Я сама призову себе принца! (СИ)

— Когда ты очутилась на нашей планете, Альтере, Надежда?
Этот вопрос меня не застал врасплох. И я ответила без раздумий и колебаний:
— Чуть меньше месяца назад. Точно не скажу, надо считать дни…
— Точно и не требуется. А позволь ещё вот что уточнить: когда ты произнесла те слова, что хочешь любви?
— Ну-у… полагаю, в тот же день, ну или на следующий, как мне кажется. Я… я умерла в своем мире, и это моё последнее желание, что я не смогла сама исполнить. И, смотря на небо, я, та, что никогда не верила в высшие силы, загадала это желание — влюбиться. Это последнее, что я помню перед тем, как очнуться уже здесь…
Говорить правду, открывать душу ему было так легко, приятно. А весь тот груз, что каждую секунду давил на меня, прижимая к земле, и сдавливал легкие, исчезал. И с каждым произнесенным словом очередной вдох становился всё легче, на душе — спокойнее, и даже мир вокруг — ярче.
— Понятно, — протянул мужчина, не удивившись, и вместо того, как я до этого боялась, чтобы оттолкнуть, наоборот, крепче прижал меня к себе. — Главное то, что я произнес те слова десять лет назад, а ты — всего месяц. Вот отсюда и… то, что я долго не мог понять, что же происходит. Потому как и забыл про ту свою мимолетную слабость. И сразу не смог связать тебя и посланницу из пророчества Эли’Эйр. Надо сказать, впервые я оказался так слеп, но… — он тихонько рассмеялся. — Но, с другой стороны, разглядеть в тебе посланницу самого Солнца в тот день было довольно сложно, только, прошу, не обижайся.
— Даже и не думала, — уголки моих губ невольно приподнялись, когда я вспомнила нашу встречу, представляя, как тогда выглядела со стороны, и, приподняв голову, одарила мужчину нежной улыбкой. Отчего его смех сразу оборвался. Я почувствовала, как напряглись мышцы его тела, а в вишневых глазах завертелся золотой калейдоскоп, завораживая.
Тряхнув головой, Дарахар отвернулся и произнес тягучим, немного осипшим голосом:
— Давай я расскажу, что происходило с того момента, как мы встретились. И я выполню полностью своё обещание — расскажу тебе всё… В тот вечер я присутствовал на балу у Гохόра Третьего. Очередное скучное мероприятие с унылыми гостями и «важными» беседами. Помню, я подумал о том, чтобы такое придумать, дабы сбежать побыстрее оттуда. Вышел на улицу, подышать воздухом… И сердце дракона, что я всегда ощущал, буквально рвануло вперед, лишая дыхания, возможности мыслить, заставляя меня переместиться. Туда, откуда доносился твой «зов». Какого же было моё удивление, когда я оказался в глухом лесу, посреди бушующей грозы. А рядом со мной копошилось что-то мокрое, измазанное в грязи, ветках и листьях. При этом ещё и создавалось впечатление, что ты разговаривать не умеешь — какой-то набор букв и звуков вперемешку с кряхтением и стонами. Я и подумал, что ты…
— Чудище лесное? — услужливо подсказала я, хитро прищурившись, и мужчина, вновь осмелившись посмотреть на меня, ответил со вздохом:
— На самом деле, в первый момент — за ведьму. Потом я решил, что гадать не буду. Ты была слишком необычной. Поэтому решил тебя отмыть. Но и это не помогло, плюс задерживаться надолго я не мог: Гохор должен был выступать перед собравшимися, и мне необходимо было узнать, что он скажет, дабы в случае чего сгладить острые углы перед его гостем.
— И ты, окатив меня водой, полапав зачем-то напоследок, исчез…
— Прости, моя принцесса, каждый раз, когда я тебя… как ты выразилась, «лапал», было не просто так. Я ощущал странные отклики внутри себя, когда твои эмоции выходили из-под контроля.
— Получается, таким образом ты меня… тестировал?
— Да, — Дарахар, немного смутившись, даже отвел взор, — но и щупать все твои округлости было чрезвычайно соблазнительно, и я просто не мог удержаться. Потому как зверь внутри… желал тебя, даже когда ты вся была с ног до головы в грязи, а лица было не разобрать…
— Двойная выгода! — я хмыкнула.
