Второй шанс (СИ)

— Вперед!
Наш путь лежал к реке еще и по той причине, что берег ее почти сплошь зарос кустами.
К тому же река с довольно бурным течением, и шум от нее должен прикрыть те звуки, которые, так или иначе, будем издавать мы. И еще в воде можно спрятаться, если совсем уж прижмет. И совсем мелочи — как будто бы накануне вечером и выпил немного, но жажда мучила так, что я ловил пересохшим ртом капли дождя.
Мы стояли, прижавшись спинами к глухой стене какого-то строения. До реки оставалось метров тридцать, не больше, но рельеф местности не давал ни малейшей возможности укрыться. Этот участок был самым опасным. Дальше все пойдет куда проще. Пройти по берегу реки к водовороту, который она образует, уходя под землю, и вдоль стеночки.
Растительность там имеется тоже, а на фоне скалы ночью заметить сложно. Вероятно, на выходе из долины, прорываясь, придется пошуметь, если без этого не обойтись. Если удастся его преодолеть, возьмем вправо — в противоположную от Центра сторону, стараясь сбить погоню с толку. Ну а затем уже по обстоятельствам.
— Долго мы здесь еще торчать будем? — нетерпеливо спросил Виталий.
— Нет. Но по команде, только по команде.
Оттуда, где продолжали свой праздник перквизиторы, то и дело доносились взрывы хохота, азартные крики, а иногда и целый рев. Именно они и были моим планом. Ведь даже если кто-то сейчас сюда и смотрит, привлеченный, он на миг отвернется, ну а нам больше и не нужно. Совсем необязательно отвернется, но появится шанс.
— Пора!
И, подавая пример, первым бросился вперед, последние метры до реки проскользив на пятой точке по мокрой траве под очередной взрыв рева, свиста и улюлюканья. Следом за мной бежала Лариса. Тоже поскользнувшись, она сумела сохранить равновесие, но, если бы не объятья вставшего на ее пути меня, оказаться бы ей в реке. Какой-то миг, и к нам присоединился Виталий.
Я ожидал, что Бобер выдаст нечто вроде — раньше, мол, не наобнимались? И он действительно не промолчал.
— Надо было мне первым бежать.
— Не понял?
— Тогда Лара прямо ко мне в руки упала бы. А там, глядишь, мы бы и сговорились.
Теперь не поняла девушка.
— Ты о чем сейчас?
В тот миг мне стало безумно ее жаль. Понять Бобра было несложно, но Лариса настолько привыкла к своему положению вещи, когда вместо заигрываний, ухаживаний и всего остального прочего, что принято в нормальном мире между мужчиной и женщиной, девушка слышала только приказы — раздевайся, загнись, встань на колени, и тому подобное прочее. Хотя, не исключено, слишком другим были заняты ее мысли — удастся ли отсюда сбежать? Смело можно предполагать, как страстно Лариса об этом мечтает!
— Да так, к слову пришлось, — туманно пояснил Виталий.
Их разговор я слушал лежа, надолго припав к воде. Воспользовавшись минутной передышкой, когда мы преодолели самый опасный участок в начале пути. Другой, и он куда сложнее, будет на выходе из ущелья, но туда еще нужно добраться.
— Значит, так. Я первым, а ты за Ларисой присматривай. И поосторожней оба.
Темень, и сколький, уходящий под уклон к реке берег.
— Аккуратней ножки ставь, Ларочка, аккуратней, — тут же начал инструктировать ее Виталий. — А главное, ничего не бойся: понадобится, я тебя на руках понесу. Скажу по секрету, я давно на тебя глаз положил.
— И когда это успел? — фыркнула девушка.
— А вот.
— Бобер, давай уже в Центре пообщаетесь, — не выдержал я. Если выберемся.
— Выберемся, Теоретик, обязательно выдеремся! — ответил он, словно прочитав мои мысли. — Смотри, как дождь разошелся, к тому же они все ужратые.
— Все, потопали.
И мы пошли. Вдоль самой кромки воды, местами сквозь густой кустарник. В реку лезть не хотелось — течение бурное, настоящий поток. Дорога до точки, где и следовало повернуть направо, чтобы дальше идти уже вдоль каменной стены, затратила куда больше времени, чем я рассчитывал. К тому же еще и сил. Мы устроились между двух валунов, давая себе небольшой отдых.
— Теоретик, а на кой черт они здесь лестницы построили? — спросил Виталий.
 
