Северянин. Трилогия (СИ)

А уж как взлетел Лестер! Уму непостижимо: королевский гвардеец! Это ж надо? Сидит себе во дворце, лапает фрейлин да служанок… Хотя нет, вот сейчас погнали с послом, виконтом Ле Груа, к нашему корольку…
Дитрих, как и все, кому довелось воевать за Шиал, испытывал, мягко говоря, презрение к Алгеду Второму, получившему прозвище Блаженный. Королек был труслив, слабохарактерен и, что уже давно перестало быть тайной для всего королевства, занимал трон лишь номинально. Страной правил Граф Войте – и вот уже о нем все ветераны отзывались крайне положительно. Граф поднялся из обычных дворян, смог занять свой нынешний пост главнокомандующего не благодаря протекции родственничков, а действительно благодаря собственному таланту полководца. Да и воином он был отменным: умелым, смелым, часто не боявшимся ходить по самой грани. Только благодаря ему маленькое королевство Шиал еще не оказалось захвачено более крупными и агрессивными соседями.
Чего уж говорить, сам Дитрих, выбравшись из мясорубки, которую назвали «Битвой Шести Королей», решивший раз и навсегда распрощаться со стезей наемника и осесть где‑то в роли стражника, решил податься именно в Шиал. И Шиал он выбрал как раз из‑за главнокомандующего. Были места, где платили больше, но Шиал благодаря графу Войте слыл местом тихим и спокойным. Бди себе на посту, и горя не знай. Ну, еще иногда приходится по лесам побегать, бандитские ватаги погонять. Или же забредших милостью Триликого дезертиров ловить… Но это скорее развлечение, чем обязанность. И денег за такое граф платит прилично, и от горожан почет да уважение, да и вообще – полезно иногда прогуляться. Не всю жизнь ведь за стенами Острога сидеть?
Дитрих не без труда поднялся и огляделся. Так…и где это он? Похоже, в хлеву. Ну что же ‒ это не худший из возможных вариантов. Бывало, что он и в церкви просыпался, и в придорожной канаве, в луже нечистот под стенами Редволла, и даже в свинарнике. Так что сухой, чистый и даже теплый хлев – вполне себе приличное место для того, чтобы в нем переночевал глубокоуважаемый жителями Острога сержант Дитрих Вильгельм Хаузер по кличке «Хорек», заместитель командующего обороной сего славного городишки.
Дитрих пошарил рукой в сене и практически сразу нашел рукоять своего «кошкодера». Это был короткий (чуть меньше метра длинной) меч, который он всегда таскал с собой как символ своего статуса. Ну и как дополнительное оружие (основное – пика, она была не всегда удобна, в таверну с ней, к примеру, не зайдешь).
Такое оружие имели все офицеры и сержанты наемных отрядов, которые смогли выдержать экзамен. Был он прост до безобразия – орудуя этим мечом, нужно было суметь «зацепить» меч противника и вырвать его из рук. В таком случае меч ты можешь носить по праву и даже сделать для него меховые ножны. У Дитриха такие были. Вот же, рядом с мечом лежат. И какого черта он вообще их снял, и зачем оружие вытаскивал? Нет, определенно, больше никогда он пить не будет.
С кряхтеньем Дитрих вылез из стога сена, поправил одежду, подвесил на пояс ножны и вернул в них меч.
Башка трещала так, будто по ней били. Но бывалый воин заставил себя выпрямиться и с гордым видом покинул амбар. Болезнь болезнью, а дело свое делать надо. Все же молодец, похвалил он сам себя – судя по всему, еще раннее утро, а он уже встал. Небось его собутыльники все еще храпят.
Дитрих гордо шел по улице, вышел на главную площадь, где застал всего несколько человек, бредущих по своим делам. А еще приметил несколько здоровенных жирных псов. Они вылезли на площадь, увалились на камни и подставили бока лучам солнца, которое сегодня было не по‑зимнему теплым.
Странная пора года – уже зима, а снега еще нет, еще довольно‑таки тепло. Но Дитрих не обманывался – очень скоро все изменится, снегопады будут идти непрестанно, холодный пронизывающий ветер лишь на сегодня взял выходной – скоро он вернется.
Прямо перед Дитрихом выскочила курица и нагло пошла впереди. Подобной наглости Дитрих выдержать не смог и одним быстрым и точным пинком отправил ее, заполошенно кудахчущую за ближайший забор.
 