— Да, — вновь честно сознался мужчина. — И, вернувшись домой после бала, я сразу отправил Раха в ту сторону, где видел подобную растительность. Желая найти тебя и узнать: кто ты, откуда, как смогла позвать меня. Второй твой «зов» вновь не оставил мне выбора — благо, я был ещё дома. И вновь ты была вся в чем-то измазана. Бормотала что-то странное. Однако твой цвет волос… я понял, что теперь уж точно найду тебя.
 
— Но ты вновь не мог задержаться. И удержаться.
— Верно. Мне захотелось ощутить то, что у тебя бурлит внутри и на что отзывается дракон. А ещё в тот день я осознал, что, когда ты пугаешься, я сразу перемещаюсь к тебе. Поэтому, думая, что тебе ничего не угрожает, а ты просто бродишь по округе, исследуешь что-то, ведь лес был всё тот же, оставил тебя…
— А! Ты думал, что я вокруг дома своего брожу?
— Догадаться, что ты от кого-то бежишь, я не мог! Логично полагал, что ты кто-то вроде исследовательницы. Изучаешь флору, фауну… Грибы всякие, — и вновь слово «грибы» заставило меня нервно вздрогнуть. Вот уж не скоро я теперь решусь отведать это блюдо и думать о нем без содрогания. — Только когда ты призвала меня третий раз, понял, где ты находишься, и догадался, куда ты направляешься. Рах был уже неподалеку. Рядом — столица, до которой ты должна была добраться через пару часов. И я оставил наш разговор до утра.
— Однако утром я сама призвала тебя, достав из постели с двумя красотками, — мой голос на последних двух словах засочился ядом и неприкрытым недовольством. А ревность сильно полоснула сердце, отчего то болезненно сжалось.
— Эли’Ви! — выдохнул Дарахар, обняв меня двумя руками и заглянув в глаза. — Я не был с ними!
— Ты мужчина… взрослый. Это естественно, что в этом такого, — я постаралась произнести это спокойным, отрешенным голосом, чтобы убедить его, что он не совершил ничего ужасного, но вышло у меня это на редкость плохо. Я слишком сильно ревновала его. Хотя сама не произнесла в ответ на его признание, что люблю его. И в тот момент мы вообще не были никак связаны и даже имен друг друга не знали, и ни о какой верности и речи быть не могло.
— Да… естественно. Однако я говорил тебе, что я не мог забыть тебе ни на миг. Твой образ, твой голос постоянно крутились в моей голове. И не только дракон, но и я уже хотел… желал только тебя. И никого, кроме тебя.
— А те красотки, что демонстрировали тебе, как ты им люб? Они старались, а ты делал вид, что бревно? — произнеся это сочащимся ядом голосом, я едва сдержалась, чтобы не треснуть себя по лбу. Это было на меня совсем не похоже! Словно у меня какое-то раздвоение личности. И вторая личность, крайне несдержанная, взрывная, порой перехватывает управление надо мной, и я несу всякий бред… Неужели…
От внезапной мысли внутри всё налилось холодом.
А если Надин никуда не делась? Если я только временная обитательница этого тела и вскоре исчезну?! До этого путешествия я… наверное, я была бы только рада вернуть тело её владелице, а самой раствориться в небытие. Однако сейчас, когда я влюбилась и тот, кого я люблю, рядом и сам признался в любви… Я не могу… Я не хочу потерять всё это!
— Опять я ощущаю твой страх. И он куда сильнее того, что ты испытала, увидев Бахнамута, — голос Дарахара задрожал, а я оказалась в его крепких объятиях на коленях. — Ты страшишься, что я могу быть неверным? Я бы не признался тебе в своих чувствах, не веря, что отдаю свое сердце тебе раз и навсегда.
— Нет! — выпалила я, пряча голову у него на груди. — Не в этом дело… Просто… Давай ты сначала договоришь, а потом я расскажу о себе, и ты поймешь, что страшит меня.
— Хорошо, я постараюсь быстрее, тем более осталось и правда совсем немного. Тогда, когда ты беседовала со своей… подружкой, я уже понял, что ты та, о ком говорила Эли’Эйр. И что ты из другого мира. Но я не хотел связывать наши души, решив пойти вопреки пророчеству. Хотел избавиться от зова, от того, как ты на меня действуешь. Того, что дракон внутри беснуется, доставляя мне боль, однако из-за проклятия не может показаться. Но, несмотря на это, с другими женщинами я быть не мог, думая о тебе. И с теми девушками… у меня так ничего и не вышло. Да я и не пытался. И я с радостью, как только услышал твой зов, переместился к тебе…