Бессильный чемпион (СИ)

- Виталий, не уступите ли место моей сестре? – ласковым голоском обращается София к одному из вассалов. Она его и усадила-то рядом, только чтобы сидение сестре занять.
- Ммм… конечно, Ваше Сиятельство, - толстяк, тяжко вздохнув, уходит.
Когда Света опускается рядом, София нетерпеливо шепчет ей в ухо:
- Надеюсь, не предохранялись?
Еще одного их раза сердце Софии не выдержит.
- Что? – моргает Света. – Фу, сестра! Я всего лишь помогала Перуну размяться!
- А-а-а, - София сама не понимает, то ли разочарована, то ли обрадована. – Что ж, после турнира обязательно воспользуйся шансом. Эйфория от победы – чувство, которое хочется разделить с красивой женщиной. Да и в твоем менструальном календаре сегодня – подходящий день.
- Сестра! – Света в шоке теребит мятую юбку платья. – Откуда ты знаешь, что Бес победит? Про календарь уж вовсе молчу.
Софии хочется закатить глаза. Ей очень интересно, по какому критерию Перун себе девушек выбирает. По соотношению длинных ног и короткого ума?
В октагон заходит анонсер и объявляет в микрофон участников.
- Бесу эти дворянята на один зуб, - София смотрит, как Перун скучающе ковыряет пальцем в ухе. – Уж поверь, детка.
- Хорошо бы так, - вторит ей Света, тоже не отрывая взгляда от своего парня. – Мне большего сейчас и не нужно.
***
- …Ее Сиятельство несравненная графиня Мария Долгоногая, - распинается анонсер, указывая на участников. – Его Сиятельство маркиз Лукино Сальдоре.
Большеватую футболку затыкаю за шорты, чтобы не мешалась. Чем вызываю очередной приступ смеха у публики, на которую мне откровенно чихать и вытереться. «Глазами Жамбы» изучаю противников. Двадцать участников - четырнадцать Воинов, четыре Кмета и два демоника. Последние, разумеется, я и Лукино. Как мне передала София, макаронник обладает регенерацией и заморозкой. Официально косит под стиль Аквило – назван в честь римского бога зимы, итальяшка ведь.
- … И сударь Артем Бесонов, - называет меня анонсер. - Бой закончится, когда все кроме одного участника сдадутся или не смогут продолжать поединок после отсчёта.
Вообще, по-настоящему опасен для меня даже не Лукино, а блондинка Мария. И опасна вовсе не зачетной грудью на двоечку – белая майка обтягивает плотные чаши бюстгальтера. И не подтянутыми ягодицами – хотя видно, что под черными лосинами орешки крепкие. Официально графиня Кмет, вот только до Рыкаря ей недолго шагать. Девчонка прямо бурлит силой. Остальные Кметы – кислотник-Змиулан, Песочный человек и Каменный парень – с ней не сравнятся.
Анонсер покидает аквариум, и рефери командует:
- В бой!
Начинается мочилово, причем сразу пятеро Воинов бросаются на меня. Хотя логичнее было бы забивать числом официально сильнейших – белобрысую и макаронника. Точно подставная игра. Ну да я не в обиде – заодно опробую «уроногасилку». Выбираю режим Бригантина. От ударов намеренно не уворачиваюсь. Опробуем.
Бах, бах, бах… Сыплются кулаки Воинов. Первый хук больно отдался в плече, но затем броня будто подстроилась, уплотнилась, и я будто в танке сижу. Обучаемый доспех какой-то. У меня подозрение, что виноват Теневой Гифер. Как он раньше время суток по теням определял? Простой алгоритм анализа? Или он был типа демонским суперкомпьютером, ИИ из ада, а я его взял да на запчасти распилил.
Тем временем Мария огненной волной сметает аж шестерых Воинов. Те катятся по настилу во всполохах пламени, истошно крича, что сдаются. Помощники рефери втроем отталкивают распалившуюся блондинку. А она горячая! Пока любуюсь упругой попкой в черных лосинах, на моих Воинов накидывается Каменный парень. Но нет, обросший гранитным панцирем чувак просто их расталкивает.
- Дайте я. – мычит он.
Ах, твари, по-честному драться слабо? Как же дворянская честь? Нет, не слышали?
Полукруг врагов вокруг меня замечают и зрители.
- А простолюдин-то молодец! - говорит одна барышня, махая веером. – Против него явно сговорились, но держится.
- Еще бы – это тот самый, что выбил дух из Березовского в полном Громовом доспехе! - другая девушка азартно сжимает подлокотники. Либо же она отчаянно сопротивляется тянущим вниз огромным пушечным ядрам на груди.
 
