(Не) влюбляйся (СИ)
Злата часто дышит и оглядывается — мужиков и след простыл. Да и куда им нас догнать?
— Успокоилась? — нарушаю повисшую в салоне тишину. Скашиваю на девчонку взгляд и тотчас возвращаю внимание к дороге.
— Да. Спасибо вам… Тебе. Может, на ты перейдем? Тебя как зовут?
— Никита. Слушай, Злата, давай я сразу обозначу границы? Я тебя довезу… Куда там тебе надо? И на этом наше общение закончится.
— А что так? — ухмыляется девчонка, обнажая белые как жемчужины зубы. На ее щеках тотчас выделяются ямочки, а мне хочется прибить себя за излишнюю внимательность.
— А… Вот так, — отмахиваюсь я.
Смотрю на дорогу, но кожей чувствую, что Злата пялится на меня. Неужели, понравился? Или…
— Никита, а ты заработать не хочешь? — певуче протягивает она. — Я хорошо заплачу. Очень хорошо, — добавляет с придыханием.
Заманчиво, что тут скажешь? Деньги мне вправду нужны, но работать на Белоцерковскую? Что эта малявка может предложить?
— Предупреждаю сразу — противозаконными вещами я не занимаюсь.
— Нет, нет, не волнуйся, — тараторит Злата. — Просто… Мне нужен парень. Вот такой, как ты, — она окидывает меня снисходительным, жалостливым взглядом.
— Ты предлагаешь мне встречаться? Я правильно понял? Я не мальчик по вызову, Злата, хоть и езжу на недорогой старой машине.
— Давай я объясню подробнее, — деловито протягивает Злата. — Отец грозится отправить меня в закрытый пансионат в Лондоне. Ему не нравятся мои увлечения, подруги, друзья. Мои книги, музыка, что я слушаю… В общем, все. Видимо, он просто не любит меня. И его надежд я не оправдываю. Такие вот, Никита, дела, — со вздохом добавляет она, устремляя взгляд в окно — горы остались позади, а впереди простирается синее спокойное море. Очевидно, Злата собирается излить душу, а выполнять роль жилетки в мои планы не входит. Тем более для избалованной мажорки…
— Злата, зачем ты все это мне рассказываешь? Мне кажется, для подобных откровенных разговоров есть подруги.
Притормаживаю на светофоре, загоревшимся красным светом, и перевожу взгляд на девчонку, вновь ругая себя за обостренную восприимчивость. Я мгновенно впитываю в себя… Всё! Ее ямочки, длинные русые пряди, карие большие глаза, дорогущий белый костюм, аромат трав и цитрусовых… Надо скорее ее высадить к чертовой матери и забыть нашу встречу, как страшный сон.
— Отец сказал, что отступится от своего решения, если я предъявлю ему парня, — чеканит она. — По его мнению только серьезным отношениям под силу вытравить из моей головы всякие глупости.
— Так в чем проблема? Наверняка в твоем круге найдутся подходящие парни? Попроси кого-то и…
— Отец знает всех моих приятелей, вот в чем дело. И не считает их достойными. Он отзывается о них, как об инфантильных сосунках, тратящих родительские деньги. Мне нужен… — Злата снова бросает на меня небрежный взгляд. — Такой парень, как ты — обычный. Ну… Бедняк.
— Так папа хочет тебя выдать за… простого скромного парня? Такого, как я? — отвечаю, надевая на лицо маску равнодушия. Бедняк, нищий, недостойный — отчего-то, меня до боли ранят ее слова.
— Не обольщайся, мальчик. Твоя задача просто мне подыграть, — она презрительно поджимает пухлые губы. — Мы… Разные. Другие планеты, Вселенные, море и воздух, лед и пламя. Я выйду замуж за парня из своего круга. А ты… Просто инструмент для достижения цели. Отец будет в ярости, узнав, что мой парень — нищеброд. Ну а что — хотел «нормального» парня, пусть получит, — Злата вырисовывает в воздухе кавычки.
— Не перечисляй, Злата. Я тебя понял, — отвечаю нарочито спокойно, словно мне плевать. — Тогда можно не бояться.
— Чего? — фыркает она.
— Что ты в меня влюбишься.
— Вот еще! — фыркает она, отвернувшись к окну. — Кто ты такой, чтобы в тебя влюблялась такая девчонка, как я? Глупости какие… Надо же такое выдумать. Да ты сам в меня…
— Ну уж нет, — мотаю головой, сворачивая на проспект Гагарина. Я ведь так и не спросил, куда ее везти? По-хорошему, Злату надо высадить на ближайшей остановке и проветрить салон от ее раздражающего и до ужаса приятного запаха. — Я никогда не влюблюсь в такую, как ты.
