23 минуты мая (СИ)
— Я очень рада, что смогла реабилитироваться в твоих глазах, но не могу сказать того же о тебе. Так что, извини, мои намерения останутся прежними: закончу отчет, и ты меня больше не увидишь, — стараюсь говорить строго, но голос предательски подрагивает.
Где-то в глубине души я жду, что Влад объяснится и извинится, что я найду в себе силы попробовать, что у Максима будет полноценная семья.
Тем временем глаза Влада темнеют, наливаются подавляющей тяжестью, сосредоточенные только на моих губах.
Он вообще слышит, что я пытаюсь до него донести?
— Влад.
Зря я открыла рот, нужно было сваливать. Произнесенное имя, словно щелчок кнута дает дикому хищнику команду к нападению. И Влад нападает, прижимая меня к двери. Терзает губы, кусает их, зализывает места укусов. Толкает язык навстречу моему, вовлекая в сумасшедший танец.
Цепляюсь за его рубашку. Не то оттолкнуть, не то притянуть ближе. Напор Влада, его страсть, его запах пробуждают во мне что-то дикое, животное. Ничего подобного я не испытывала с Сомовым ни до, ни после встречи с Владом.
Горячие ладони ползут по бедрам, задирая подол, сжимают попу. Хочется закричать: да, вот так, еще. Разум помутнен, и я даю волю своим рукам. Расстегиваю пуговицы на белоснежной рубашке, провожу ногтями по напрягшимся мышцам пресса.
М-м-м, какие кубики.
Влад не отстает. Отводит трусики в сторону, кружит по возбужденному клитору и проникает внутрь, медленно лаская.
Стону в мужские губы и слегка прикусываю. Веду пальцами ниже и хватаюсь за ремень. В этот момент раздается стук сбоку от моей головы.
— Влад? — раздается женский голос с немецким акцентом.
Ручка дергается, но дверь заперта.
— Я знаю, что ты здесь. Открой! — говорит требовательно.
Я хочу провалиться сквозь землю, раствориться в воздухе, исчезнуть. Страсть затмила разум настолько, что я забыла и об оскорблениях, и о невесте Влада. Глаза печет, и картинка расплывается, от сдерживаемых слез.
Не зря говорят: с глаз долой — из сердца вон. Все это время я думала — не люблю, в какие-то моменты — ненавижу. Но стоило нам соприкоснуться, будто взрыв произошел, сметающий все вокруг. И нас осталось только двое.
Трясущимися руками дергаю подол платья. Тру тыльной стороной ладони губы, будто это сотрет события минутной давности.
— Катя, ты не вовремя, — твердо говорит Влад.
В отличии от меня он спокоен. Медленно застегивает пуговицы, заправляет рубашку в брюки и протягивает мне руку.
— Пойдем.
— Куда? — я съеживаюсь у двери и смотрю непонимающе. — Тебя невеста ждет, я никуда не пойду. Оставь меня в покое.
Морщусь от досады, услышав в своем голосе истерические нотки.
— Какая, нахрен, невеста, — Влад недовольно сводит черные брови. — Наслушалась офисных сплетен?
Сжимаю губы. Не хочу спорить и доказывать, что давно о ней знаю. Владу нужно идти, а мне успокоиться, бежать к сыну. Его улыбка поможет мне собрать себя по кускам и найти силы жить дальше.
Этот поцелуй выбил из колеи, вывернул душу наизнанку. Мой мир пошатнулся. Мне казалось вся привязанность, все чувства остались в прошлом.
Я не должна была отвечать на поцелуй. Он заставил кровь бежать по венам быстрее, сердце трепыхать, а душу петь.
Только это ни к чему не приведет. Влад скоро женится, заведет детей, будет счастлив. А я не намерена становиться любовницей, быть семьей на выходных. Слишком больно.
Я выпрямляюсь, собираю все оставшееся мужество и цепляю на лицо равнодушную маску, призывая крупицы актерского таланта.
— Влад, иди к ней. Ты мне не нужен.
Серые глаза темнеют, руки сжимаются в кулаки, желваки на красивом лице ходят ходуном.
Чувствую, сейчас грянет гром.
Влад так плотно сжимает челюсти, будто боится сказать лишнее.
— Жди здесь, я скоро, — рычит он и уходит, хлопнув дверью.
Вздрагиваю от резвого звука. Зачем ждать? Что Влад хочет мне сказать?
