Другая сказка про Золушку (СИ)

Когда карета остановилась, доставив нас к парадному входу, Эрик легко спрыгнул и, опередив лакеев, распахнул передо мной дверцу. Я сидела, не в силах пошевелиться, сердце колотилось в груди, будто обезумевшее от волнения. О Великая Тьма и дочь ее Бездна, что я делаю? Как посмела явиться без приглашения на день рождения наследника престола?
Злой взгляд фея-крестного привел меня в чувство.
– Маску надень, – прошипел он, улыбаясь вышедшему навстречу церемониймейстеру.
Дрожащей рукой нащупав маску, я аккуратно закрепила ее на лице и улыбнулась. Нет предела моему лицемерию. Сердце выстукивало барабанную дробь и едва не проломило грудную клетку, пока я с самым надменным выражением вылезала из кареты, стараясь казаться изящной, легкой и, как минимум, герцогиней. Кажется, у меня получилось, так как церемониймейстер, запнувшись на полуслове, уставился на меня с немым вопросом.
– Осторожнее, миледи, – нарочито громко обратился ко мне Эрик, и лишь я одна заметила хитрый блеск в серых глазах крестного. Миледи? Это я-то? Хотя, мне всегда казалось странным, что отец, будучи приближенным и доверенным лицом Его Величества, носил титул барона. Но, думаю, лакеев смутило отнюдь не это, а факт того, что я явилась одна, без сопровождения родителей или супруга. Но кто они такие, чтобы задавать мне вопросы?
Повернувшись к Эрику, я вздохнула. На висках выступили крошечные капельки пота, а ноги стали ватными. Я знала, что страшно будет до обморока, и все равно оказалась не готова. Хорошо, что крестный рядом.
– Я с тобой пойти не могу, – покачал головой фей. Действительно, будет странно, если я заявлюсь на королевский бал в сопровождении кучера. Даже для дочери мелкого барона это слишком.
Улыбнувшись одними губами, я прошептала «спасибо» и готова была развернуться и шагнуть навстречу неизвестности, но меня остановил его тихий голос.
– Элис, – позвал фей, и взгляд у него был обеспокоенный. – Должен предупредить, что я не всесилен, и магия развеется в полночь. У тебя не так много времени осталось.
Я замерла, раздумывая, не вернуться ли в карету, пока не поздно. Но тогда все наши усилия окажутся напрасными. Наверное, мы очень нелепо смотрелись вот так – герцогиня и ее лакей, застывшие в ожидании неизвестно чего. Почувствовав чужой, излишне внимательный взгляд, я огляделась, но лакеи и церемониймейстер отвлеклись на других гостей и перестали обращать на нас внимание. Подняв голову, я, наконец, увидела источник беспокойства. На одном из балконов стоял мужчина. Заметив мой взгляд, он отсалютовал мне бокалом, и моя рука непроизвольно метнулась к лицу, проверяя, на месте ли маска.
– Что там? – спросил Эрик, стоявший к балкону спиной.
– Один из гостей разглядывает нас, – насколько могла тихо произнесла я. – Похоже, мы привлекли его внимание своим поведением.
– Не бери в голову, – нахмурился крестный. – К концу вечера он ни о чем не вспомнит. Просто веди себя естественно. Постарайся повеселиться.
– Хорошо, – вздохнула я, вовсе не чувствуя той уверенности, которую пыталась изобразить на лице. Незнакомца на балконе уже не было. Видимо, он потерял к нам интерес. – Карета тоже исчезнет?
– Карета станет тыквой, кони превратятся в мышат, – ответил Эрик. – Поэтому сейчас я поеду в замок Кристофф, а к полуночи вернусь верхом. Встретимся за дворцовыми воротами, в яблоневом саду. Постарайся покинуть бал до того, как гости начнут массово разъезжаться.
Кивнув, я подобрала юбку и, вздернув подбородок, направилась ко входу во дворец. Спиной я чувствовала внимательный взгляд крестного, но заставила себя не оборачиваться. Магия развеется в полночь, а это значит, платье тоже исчезнет, и я окажусь в чем мать родила посреди королевского бала. Не самая радужная перспектива, но выбора нет. Тихо скрипнули колеса – это моя карета покинула двор и покатила обратно к воротам. Что ж, теперь пути назад нет.
Глубоко вздохнув, я шагнула на широкую каменную лестницу и величественно направилась вверх. Хрустальные каблучки звонко стучали по ступенькам, которых я насчитала ровно тридцать шесть. Тридцать шесть ударов перепуганного сердца назад я была на грани бездны, а теперь замерла в прямоугольнике яркого света, льющегося из холла, полная решимости и… смущения. В тени колонн, прислонившись к стене и откинув голову назад, стояла моя мачеха, графиня Милтон. Она была в маске, но я узнала ее по платью, ведь оно когда-то принадлежало моей матери. Глаза мачехи были плотно зажмурены, руки крепко сжимали подол платья, и до моего слуха доносились едва слышимые жалобные всхлипы. И я бы подумала, что ей плохо, если бы не мужские ноги, торчавшие из-под широкой юбки.
 
