Другая сказка про Золушку (СИ)

  
Глава 11
 
Первое мое желание – сигануть в воду, но, боюсь, после насыщенного дня у меня не хватит сил выплыть. Поспешно вскочив, я склонила голову и присела в глубоком реверансе, про себя радуясь, что принцу не видно мое лицо. Порезанную ступню обожгло болью, и я поморщилась, но продолжала стоять, не смея даже вздохнуть. Вернувшийся ветерок коснулся мокрых щек, окончательно растрепал волосы и донес до меня незримое, но буквально разлитое в воздухе напряжение. Вряд ли Его Высочество ожидал встретить кого-то здесь в столь поздний час. И уж точно он не рад этой встрече, потому что я буквально кожей чувствую его недовольство. И мне крупно повезет, если прислуге вообще дозволено находиться в королевском саду. Если же нет, то мне лучше убраться как можно скорее.
Не поднимая головы, я попыталась прошмыгнуть мимо принца, обогнув его по широкой дуге.
– Ты забыла, – его голос прозвучал у меня практически над ухом, и я вздрогнула всем телом, не ожидая вообще услышать его. Поспешно подняла голову и, проследив за взглядом наследного Артаура, едва не хлопнула себя рукой по лбу. Башмаки. И мокрый фартук.
И как его понимать? Я должна вернуться и забрать свое барахло? Ну конечно, должна. Может, Его Высочество желает посидеть на берегу, а тут старая вонючая обувь по соседству. Представив на его месте графиню Милтон, я ужаснулась. Мачеха за такое точно бы выпорола.
Стиснув зубы, побежала обратно, стараясь не наступать на порезанную ногу. Не получилось. И, подхватив свои вещи, я так и осталась стоять, остановленная очередным негромким вопросом принца.
– Что с ногой? – поинтересовался он.
Я замерла, судорожно ища правдоподобный ответ. Но паника плохо влияет на мои умственные способности.
– Порезалась, – призналась я честно. – Это мой первый день во дворце.
И последний. Чувствую, вылечу отсюда прямо сейчас, как пробка из бутылки игристого вина. И это в лучшем случае.
Не услышав ответа, я неуверенно взглянула на принца. Он стоял, не приблизившись ни на шаг, и прожигал меня чуть насмешливым, с долей презрения, взглядом. Переодеться после бала он, видимо, не успел, только снял камзол и остался в одной свободной черной рубашке. Несколько верхних пуговиц были расстегнуты. И я бы восхитилась внушительным разворотом плеч и притягивающим взгляд треугольником загорелой кожи, если бы не была так напугана. И сбита с толку. Он принц. Зачем он тратит свои слова и свое время на служанку? Это какая-то игра?
К моему сожалению, принц Кристиан слишком сообразителен и наблюдателен, и права на ошибку у меня нет. Нельзя выдать себя ни голосом, ни движением. Узнать меня он, конечно, не сможет. Очень сомневаюсь, что взгляд на грязную горничную в мятом платье вызовет в голове наследного Артаура воспоминание о незнакомке с бала, однако чем Тьма не шутит. Передо мной боевой маг, ему не обязательно видеть мое лицо, достаточно ауры. Отведя взгляд, я судорожно соображала, как бы улизнуть. Вся моя смелость и злость исчезли под пристальным взглядом синих, как сумеречное небо, глаз. Остался лишь панический страх, что мой обман будет раскрыт. И пусть я вовсе не горничная, а дочь барона Кристоффа, это не поможет мне избежать сурового наказания. А если еще убийство вскроется… И очень надеюсь, Его Высочество не любитель потискать служанок, иначе все может закончиться крайне плачевно. В лучшем случае я лишусь невинности, а в худшем, и эта тенденция меня уже пугает, королевство лишится наследника.
– Покажи, – голос принца заставил меня вздрогнуть. Может, послышалось? Нет, не похоже, потому что Его Высочество двумя стремительными шагами преодолел разделяющее нас расстояние.
– Ваше Высочество? – для достоверности бы еще начать заикаться, но я не настолько хорошая актриса. Хватит и моего тихого, дрожащего голоса. Не дождавшись чего-то более внятного, Кристиан Артаур подхватил меня на руки и усадил на траву так быстро, что я не успела даже пикнуть. Усевшись рядом, он схватил меня за ногу и уложил ее к себе на колени, безошибочно определив, где именно находился порез. Я лишь сдавленно охнула, когда увидела эту картину: моя босая мокрая ступня на безупречной ладони наследного принца.
 
