Бессильный чемпион (СИ)
Взрыв.
Следом вынимаю из кармана Боба новую гранату. Заученными движениями срываю чеку и бросаю. Беру следующую, срываю чеку и бросаю…
Взрыв. Взрыв. Взрыв. Взрыв.
Немного глохну, грохот отдается от бетона и буквально нокаутирует. «Отводом» смещаю часть звуковых волн, но всё не отведешь, а то как глухой станешь. В глазах кружится горящая мебель, огненные вихри пляшут вокруг. Шипит пламя, срабатывают пожарные брызгатели. Взрывными ударами наемников раскидало по всему разгромленному этажу. Но они еще целехонькие – трясут головами на четвереньках, скоро соберутся.
Заимствую у бездыханного Боба еще пару гранат и отпускаю его. Воин бахается на пол, а я выпинываю дверь в приемную. Там прячется под столом испуганная девчушка-пышечка. С гранатой наготове врываюсь в следующую дверь.
Огромный кабинет. Паркетная доска, стол размером с мою общажную комнату и Сербина в белом балахоне.
Светлые кудряшки будто испускают золотистый свет. Под переливающейся белой тканью проступают пышные выпуклости. А за спиной раскрылись огромные белоснежные крылья.
- Говорил же, не смей устраивать облаву, - подкидываю гранату в руке.
- Иначе придешь ко мне в спальню, - поджимает она пухлые губы. – Здесь не моя спальня.
- Я могу тебя и здесь растянуть, - ухмыляюсь.
- Если бы ты, правда, этого хотел, - ее пальчики с печалью теребят ворот балахона. – Мы бы уже договорились.
Она не выглядит испуганной. Верит в свою Ауру, а зря.
Так, надо спешить. Десять-пятнадцать минут бился с ее людьми. Сейчас с пернатой еще провожусь сколько-то. Как раз за окном пролетает большой дрон. Размером с полменя. На правом крыле нарисованы вычурные лицейские корпуса. Знаю это – так как я его запустил. Одолжил беспилотник у лицея, София не возражала.
Следующий круг вокруг этажа дрон завершит только через пятнадцать минут. К этому времени тут уже группа захвата будет.
- Лови, - бросаю в пернатую гранату.
В ужасе она отступает, огромные крылья закрывают все ее стройное тело как кокон. Покрываются желтым свечением – защитное поле.
Боевой снаряд падает на пол и не взрывается. Потому что чека все еще в гранате.
- Блондинка есть блондинка, - подпрыгиваю и с разножки бью ногой по скрещенным крыльям.
Сербину отбрасывает назад. С криком ангел впечатывается в панорамное окно, как голубь, сбитый машиной. Затем сползает на пол.
Так и знал. Стекло выдержало, потому что бронированное. Правда, трещинки все равно разбежались.
Сербина пытается подняться. Взмахивает растрепанными крыльями, но я уже нависаю над ней и сжимаю тонкую шею в руке. В то же время ладонь пернатой утыкается мне в грудь.
Чувствую, как ее пальцы накаляются.
- Я тебя поджарю, - шепчет.
- Именно, - оскаливаюсь я. – С такого расстояния твой световой удар меня убьет. И прощай, Высший мир. Здравствуй, падение.
Вообще блефую - Гиба исцелит прорехи в теле. Но провести блондинку одно удовольствие. И польза к тому же.
Ее глубокие голубые глаза округляются.
- Да, знаю о вашей сокровенной парамите, - хмыкаю. – Пора баиньки.
Бью по сонной артерии, и ангел, закрыв глаза, растекается по полу. Схватив ее за талию, закидываю за спину. Пуская нити, привязывая крылатое тело к себе. На миг застываю – Сербина-то без лифчика! Стянутая паутиной блондинка плотно прижата мягкими буферами к моему хребту. Ощущаю даже колышки сосков. Очень твердые. Надо же – в отрубе, а словно возбужденная.
Поднимаю гранату с пола. И швыряю в окно – на этот раз без чеки.
Ба-бах.
С разбега ныряю с этажа - силы прыжка хватает, чтобы до улетающего дрона оставалось метра два. Нитями вцепляюсь в крылья машины. Беспилотник чуть проседает, но удерживает мои шестьдесят килограммов, да столько же Сербиновых.
Теперь телефон. Достаю из кармана, захожу в приложение и меняю маршрут дрона. Пункт назначения – ближайшая крыша.
С ветерком приземляемся. Отматываю пернатую, и пока не очнулась – хвать руками за…нет, не о том подумали. За крылья.
