Бессильный чемпион (СИ)

- Точнее ждать расправы на Бородовым? - вздыхает император.
Владимир деликатно отмалчивается. «Из сына выйдет идеальный политик, - невольно думает Михаил. – И бессердечный правитель».
Тяжелый выбор.
Сейчас среди российских дворян процент молодых людей составляет более тридцати процентов. Они неудержимы, сильны и хотят побеждать. Их империалистические амбиции растут с каждым днем. Молодые рвутся сражаться, и старшие поддерживают их тягу. Дворянин – в первую очередь военный. Его предназначение – разить врага родины. Если же врага нет, то он его придумает.
Молодежный бугор на высшем сословии раздувается, и если не проколоть нарыв иглой экспансии, если не выпустить гной юной ярости на внешнего врага, то заражение пойдет в тело страны. Начнется грызня своих со своими. Междоусобные войны, перевороты внутри Великих Домов, возможно, даже посягательства на трон.
- Собери больше доказательств против Тендо, - решает император. – И Вова…
- Да, отец.
- Не торопись.
Приговор Александру Бородову вынесен. Но у него еще есть шанс побороться за жизнь и род.
***
Я остался на ночь у Бородовых. Раз итальяшки посмели устроить покушение на самого светлейшего князя и оно провалилось, то у смельчаков только два выхода: бежать из страны либо срочно закончить начатое. Иначе Александр сам их уроет.
Весь дом не спит. Зевая, я шатаюсь по сквозным галереям. Мимо, тряся автоматами, бегут на позиции боевые группы. Всё прибывают и прибывают люди вассальных родов. Слышу за окнами виллы окрики караульных. Александр тоже готовится к заварушке. Поговорить бы с ним, рекомендации дать, но он заперся в кабинете с шефом Корпуса жандармов, только что приехавшим.
Достаю телефон и пишу своим девушкам:
«Не ждите завтра. Работа»
Сразу же приходят ответы:
«Порви всех» - Кали.
«Молюсь за тебя» - Алла.
«Сделаю конспекты уроков» - Вика.
На сердце тепло и хорошо. Меня любят, меня ждут, в меня верят. Ну, макаронники, вам хана.
Первым делом заглядываю на кухню для прислуги. Закинусь кофе и пойду к князю права качать.
На кухне почти никого. Только по шкафчикам лазит брюнетка. Высокая, бледная, с тонким хищным лицом. Черная боевая экипировка обтягивает гибкое тело. В одной руке держит дымящуюся кружку с пакетиком чая.
- Кофе есть, не знаешь? – подхожу к полкам.
От звуков моего голоса безопасница вздрагивает, рука молниеносно хватает пистолет на бедре. Ну да, моих кошачьих шагов даже слепой не услышит.
- Расслабься – свои, - присоединяюсь к копошне среди банок.
Глаза девушки остро смотрят на меня.
- Манерам не учили, новичок? – отпускает она оружие. - Или тебя отправить в караул у забора?
Что ж, опять мне повезло. Поди, тоже из знатных дочурок. Как же надоели придирки благородных.
- А ты хочешь нарушить закон? – выпрямляюсь и встречаю ее бритвенный взгляд своим волчьим.
В отличие от лицейских барышень эта кобра не краснеет, но на лице шевелятся жгуты желваков. Да и худая шея напрягается, силясь не опустить голову под тяжестью моего взгляда.
- Закон? – шипит брюнетка.
- Несовершеннолетних нельзя привлекать к ночным работам. Сейчас я тут гость, так что в караул посылай другого.
- Не беси меня, новичок, - легла мне на плечо рука хищницы. – А то нарвешься на приватную беседу.
- Сейчас предпочту кофе, - рву ей шаблон странной фразой.
- Чего? - хлопает она глазами.
Киваю на кружку чая в ее руку. Через край на нитке свисает маленькая этикета с надписью «Беседа».
- Налей мне кофе вместо чая, - повторяю.
- Ну, новичок, - уже рычит она, сдавливая мое плечо сильнее. – Жаль, ты не понял.
- Это ты не поняла, - произношу низким хриплым голосом. - На-лей мне ко-фе.
Ее рука хватает меня за подростковую шею и пытается долбануть головой о стоящий рядом стол. Сил у брюнетки много, но я сильнее. И ловчее.
Пока она без толку тужится, ее пистолет оказывается у меня и упирается стволом ей в живот.
- Прекращай, - велю.
Девушка замирает, ни единый мускул не двигается на лице. Зато в глазах загорается странный огонь. Словно тычущееся в пупок дуло лишь заинтриговало брюнетку. Тонкие губы ее приоткрываются.
 