Похоже, королевского наследника это ничуть не смутило. Тихий щелчок пальцами, и над головой принца взмыл магический светлячок, осветив берег озера. Осмотрев мою ногу, Его Высочество взглянул на меня с сожалением.
– Будет больно, – предупредил он. Я кивнула, все еще находясь в ступоре от происходящего. Тьма милосердная, кто бы мог подумать? Ступню обожгло болью, когда он пальцами соединил края раны, но я стиснула зубы и не издала ни звука. Терпимо. По сравнению с тем, что мне устраивала мачеха, это комариный укус. Ладонь принца внезапно показалась нестерпимо горячей, и в следующую секунду в ногу хлынуло тепло, кожу закололо. Я от неожиданности вздрогнула, но принц держал крепко, не оставив и шанса вырваться на свободу. Странно, я думала, боевые маги не умеют исцелять. У них несколько иная задача – убивать много и быстро.
– Голова не кружится? – наследный Артаур посмотрел мне в глаза. Вид у него был донельзя хмурый и сосредоточенный.
Я прислушалась к себе и отрицательно качнула головой. Хмыкнув, принц вытащил из-за ворота амулет с матовым синим камнем и провел им над раной. Ногу обдало холодом, но этим все и ограничилось. Его Высочество помрачнел еще больше.
– Странно, – пробормотал он тихо, и я вновь почувствовала поток исцеляющей магии. На висках принца выступила испарина, глаза заблестели, а я начала всерьез беспокоиться. Может, целительство – не его сильная сторона? Боль в ноге усилилась, и я поерзала, пытаясь устроить ее удобнее. Взгляд наследника, направленный на меня, стал откровенно подозрительным.
– Что-то мешает ране закрыться, – он убрал амулет обратно за ворот рубашки. – И я готов поклясться, что это яд, но драконит не реагирует.
Я похолодела. В ушах зашумело, перед глазами замелькали черные точки. Объятия Смерти. Похоже, малышка Софи успела влить отраву в вино, а в кармане у нее остался пустой пузырек. Меня начало колотить, и это не укрылось от внимательного взгляда принца. Но это все теперь не важно.
– Объятия Смерти, – с трудом шевеля губами, пролепетала я. Теперь уже можно.
– Даже так? – брови Его Высочества изогнулись в изумлении. Еще раз внимательно осмотрев рану, он коснулся ее пальцем. Я дернулась, но скорее инстинктивно. Это должно было быть больно. Но не было. Я как будто разделилась и смотрела со стороны на эту странную, нереальную картину. Палец наследного Артаура окрасился моей кровью, и тот, не долго думая, сунул его в рот. Зажмурился, что-то промычал, и все это под моим пристальным, полным ужаса взглядом. Но постепенно в сознание пробилось воспоминание, как он рассказывал о годах, проведенных на магической практике. Он истинный боевик, и вряд ли его можно напугать небольшим порезом. Но яд…
– Действительно, – заключил он. – Объятия Смерти не определяется драконитом, но вкус и запах ни с чем не спутаешь. Где, говоришь, он был?
Я точно помню, что ничего не говорила.
– Вино из рафы.
– Умно, – одобрил принц. – Запах рафы перебивает все остальные, а сладкий яд в сладком вине почувствовать почти невозможно.
– Что теперь делать? – я изо всех сил старалась, чтобы голос не дрожал. Было до одурения страшно, но не за себя. Это что же получается, Его Высочество только что добровольно принял смертельный яд? Я его отравила? За такое меня сначала четвертуют, потом повесят, а что останется – сожгут. И это в лучшем случае.
 
– Симптомы появятся через двое суток. Если за это время ты выпьешь отвар могильника, ничего с тобой не случится, – Артаур заметно расслабился. Цапнув снова мою ногу, он коснулся пореза кончиками пальцев, и на этот раз это ощущалось как что-то ледяное, пробирающееся под кожу. Боль исчезла совсем, как будто ее и не было. Остались лишь холодные королевские пальцы на моей лодыжке.
– Так просто? – я постаралась отвлечься от странных ощущений, охвативших меня. До этого ко мне прикасался лишь Эрик, но это было как-то невинно и без всякого умысла. От близости принца у меня дыхание перехватило, и сердце заколотилось обезумевшей птичкой.