— Портал, — вместо меня ответила Лариса. — Но он не каждый день появляется. Никакой закономерности. Бывает и днем, и ночью, а иногда только днем, причем несколько раз подряд. Ну разве что ночью реже.
— Точно портал? — тут же переключился на нее Виталий.
— Все так говорят. Он недалеко от скалы образуется. Стреляли в него и так-то пули должны от камня за ним отскакивать, но они внутри портала исчезают.
— Слышал я о них, — начал Бобер, но я оборвал его на полуслове.
— Пошли, засиделись.
Пройти на этот раз нам удалось немного.
— Теоретик, по ходу у них кипежь поднялся!
— Вижу, — только и ответил я.
Там, где располагались строения, заметались лучи фонарей
— Надо было напрямик к выходу идти! — с досадой сказал Виталий. И тут же добавил. — Нет, ни за что не успели бы. Смотри-ка, какой у них там переполох. Сто процентов тебя ищут! Игорь?
Раздумывал я недолго.
— По лестнице наверх.
Благо, что белела она всего-то в нескольких шагах. Оставаться внизу — ну негде здесь спрятаться, и вопрос времени, когда нас найдут. Наверху есть шанс, что туда они не полезут. А там, глядишь, все успокоится, и тогда у нас появится еще одна возможность исчезнуть из этой проклятой долины.
Лариса лезла по лестнице первой, и снизу ее подталкивал плечами Бобер. Скальный козырек, с которого лестница вела еще на один, секундная передышка, и снова вперед. Следующий козырек был куда большим в размерах, где появилась возможность разместиться свободно. И уж точно нас на нем не смогут увидеть с земли.
— Как будто бы не заметили, — переводя дыхание сказал мой напарник по побегу. И обратился к девушке. — Лариса, зря ты, наверное, с нами полезла.
— Нет! Уж лучших сдохнуть среди нормальных людей. Да и не дадут мне теперь жить, все равно ведь убьют. За то, что знала о побеге, и промолчала. Или вообще на шахты отправят.
— Какие еще шахты?
— Есть у них такие, там добывают породу для жадров. Рабы трудятся, их даже наверх не выпускают, только продукты вниз подают. И еще девушек иногда, которые сильно провинились, сами понимаете для чего. Как этот гад Гардиан выразился — для шахтерского энтузиазма. Рабов там несколько десятков, а девушку всегда единственную опускают. Можете себе представить, сколько им удается прожить? А еще говорят, их потом вообще съедают.
— Б-р-р! — Передёрнул плечами Виталий. — Жуть какая!
— Тогда не спрашивай больше, почему не осталась. Вы мне лучше оружие дайте, я в них тоже стрелять буду.
— Кстати, насчет оружия. Виталик, покажи, что у тебя за волына.
Тот без лишних слов протянул ее мне.
— Где ты такое чудо добыл? — вертел я в руках смотревшийся совсем уж футуристическим карабин.
— А чего там особо рассказывать? Выглядит как хрен пойми что, попал в руки случайно, стреляет только одиночными. Что, думаю, за дерьмо? А потом прикипел к нему, другого и не нужно.
— Под пятерку?
Карабин выглядел явной переделкой непонятно из чего даже сейчас, в темноте.
— Да.
— Сколько у тебя к нему патронов?
— Чуть больше сотни наберется.
— В магазинах?
Это важно, некогда будет их снаряжать, если начнется серьезная заварушка. Которой всеми способами хотелось бы избегнуть.
— Да. И россыпью штук пятнадцать.
Магазины, три штуки, были самыми обычными, от автомата Калашникова.
— Осечки случаются? Клины, перекосы?
Переделки — они такие. Особенно в том случае, когда совершаются напильником, молотком и на коленке: где здесь взять серьезное оборудование?
 
— У меня не было.
— От глушителя есть толк?
С виду он такой, что им впору не выстрелы глушить, а людей по голове.
— Да как тебе сказать? Не так, чтобы очень, но какой-то эффект от него имеется.
— Надеюсь, крепится не на штифтах?
— На резьбе.
Развесовка благодаря набалдашнику желала лучшего, и потому я решительно начал скручивать его со ствола. Сейчас мне больше всего заботил тот факт, что ствол у карабина и без того короток, а любой глушитель негативно влияет на баллистику.