Коровье мычание и ругательства пастуха, этих самых коров выгонявшего, заставили Дитриха внимательнее смотреть под ноги. Еще не хватало влезть в лепешку…
Он браво взбежал по лестнице, ведущей на стену. Там бдели трое стражников. Один прямо возле ворот, второй в центральной части и третий в башне у самых скал. Все трое несли службу, и довольный Дитрих поплелся к воротам.
Так то! И он с людьми хоть и строго, но справедливо, и люди дело свое знают, и никто не отлынивает, не дрыхнет на посту. Впрочем, он специально на сегодня поставил новичка на внутреннюю стену, что выходит к морю. Самое спокойное и тихое место. Уж если кто и решается подремать, то только там. Само место к этому располагает.
Дитрих начал спускаться с лестницы и внезапно, пошатнулся. Вот ведь…вчерашняя бражка все еще не выветрилась? Он постоял, опершись рукой о деревянный столб, перевел дух и двинулся дальше.
К слову, смешно сказать «на стену», ведь у Острога и стены‑то не было. Деревянный частокол и только. Вздумай кто брать этот городишко осадой, он бы и пары дней не продержался. Впрочем, какая осада? Появись тут войско неприятеля, и можно смело открывать ворота – обороняться они попросту не могли. Частокол служил скорее защитой от воров и грабителей, у которых не было другой возможности проникнуть в город, кроме как через ворота. А всю подобную публику бравые стражники Острога тут же разворачивали назад. Нечего пускать всякий сброд.
Даже взятки не помогали – стражники гордо отказывались от весьма щедрой взятки очередного вора, и тот, озадаченный случившимся (еще бы – как такое вообще возможно: стражник не берет взятки?), удивленный брел дальше по дороге.
А объяснялось это все просто: Острог – городок небольшой, и все друг друга знают. Укради кто чего – сразу подумают на чужака. И Дитриховы бойцы тут же его схватят, добро вернут. Да вот только, как говорит господин барон, прецедент появится. Не уберегли ведь добро? То, что все ворованное хозяину вернули – это так, пыль. Так ведь и должно быть. А в первую очередь Дитрих и остальные стражники должны препятствовать таким действиям, а не искать затем виновных. И барон в таких случаях попросту не выплачивал своим стражникам часть положенных денег.
Именно по этой причине стражник взятку и не брал – возьмет, и тут же вечером получит по морде от остальных. Вор ведь и есть вор. В город он понятно, за чем лезет. И что толку, что заплатит он за проход лично тебе? По морде тоже от товарищей получать только тебе, да и затем вор обязательно что‑то утянет. Начнется разбирательства, поиск виновного, ну и как итог – часть положенного жалования барон зажмет. Так стоит ли того взятка в несколько серебряных монет, или тем более медных? Не‑а.
Другое дело, когда идут праздники, когда толпы паломников прут к Ладони бога. Тогда в городе появляется столько чужаков, что пропустить очередного злодея за небольшое вознаграждение можно – все равно где‑то что‑то да произойдет. За всеми не уследишь…
Впрочем, разве даром Дитрих стал сержантом? У него была и «внутренняя разведка» в лице местных мальчишек, которые за пару мелких монет с удовольствием следили и ходили по пятам за чужаком. А уж если заметят за ним чего‑то такое…то тут же бежали к Дитриху докладывать. И не зря – сколько раз было, что господин сержант давал им за принесенную информацию пяток медных монет? А были случаи, что и целую серебряную монету жаловал! А это ух, какие деньжища! Причем не только для пацанов, но и для многих горожан.
 
Острог и его жители не бедствовали, но все же назвать город богатым было нельзя. Деньги здесь предпочитали прятать на черный день, а покупки и торговые операции проходили по бартерной схеме. Ну а чего? Намного удобнее, и деньги таскать с собой не надо…
– А, Моргуловы твари! – чертыхнулся Дитрих, зацепившийся за одну из лежавших на солнце собак.
В принципе, он был незлобив, и прошел бы мимо. Вот только пес почему‑то оскорбился и зарычал на сержанта. За что и получил ногой в бок, заскулил и тут же рванул в ближайшую подворотню.