Тяну осторожно, чтобы не поломать хрупкое тело блондинки. Пернатые опахала наконец отлепляются от ее плеч. Желтое свечение стекает с пернатой и исчезает. Оплетаю оба крыла паутиной и перебрасываю за спину. Крепко приматываю перевязью через грудь.
- Ччто? – еще не до конца очнувшись, Сербина заводит руку назад.
Непривычная пустота сразу ее пробуждает. Она резко садится, встряхнув растрепанными золотыми локонами.
Я сижу на парапете крыши и гляжу на редкие машины внизу.
- Ай-ай, снова смертная, - поворачиваю к ней лицо, и от моего оскала пернатая жутко трясется.
- Пощади, - хрипит схваченным горлом.
По привычке, видимо, она тянет ворот балахона вниз, приобнажая свои бледные выпуклости.
- Сиськи у тебя здоровые – и так знаю, можешь не показывать, - встаю перед ней и, скрестив пальцы, произвожу приятный хруст. – А вот насколько большое у тебя сердце, прямо тянет проверить. Вырвать его через горло или проломив ребра?
Сербину не то что ноги - даже пышная задница не держит. Опадая, она ползает у моих ног. Белоснежный балахон марается о грязный бетон, задирается. Опять выставляя ягодицы на обозрение. Благодаря «ночному зрению» - различаю даже пупырышки мурашек.
- Пощади, - умоляет.
Нагнувшись, дергаю пернатую за кудри обратно в сидячее положение.
- Узнали, кто я такой?
- Нет, еще нет, - плачет она.
- Мне повторить вопрос? - готовлюсь выпустить Яка.
- Артём Бесонов, - тут же сдается, захлебываясь слезами.
Продолжаю допрашивать. Мое лицо она видела еще в лимузине, дальше дело техники. Просмотреть фотографии учеников, собрать информацию обо мне, слежку установить за моими родными, ведь сам лицей закрытый и туда им хода нет. Тут у меня глаз дергается. Короче, конспирация – не моё. Вовремя за куриными крылышками зашел. Кто их знает, сколько бы они еще выжидали. На выходных, наверняка, облаву устроили бы.
- Ладно, Сербина, пора нам работать вместе.
- Я готова, - тут же покорно приникает к моему колену, гладит его нежно. Рука робко скользит выше по бедру. – Закрепим наш союз?
Снизу-вверх она заглядывает мне в лицо. Отвожу ее кисть в сторону.
- Закрепим, - киваю. – Как гарант нашего партнерства, у меня останется твоя «частица неба».
- Нет! – вскрикивает Сербина, хватаясь за мою руку. – Забери что угодно, но не «частицу»!
- Могу твою голову забрать, - пожимаю плечами, и пыла у нее становится меньше. – Тебе задание – найди шишку из «Блэкаута», которая в курсе планов инферно. Макаронники нацелились на носителей родового генома – нужно узнать, зачем.
- На кого именно нацелились? – округляет она глаза-озёра.
- Вот и узнаем заодно, - умалчиваю о Белоснежке. – Только «языка» выбери не Рыкаря, не Полковоя, а попроще, чтобы его повязать можно было без потерь. Потом обсудим план захвата. Свяжусь с тобой сам. У тебя завтрашний день на выбор кандидатов. А! Еще жду список Высших в вашем загоне. Мурка хорошо пошел. Ну всё, покеда.
- Ты так просто уйдешь? – с неверием в глазах хлопает ресницами Сербина. Поднявшийся на высоте ветер шуршит балахоном, приоткрывая пышное сочное бедро. А также краешек розовых трусиков.
- Устал твоих людей учить, - усмехаюсь и хлопаю по перышкам за спиной. – Кинешь меня – сожгу твои крылья. Без «частицы неба» домой тебе не вернуться. Думаю, ты сама понимаешь всё.
- Понимаю, - опускается ее голова. По лицу стекают кристально-чистые слезы.
- Вот и умница, миледи, – с сарказмом произношу. – Знаешь, мы, русские, любим прощать - но не больше двух раз. Потому что намного больше мы обожаем мстить.
Мой оскал снова дарит ей несколько секунд содроганий. С Сербиной даже Яка не нужен. В плане запугивания и в плане соблазнения тоже.
- Всё это было частью твоего плана, - вдруг доходит до блондинки. – Ты знал, что с магнофелисом я пришлю людей! Знал, что после того как их разгромишь, я надену «частицу неба»! С самого начала ты планировал их забрать!