Огонь и ветер (СИ)

– Это как?
– Кто проиграл, отвечает на любой вопрос. Ну что, хватит духу?
– Нет, – ответил Фарр прежде, чем Лиан успел раскрыть рот.
– Тогда можно на одежду! – не сдавалась Шуна.
– А это как, – еще больше удивился Лиан.
-– Ну ты даешь, Эли! Такого не знать... Кто проигрывает, тот снимает что-то с себя. Это весело!
– Нет! – хором воскликнули Айна и Фарр.
– Какие же вы скучные, – пожала плечами Шуна. – Ну ладно... Тогда может на желание?
Фарр просто закрыл лицо ладонью и вдруг рассмеялся. А следом за ним – и все остальные.
– Она всегда такая? – очень тихо спросила Айна у принца. Тот кивнул, не переставая улыбаться.
– Эй! Нечего там шептаться! Воспитанные люди так не делают!
– Извини, – Фарр посмотрел на Шуну с усмешкой и покачал головой. – Если все идеи, как глупо провести время закончились, может обсудим, наконец, план действий в Золотой? Когда вы планируете идти в Красную Башню?
Лиан мгновенно стал очень серьезным.
– Сразу, – сказал он. – Сразу, как только прибудем на место.
– Что, прямо с корабля туда побежишь? – хмыкнула Шуна, небрежно приподняв бровь. – Даже не взглянешь на золоченые горшки во дворце? Говорят, там все такое... роскошное. Мне, вот интересно посмотреть на королевский гальюн... и все остальные красивости.
– Ну, горшки меня точно не интересуют, – Лиан потер старый шрам. – А время терять я смысла не вижу. К тому же... мне всегда хотелось вернуться в Красную Башню. Там остались люди, которым я многим обязан. Будь у меня такая возможность... я бы снова пошел к ним в ученики.
Теперь был черед Шуны закатить глаза к небу.
– Ты и так знаешь слишком много для своих лет! Хватит с тебя науки! Найдешь нужные книжонки и довольно этого.
«Да она боится, – поняла вдруг Айна. – Боится отпускать его далеко от себя. Еще и со мной...»
– Думаю, нам всем не помешает уделить пару дней отдыху после путешествия, – сказал Фарр. – Золотых горшков я не обещаю, но достойные покои и горячая ванна – это меньшее, на что вы можете рассчитывать.
Айна задумчиво смотрела на рассыпанные по столу фигуры от «престолов». Когда она в последний раз была в Солнечном Чертоге, все ее покои составляла узкая кровать за занавеской в библиотечной мастерской... Она была никому не известной помощницей старого мастера Наэро, невидимой и не привлекающей внимания. А что ждет ее теперь? Уже весь дворец знает про тайную любовницу наследника, которая живет на юге... Слухи поползут стремительно и неудержимо. Слухи, сплетни, шепотки, взгляды за спиной... не имеющие на данный момент под собой никакого основания.
– Я бы тоже предпочла отправиться в Башню сразу по приезду, – сказала Айна. – Мне во дворце делать нечего.
Разве что с мастером встретиться и принести ему свои извинения... Она не раз писала старику долгие письма, получая в ответ не менее содержательные и всегда очень теплые послания, но одно дело общаться посредством чернильных букв, и совсем другое – встретиться наяву. Из тех писем Айна узнала, что ее наставник взял себе нового помощника, взрослого и серьезного парня, умевшего обраться и со словом, и с бумажными страницами. И совершенно точно не готового покидать Золотую Гавань ради непонятных приключений. У того парня была семья, он дорожил своим местом и готов был бы даже золоченые горшки выносить, лишь бы остаться рядом с книгами во дворце. Не то что некоторые...
– Дело ваше, – не стал спорить Фарр. – Силой вас держать никто не будет. Бумаги вам дядя Пат уже вручил. С ними вас в Башне примут не хуже, чем членов королевской семьи.
– А ты сам-то чего так невесело про свой дворец говоришь, а? – спросила Шуна с подозрением. – Похоже, тебя там не шибко ждут...
– Если бы, – мрачно ответил принц. – Меня там как раз-таки заждались... Отец уже не чает увидеть меня и высказать мне в лицо все, что думает о наследнике, который уезжает прочь, едва первосвященник расторг его брачный контракт... и шляется где-то целых полгода, не давая о себе знать.
– Хех! – Шуна посмотрела на Фарра с сочувственной ухмылкой. – Да уж, тебе не позавидуешь, Белогривый. – Ну, ничего, твоя книжная девочка тебя наверняка утешит. Верно я говорю? – и она перевела насмешливый взгляд своих лисьих глаз на Айну, заставив ту сердито вспыхнуть и пожалеть о то, что вообще явилась в эту каюту.
 
