс?! – закричал он, вытаскивая левой рукой мой меч из смотровой щели и бросая его наземь возле меня. – Твои боги ошиблись! Ты – не Избранный! Ты всего лишь мусор! Жалкое отребье! Даже твой предок доставил мне больше радости в бою…
Слова гиганта затихали. Одной рукой я сжал теплую рукоять меча, которым сражался в последние минуты боя. Боли почти не было. Тело холодело. Исцеление не работало…
Гигант подошел ближе, таща за собой двуручник, чтобы прикончить меня…
– Та‑дам‑там‑та‑дам! – вдруг простучало затихающее сердце. – Та‑дам‑там‑та‑дам! – вновь повторился стук. В руке, сжимающей рукоять меча, что‑то запульсировало в том же ритме. – Та‑дам‑там‑та‑дам! – простучало в рукояти.
Разжав кулак, я скосил глаза мигавший конус. Спиралька весело подмигивала мне, словно и не собираясь сдаваться. Я попытался вздохнуть, но легкие уже не желали отзываться на мою просьбу. Перед полуопущенными веками в короткий миг пролетели все мои приключения, новые друзья, мои подвиги и потери, улыбки подруг, их надежды, просьбы, желания… Потом все исчезло, осталась лишь наступающая Тьма…
И голос…. Сначала он был похож на комариный писк, но постепенно усилился, словно я лежал в наушниках, на которые кто‑то медленно поднимал громкость.
– «Не все потеряно, Сын мой! Борись, ибо дана тебе Сила! Превозмогай, ибо способен ты! Проснись, ибо спишь ты! Проснись… Проснись. Проснись же!!!»
Дико заорав, я открыл глаза! Неизвестно откуда, но я понял, что делать! Из последних сил я выдернул кинжал врага, и, схватив снова меч, воткнул его рукоятью себе в грудь, прямо в свежую рану и повернул, словно включая зажигание!
ТА‑ДАМ‑ТАМ‑ТА‑ДАМ!!!
Арену осветила слепящая вспышка, и яростный порыв ветра отбросил в сторону горы песка и камней. Даже живой доспех против своей воли отошел на несколько шагов, прикрывая смотровую щель от поднявшейся песчаной бури! Когда пыль осела, то зрителям и приспешнику Тьмы предстал Избранный.
Но нет! Это был уже не он! Его тело облепил песок и камни, превратив его в некое подобие гигантского голема. Впрочем, замурованный в нем парень не возражал. Он поднял руки‑рельсы, превращенные в некие подобия конусов, один в один похожих на ту, что вылезала из рукояти его меча и молча бросился в бой!
Пирамидоголовый попытался вскинуть меч, но ужасающий напор голема просто отбросил его, подобно тому, как игрок бейсбола отбивает мяч! Доспех пролетел через всю арену, сшибая устоявшие каменные столбы руин, и впечатался в стену, поднимая тучу пыли и песка!
Впрочем, его это мало смутило. Поднявшись, он отбросил меч в сторону и поднял руки вверх. Металлические перчатки потекли, словно расплавленный металл превращаясь в точно такие же буры, как у превращенного Избранного.
– Ты овладел чужой технологией! – проскрипел он молчащему противнику. – Вот только ее создатель – я!
И они бросились навстречу друг другу, сшибаясь вновь и вновь. Их конусовидные буры с диким скрежетом ломались друг о друга, мгновенно заменяясь новыми. Наконец, после особенного сильных ударов, соперники разлетелись в стороны, постояли на месте пару секунд, собираясь с силами и вновь с огромной скоростью пошли на сближение!..
 
…После того, как я вонзил меч себе в грудь, то словно пребывал в каком‑то полусне. Но, вдруг, увидел себя словно со стороны, одновременно понимая, что голем – это я и есть! Осознавая, что эта атака – последняя, что нет больше сил, и придется действовать на максимум, я вскинул руки‑буры в последнем усилии решить все здесь и сейчас!