- Еще он Буйного одолел, - третий робкий голос сзади.
- И Хромовых стер с лица земли! – кровожадно облизывается сисястая. – Говорят, нашинковал их соломкой за похищение Аксюка. Весь подвал залил кровью.
- Так этот парень Бес?! – восклицает первая и с хрустом сжимает веер. – Я хочу его…в смысле в слуги рода.
- Занимай очередь, - сисястая отпускает подлокотники, и ядра качает вперед, загораживая октагон барышне с веером. – Многие глаз уже положили, дорогая.
Сплетни барышень безумно интересны, но вернемся к Каменному парню. Тот уже целит мне в лицо кулаком, обклеенным булыжниками. Проверять, сплющится ли мой череп – мягко говоря, не хочется. Гиба не залечит, если вытрясти мозги из башки. Поэтому уклоняюсь. Подшаг вбок, захват за каменный воротник и корпус.
- Попляшем, - оскаливаюсь я и сигаю вместе с Кметом вбок - прямо к кислотнику.
Тот тоже не дурак – давай встречать нас зеленым мерцающим залпом. Переформирую «уроногасилку» под Химхалат. Ну и заслоняюсь Каменным. Зеленка бьет ему в лицо.
- А-а-а! – орет он. – Сдаю-юсь!
Кислотная волна просачивается сквозь панцирь и, видимо, пробивает слабенький ментальный доспех. На меня тоже попадает немного, но Химхалат выдерживает. Обожженную груду мяса в каменной обертке швыряю в кислотника и они катятся в обнимку по горелому настилу. А дальше одного рефери оттаскивает к дверям, другого добивает огненная блондинка. Эх, всё-таки зачетная у графини попка. Лосины сзади ободрались, обнажив белизну упругих ягодиц. Так, не отвлекаться!
Я уже занимаюсь подскочившими Воинами. Их еще семь осталось. Рутинная работа – оплести паутинкой и «толчки» раздать. Ну и двоих подкинуть блондинке. А то она, похоже, на меня зеленый глаз положила. Пусть лучше этих жарит.
Макаронник тоже зыркает на меня. Сам Лукино весь бой держался у барьера. Для порядка якобы сделал двух Воинов, тоже наверно сообщников.
Итак, примеряем новый фасон «уроногасилки» - Незамерзайка. Готово, движемся на врага.
Итальянец, глядя как иду к нему, зубоскалит.
- Ты вымотался, простолюдин.
Ни фига.
- …Ты потерял силы.
Даже процента не израсходовал.
- …А финальным аккордом станет твоя ледяная скульптура.
Трепло бесячее.
Мимо меня пролетает голубой шар, испускающий волны холода. Про Отвод же не забыли? Во-во. Вытягиваю руку и кончиком пальца касаюсь этой штуки. Морозно …бррр. Тут же «уроногасилка» что-то корректирует и кожу больше не покалывает ледяными иглами. У Лукино отвисает нижняя челюсть. Затем макарошка взрывается еще десятком «айсболов». Огибая меня, голубые шары мечутся по арене. Вскрикивает блондинка. Один холодок задевает помощника рефери.
- Сальдоре, предупреждение! – слышу из-за спины.
- Ему больше не понадобится, - наконец настигаю макаронника.
Мой кулак разламывает Лукино носовую перегородку. Брызги крови, хлюпанье смятых ноздрей. Но торчащие кости тут же встают на место обратно и застилаются смуглой кожей. Регенерация, чтоб ее.
- Я маркиз, приближенный к твоему императору, - рычит итальянец. Руки его испускают синее свечение. – Значит, твой господин!
- Не господин ты мне, гнида черножопая!
Лукино замахивается. Отвожу руку, завернутую в ледяную скорлупу, но вот дела: пропускаю апперкот синим кулаком. Расслабился я: как раз блондиночка обе руки на нас подняла и ее двоечка из-под маечки слегка обнажилась. Эх. Да все бы ничего, но макаронник явно ударил морозкой. Хотя Незамерзайка сдюжила. А вообще время ее менять на Огнеупор.
 
Бью в печень, вызывая у Лукино кровавую рвоту. Подшаг вперед и ударом локтя разламываю ключицу. Сгребаю согнувшегося итальяшку за шиворот и бросаю через пол-арены к Марии. Графиня тут же ошпаривает его огненным водопадом. Яркие языки охватывают смуглого макаронника.