– Шуна, захлопни рот, – спокойно, без малейшей злости осадил ее Фарр. – Не лезь, пожалуйста не в свое дело. И вообще... нам с тобой стоит обсудить правильное поведение уважающей себя леди при дворе. В том числе манеру разговора.
Шуна расхохоталась так громко, что на верхней палубе с грохотом что-то упало.
– Высочество, я тебя умоляю! Нашел леди! – она утерла слезы, выступившие на глазах от смеха и вдруг со всей силы воткнула свой кинжал в старый дубовый стол с загнутыми краями перед носом у принца. – Я не ручная крыса, чтобы учить меня манерам! Ее учи! – и степнячка выбросила палец в сторону Айны. – Это она тебе наследничков рожать будет. А я только посмотрю на золотые горшки и расфуфыренных кур вашего прекрасного дворца! Жить там я не собираюсь!
– Куда ты денешься, – все так же спокойно ответил Фарр, вынимая кинжал из столешницы и с укоризной разглядывая оставшуюся зарубку. – Надо будет, поживешь. Или мой братец тебе уже не так и нужен? Трудно ради него немножко научиться вежливости и такту? Может хочешь вместе с ним таскаться по гнилым портовым тавернам в поисках крыши? Или подрежешь чей-нибудь кошель, чтоб хватило на приличный ночлег? А Айну ничему учить не надо – к ее манерам у меня претензий нет.
Шуна сверкнула на принца ослепительно-гневным взором.
– Отдай! – она отобрала у него кинжал, быстро убрала его в ножны на поясе и резко встала. – Надоели вы мне!
С грохотом отодвинув стул, степная воровка вышла из королевской каюты. Дверь с грохотом захлопнулась у нее за спиной.
Похоже, у этой мелкой птички с острыми когтями тоже были свои невидимые раны под прочной броней из насмешек и хамства...
– Ну чего ты так? – с упреком спросил Лиан.
– Ничего, – пожал плечами Фарр и плеснул себе еще вина. – Шуне стоит привыкать к тому, что ее язык не везде может мести как помело.
Лиан вздохнул. Окинул взглядом стол с рассыпанными фигурами и парой блюд, оставшихся с обеда. Посмотрел на Айну долгим теплым взором и тоже встал.
– Пойду, – сказал он. – Побуду рядом.
Фарр только рукой на него махнул.
Когда шаги Лиана стихли за дверью, принц снова потер висок и посмотрел на Айну с едва заметной печальной улыбкой.
– Вот мы и остались вдвоем... Как ты, Айна? Лучше?
– Да... – она покрутила в руке кубок, глядя, как плещется о его стенки прозрачное золотистое вино. Снаружи в борта также плескалось море, но этот звук больше не вызывал у нее приступов тошноты. – Лучше. Спасибо.
– Не за что. Лекарство сделал Лиан. Я же говорил, он очень одаренный целитель.
– Я знаю... Он всегда таким был, – что еще сказать, Айна не знала, и между ними опять повисло неловкое молчание. Только спустя пару минут она достаточно собралась с мыслями чтобы нарушить тишину: – Фаре... эта книга... я никогда ее не читала прежде. Такая необычная история... Откуда она?
– Нашел в Янтарном, у одного старого торговца, – по облегчению, мелькнувшему в его глазах, Айна увидела, как сильно принц обрадовался ее вопросу. – Он держит лавочку возле Старого рынка. Ты уже начала ее читать?
– Нет, – Айна не могла долго выносить этот прожигающий насквозь взгляд, поэтому снова уставилась в кубок с недопитым вином. – Я же не могу на корабле... разве ты забыл? Просто что-то запомнила... как сон.
 
– Не забыл, – Фарр теперь тоже смотрел в свой кубок. – Я ничего не могу забыть про тебя.
Вдох. Выдох. Сердце сбилось с ритма, а ладони стали влажными и начали едва заметно дрожать – того и гляди бронзовая посудина выскользнет из пальцев. Айна осторожно поставила кубок на стол, надеясь, что Фарр не заметит происходящего с ней.