Я бы так и стояла, глядя на них, если бы графиня внезапно не открыла глаза и не уставилась на меня сначала напуганным, а потом и откровенно неприязненным взглядом. Не узнала. Слава Тьме и Бездне, она меня не узнала. Склонив голову в формальном приветствии, я вошла, наконец, в королевский дворец. И только богам ведомо, чего мне это стоило.
  
Глава 6
 
Никак не получалось выкинуть из головы ту странную сцену. Я приготовилась ничему не удивляться, но все же… Не знай я, чем они там занимались, подумала бы, что мачеха убила несчастного и пытается спрятать его под своей юбкой. От этой мысли стало совсем противно, и разыгравшийся аппетит мгновенно улетучился. Да и не есть я сюда приехала, в конце концов.
Миновав короткий, слабо освещенный магическими огнями холл, я вновь оказалась на лестнице. На ступеньках лежала широкая ковровая дорожка. Идеально белая. И ни следа грязи на ней, ни одной пылинки. Подобрав подол, я направилась наверх. Хрустальные каблучки утопали в густом ворсе, что существенно затрудняло движение, из-за чего безумно хотелось разуться и проделать остаток пути босиком.
На лестнице с бокалами в руках стояли трое мужчин и о чем-то тихо переговаривались. Когда я приблизилась, они замолчали, разглядывая меня внимательно и настороженно. Задрав подбородок повыше и молясь Бездне о том, чтобы не споткнуться, я невозмутимо прошествовала мимо. Что бы они ни задумали, меня это не касается.
Шагнув в широко распахнутые двери бальной залы, я невольно поморщилась от яркого света, льющегося от сотен крошечных огоньков, зависших под потолком. Магия. И тут я поняла, что меня смутило. Отсутствие стражи. Я беспрепятственно миновала ворота дворца, въехала на территорию, и никто не попытался помешать или хотя бы заглянуть в карету. Даже лакеи не поинтересовались, что за подозрительная гостья явилась на королевский бал. Может, конечно, королевская семья привыкла во всем полагаться на защитные заклятия, особенно имея сына – боевого мага, но для гостей из других стран все это могло выглядеть странно и подозрительно, как будто безопасность в замке не соблюдается вовсе.
Но, по большому счету, какое мое дело?
Когда глаза немного привыкли к яркому свету, я смогла рассмотреть окружающую меня обстановку и гостей королевского бала. На дамах были платья всех цветов радуги, и многие из них напоминали изысканных птиц, так много перьев было использовано в их нарядах, при этом их кавалеры практически единодушно отдали предпочтение традиционным темным сюртукам. Сквозь панорамные окна проникали отсветы салюта, окрашивая лица во все оттенки пурпура. Зал был украшен гирляндами живых цветов, аромат которых вплетался в запах множества духов, и мерцающими магическими огоньками, а невидимые взгляду музыканты играли удивительно знакомую песню. Матушка иногда напевала мне ее перед сном:
 
«Луна, сейчас ты мать, но ты никогда не станешь женщиной.
Скажи мне, серебряная луна, как ты собираешься его баюкать,
Если у тебя нет рук?» *
Музыка внезапно стихла, и я поняла, что все еще стою в дверном проеме, а застрявший позади подавальщик уже с минуту деликатно покашливает. Ох, вот я идиотка. Плавно шагнув в сторону, я развернулась к подавальщику и взяла с подноса бокал, наполненный густой красной жидкостью. Вино. Несколько пар глаз уставились на меня с откровенной насмешкой, и я поспешно сделала небольшой глоток. Сладкое. И пахнет рафой.