- Хочешь что-то сказать? – спрашиваю.
- Тебе с сахаром или без? - смотрит она мне в глаза.
- Две ложки.
Она кивает. Ставит кружку на стол и начинает варганить напиток в кофеварке. Пока ее руки засыпают зерна в раструб и что-то химичат, замечаю на пороге черную кошку с белыми лапами.
- Маррр, - зеленые глаза мигают.
- Чернышка, хочешь молока? – убираю пистолет за ремень.
Кошка неуверенно шагает ко мне.
Нахожу на полке коробку с пастеризованным молоком, наливаю в блюдце.
Пока кошка лакает из него, глажу ее по спине. Животинка довольно мурлычет.
- Хорошая Чернышка.
- Ее вообще-то Снежинка зовут, - подает мне кофе брюнетка. На ее лице впервые расцветает нормальная человеческая улыбка. – О, ты нашел молоко! Его я и искала, налей мне в чай.
- А откликается на Чернышку,- задумчиво застываю с упаковкой в руке.
- Конечно, ведь ты молока ей дал, - протягивает она свою кружку.
- Тебе тоже, - капаю немного ей в чай. – Значит, и ты тоже будешь отзываться на "Черны-ы-ышка"?
Секунду подумав, брюнетка опускает голову.
- А ты всех, кого угощаешь молоком, - тихо говорит, - так называешь?
Я ухмыляюсь.
- Вы с ней, - киваю на кошку, - единственные.
Она прячет губы за кружкой. Интересно, морщит их или улыбается. Стоим и пьем, глядя друг на друга поверх напитков.
- У тебя сейчас перерыв? – спрашиваю.
- Да, - кивает. – Я отвечаю за позиции вассальных людей.
- Поставь побольше воздушных Кметов на крышу. И раскидайте мины между домом и стеной, по всему периметру. А еще пошли кого-нибудь в охотничий магазин закупить капканы.
- Капканы?
- Да, медвежьи - бросьте возле мин.
Чернышка настороженно изучает мое лицо, ища намек на улыбку. Не тот случай.
Наши гляделки прерывает безопасник.
- Вас срочно вызывают к Его Светлости.
- Сейчас, - спохватывается брюнетка.
- Не вас, Ваше Благородие. Сударя Бесонова.
- О…
Убираю кружку в раковину и на прощание бросаю:
- Пока, Чернышка.
Брюнетка обиженно смотрит на меня, кося взглядом на безопасника.
- Это я кошке, - поясняю.
- А! – отзывается она и улыбается краем губ. – Дарья Безлицкая.
- До свидания, Ваше Благородие, - достаю из-за ремня пистолет, со стуком кладу на стол и отчаливаю.
В кабинете князь не один. Напротив сидит София, элегантно закинув на ногу, а также испытывает прочность стула медведеподобный бородач.
Александр, мрачный как шторм, указывает на громилу.
- Его Сиятельство граф Лев Глумилев, глава Службы безопасности. Садись, Артем.
Заваливаюсь на диван у стены. Все молчат, только София вдобавок еще обворожительно улыбается.
- Демоны, значит, - чуть ли не выплевывает слово Александр. – А ты, Артем, выходит, великий герой из другого мира?
- Неа, - ухмыляюсь. – Я – великий убийца, но сейчас он вам нужнее.
Бородач молча жует усы, не оспаривая, только сверля меня тяжелым взглядом. Видимо, князь предварительно ему уже нашептал, как обстоят дела.
- Дерьмовые дела, - не выдерживает Александр.
Покраснев, София качает головой.
- Папа!
– Прости, дочка, - поджимает губы светлейший. – Но как нам бороться с монстрами? Они же бывают разных видов, как ты объяснила. Бронированные быки, обезьяны с крыльями…Еще черт знает сколько других тварей! К этому нельзя подготовиться. Артем, можешь что-нибудь предложить?
София оборачивается на меня с выражением: «конечно, может».
- Много чего, - даю старику надежду. – Но сначала доложите обстановку, князь.
 
Глумилев давится усами. Громоподобный кашель сотрясает комнату, но сам князь даже не обращает внимания на мой приказной тон и фамильярность. Слишком странен этот день.