— Какую? — она вскидывает бровь и лениво улыбается. Накручивает на палец длинную светло-русую прядь. Ждет ответа. Неужели, девчонке, правда важно мое мнение?
— Избалованную циничную мажорку, — отвечаю, посмотрев на нее. — Надеюсь, ты не обиделась? Потому что на правду не обижаются. На этом разговор окончен, Злата? Давай я высажу тебя на…
— Постой, Никита, прошу тебя, — нервно сглатывает она. — Это даже хорошо. Мне подходит. Меньше всего я хочу, чтобы ко мне кто-то клеился. У нас могут сложиться деловые отношения: ты мне услугу, я тебе деньги.
— Глупость какая-то, — качаю головой, чувствуя, как в душу закрадывается раздражение. Сначала Белоцерковский, потом его дочурка… Пожалуй, многовато событий для одного дня. — И что мне нужно сделать?
— Сыграть моего парня. Пару раз прийти к нам в гости, познакомиться с папой. Изобразить пылкую влюбленность… Понимаю, это будет сложно, но ты можешь представить на моем месте скромную милую девушку, не такую, как я, — спокойно, даже равнодушно добавляет Злата. — Две тысячи долларов тебя устроят? Мы повстречаемся совсем недолго — месяц-полтора…
Что? Я пашу как вол за копейки, а тут… Черт, я ведь могу решить все мои проблемы? Всего-то надо подыграть капризной девчонке. В голове кружатся беспокойные мысли. Порхают, как глупые, радующиеся свету мотыльки. «Давай, Ник, соглашайся, лети на манящий свет легких денег», — шепчут они.
— А вдруг ты меня обманешь? — сворачиваю к центральному парку и паркуюсь на площадке перед входом. Сейчас Злата усмехнется, скажет, что пошутила, а я отвезу ее к месту назначения и поеду к Шариповым, позабыв нашу встречу, как страшный сон…
— Деньги я заплачу вперед. Согласись, с моей стороны это риск, ведь ты тоже можешь меня обмануть? Давай я попрошу юриста составить соглашение? Как ты на это смотришь? Могу дать тебе задаток или…
— Злата, мне надо подумать. Предложение заманчивое, но твой отец тоже не дурак — он вмиг раскроет твою детскую хитрость.
— Никита, отвези меня к Дворцу Металлургов, пожалуйста, — просит Злата. — И давай обменяемся телефонами? Надеюсь, что ты согласишься, потому что… Ох, Никита, два года назад я была в закрытой школе для девочек, и это ужасно… Не хотелось бы попасть туда вновь. Надеюсь, ты все же позвонишь мне и согласишься. Мамы у меня нет, поэтому…
— Я подумаю, — мямлю в ответ, понимая, что уже согласился…
Глава 2
Злата
— И думать забудь, дочка! — от папиного дребезжащего голоса хочется поморщиться или закрыть уши.
Опять двадцать пять… Я столько раз это слушала, что все его слова выучила наизусть. Сейчас он припомнит мать, обзовет ее крепким словцом, скажет, что я иду по ее стопам и… В общем, снова напомнит мне о надежном парне. И это все сейчас — на праздновании его юбилея. Не понимаю, неужели нельзя подождать? И что его так взбесило? Вспомнила! Вопрос папиного коллеги о моих планах и увлечениях.
Важный дядечка приспустил очки и протянул, изображая участие:
«— А чем вы интересуетесь, Златочка? Что любите? И как проводите время?»
Ну я и ответила, что танцую… Я обожаю бальные танцы. И петь люблю… А почему я должна молчать об этом? Я творческая личность, как мама и бабушка. И не стесняюсь этого, потому не скрываю. Только для папы мое признание сработало, как пусковой механизм.
— Я отправлю тебя в Лондон! Или лучше в Чехию. Нет! В Швейцарию, там дисциплина лучше! Танцует она! Поет! Все твои друзья идиоты, подруги — глупые пустышки, а ты сама… Ты шагу не ступишь самостоятельно, ты не приспособлена к жизни, витаешь в облаках. Я умереть не могу спокойно, зная, что у тебя никого нет! — орал он, а я наблюдала за нервно бьющейся на его шее жилке. — Я спать спокойно не могу, пока ты болтаешься где-то… И кто такую полюбит? Свиристелку…
Мне сложно понять папу. Вот честно… Я нормальная девушка, но в его глазах — гулящее чудовище, которое каждый день ходит по краю пропасти. И все потому, что я не сижу дома за вязанием, а состою в танцевальной группе и люблю гонять на мотоцикле. Разгульная и пропащая — вот его мнение обо мне. И он все уши прожужжал мне о парне! Надеется, что тот сможет посадить меня под замок и заставить варить борщи! Ха! Мне срочно нужен парень. Только где его найти, если всех моих приятелей отец знает?