В душе раздрай. В голове сумбур. Нужно немного времени, чтобы собраться и успокоиться. А уже потом можно и поговорить, желательно в людном месте, где мы не сможем наброситься друг на друга. Сейчас я просто не готова.
Беру папку со своим отчетом и выхожу из кабинета.
— Влад, это кто? — визгливый голос пригвождает меня к месту, и я медленно поворачиваю голову вправо, встречаясь взглядом с ледником голубых глаз.
Если она невеста Влада, то я определенно не понимаю — зачем он меня поцеловал. Идеальная — единственное слово, которое приходит на ум.
— Таня, я же просил подождать в кабинете.
Заставляю себя отмереть.
— Владислав Андреевич, я поняла все недочеты, — поднимаю папку для наглядности, — и все исправлю. Но рабочий день окончен, и мне нужно забрать сына.
Срываюсь с места, лишь бы скрыться от пропитанного ненавистью взгляда блондинки. Хорошо бы еще щелкнуть кнопкой и стереть из памяти картинку идеальной пары.
Влад темненький и смуглый, немка — его полная противоположность. Они дополняют друг друга как день и ночь, как кофе и молоко. Я не должна больше вмешиваться в их пару.
«А как же сынок, — пищит противный внутренний голос, — ему нужен отец».
Мысленно забиваю его кувалдой. Влад ясно дал понять, как относится к моей беременности, не вижу смысла напоминать ему и что-то требовать.
Выхожу из здания, игнорируя подмигивания охранника, и сразу сажусь в такси, так удачно проезжающему мимо.
Сейчас заберу сына, мы поужинаем, я схвачу Лелю, и пойдем гулять. Привычное времяпрепровождение успокоит бурю внутри. Только жуткая пробка оттягивает этот момент.
Телефон пиликает. Алена спрашивает, забрала ли я Максима. Пишу, что встряла и прошу ее сходить за ним. Новое сообщение, как я думаю снова от сестры, повергает меня в шок.
«Снова сбежала, Рыжик. Только теперь ты от меня не спрячешься. Нам придется поговорить».
«Нам не о чем говорить!» — быстро печатаю и замираю.
Может, Влад понял свою ошибку и хочет участвовать в жизни Максима, может не стоит быть такой резкой?
Ага, а он был так мягок, когда назвал сына ублюдком.
Мою внутреннюю борьбу решает случай. Машина попадает в яму, меня слегка подбрасывает, и палец сам попадает по кнопке «отправить».
«Неужели. Может, обсудим Максима?»
Я вся холодею.
«Зачем нам обсуждать моего сына?»
Страх расползается по венам. Неужели, мне придется снова искать безопасное место для нас с сыном? Срывать его от родни и увозить на край света?
Влад долго не отвечает, и я ерзаю от волнения. Когда телефон издает звук входящего сообщения, зажмуриваюсь и глубоко вздыхаю, страшно смотреть. Но оттягивать этот момент бессмысленно.
«Твоего? А как же отец? Он не должен знать своего сына?!»
Знать сына? Ты упустил свой шанс.
Делаю скриншот сообщения пятилетней давности, где видно часть моего текста про беременность и его ответ. На глаза наворачиваются слезы, когда я вновь перечитываю: решила повесить на меня своего ублюдка, шлюха? Такая как ты не имеет права называться матерью. Если ребенок мой, я заберу его. Мы с моей невестой воспитаем достойного человека.
Стираю непрошенную слезинку и печатаю:
«Такой отец ему не нужен!»
Отключаю телефон. Я больше не вынесу этой разрушающей переписки. Хочу к сыну, к сестре.
Проведу выходные в кругу любимых, восстановлю душевное равновесие, а в понедельник в новый бой.
31
В воскресенье Аленка везет нас в парк аттракционов. Там Максим отрывается на полную катушку. Катается на каруселях, ест мороженное и сладкую вату, играет с другими детьми.
Чувствую небывалую легкость, наблюдая за счастливым личиком моего ангелочка. Прекрасная погода, счастливый сынок, довольная сестра, уплетающая, мороженное, — что еще нужно для счастья?
Безоблачное, легкое состояние длится до того момента, пока я не замечаю одинокую фигуру, медленно бредущую за нами.
Влад идет на приличном расстоянии, но достаточно, чтобы все прекрасно видеть. Стою, как вкопанная, будто кто-то нажал на кнопку «стоп», а Максим продолжает тянуть меня к очередному аттракциону.