От сессии до сессии (СИ)

— Рози! — окликает она по привычке и, спохватившись, прикрывает рот ладонью. Забыла, что нет рядом служанки, пусть и невольно предавшей, но по-своему — верной… Горничная, заправляющая постель, испуганно выпрямляется и замирает в книксене. Ах ты ж, вот попала! Вышколенная прислуга должна заниматься своими делами когда угодно, но только не в присутствии хозяев!
— Простите, донна, я думала, что вы…
— Ничего страшного. М-м… Хлоя, да?
— Точно так, донна. Простите!
— Зайдёшь после полудня, Хлоя, а сейчас иди. У меня что-то разболелась голова, хочу прилечь.
Ещё раз почтительно присев, девушка бесшумно исчезает. Подбежав к двери, донна Мирабель прислушивается к удаляющим шагам, щёлкает замком… и выхватывает из кармана письмо Акары. Ищет что-то глазами — должно быть, ножик для разрезания конвертов, у каждого аристократа он наличествует рядом с письменным прибором на столе. Но идти за ним некогда. Поспешно выдернув из причёски драгоценную шпильку, донна вспарывает конверт и выхватывает оттуда небольшой листок.
— «Дорогая донна Мирабель дель…» Это понятно… «Во время моего визита с поздравлениями к донне Софье… обратила внимание на изменение в вашей ауре… Огромный потенциал… в спящем состоянии… Ещё немного — и будет поздно».
Опершись спиной о дверь, сползает на пол, хватая воздух губами.
Потом, какое-то время ещё раз пробежав по строкам непонимающим взглядом и сконцентрировавшись, находит место, на котором остановилась.
— «У вас огромный магический потенциал, донна. К сожалению, до сих пор нераскрытый, практически погребённый в спящем состоянии. Конечно, только Вам решать, что делать с Вашей жизнью и Вашей магией, но знайте: судя по всему, остались считанные дни до закукливания вашего Дара навсегда. Ещё немного — и будет поздно, и даже Орденские менталисты не оживят его.
Возможно, Ваша нынешняя жизнь Вас вполне устраивает. В таком случае, я приношу глубочайшие извинения за своё бестактное вмешательство в чужое личное пространство и судьбу. Но, как маг по призванию, не могу пройти мимо, не поставив в известность об открывающихся перед Вами возможностях. Если всё же Вы решитесь на инициацию Дара — жду вас в Ордене. Но не позднее…» Не позднее?..
Донна Мирабель хватается за голову.
— Не может быть. Сегодня?
Вскочив, лихорадочно переворачивает листок, ищет дату отправления. Отыскав, стонет в отчаянье.
— Слишком поздно! Я не успею к полудню!
Оцепенев от горя, кое-как бредёт к креслу и падает в него.
…Тим-Тим нетерпеливо ёрзает на моих коленях. Мне так и хочется прикрикнуть: «Да что у тебя, шило в попе? Угомонись!» Но сама сижу, как на иголках.
Мири, догадайся же! Честное слово, это не моя придумка, это Акара решила усложнить: поставить тебя в жёсткие временные рамки. Если сдашься сразу, значит, не больно-то тебе и нужна магия, значит, ты зря страдаешь по прошлому, в котором тебе не дали доучиться. Тогда будем искать новые пути, так сказать, духовного исцеления… А вот если заартачишься, начнёшь действовать, дёргаться искать выход… А он есть, Белль! Их даже несколь…
Она отбрасывает письмо и вскакивает с кресла, сжав кулачки. Топает ногой. Мечется между гардеробной и зеркалом.
— В Тардисбурге холодно… Холодно!
На пол летит выхваченное из особой заговоренной кладовой нечто вроде меховой накидки. Сверху, прямо на неё, падают шапочка, тёплые сапожки, одно платье, второе, третье… И вдруг начинают бить часы.
— Десять!
Закусив губу, донна переобувается. Оправив на себе домашний наряд, быстро затягивает в меховой узел всё, что успело попасться под руку, и мчится к двери. Притормозив, бросается в спальню, к шкатулке с драгоценностями, не глядя, выхватывает и суёт в карман всё, что зацепила — горсть блестящего с золотом и камушками, издалека не разберёшь… Остановившись, словно налетев на невидимое препятствие, окидывает взглядом свои роскошные покои.
— Всё.
Голос надтреснувший, севший… Но больше она не медлит. Прочь.
Легко, как молоденькая девушка, она бежит по галереям Эль Торреса. Но ум, ум зрелой женщины тоже включается: это он предупреждает, что надо затаиться в нише и пропустить одного из Тёмных, спешащего в кабинет дона Теймура; это он подсказывает, что совсем рядом, за спиной — дверца в коридор для слуг, идущий параллельно основным коридорам и галереям. Правда, есть риск с кем-нибудь столкнуться, но лучше с прислугой, чем с мужем или сыном, или с невесткой… Это он вдруг делает донну топографическим гением, безошибочно выведя прямо к нашей с Магой башне.
 
И вдруг у самого входа в портал, заботливо поставленный Маркосом для меня, тот же разум словно в лоб бьёт напоминанием: послание от Акары!
— Письмо! Я забыла сжечь! Тимур найдёт меня по нему!
Бежать назад?
На лбу прекрасной донны залегает горестная складка.
— Ну, уж нет. Будь что будет.
И, выдохнув, как перед прыжком в воду, она ныряет в наш с Магой портал. Прямо в Тардисбург.
***14.3
Не сговариваясь, мы с котом хлопаем друг друга по ладошкам. Йес! Есть! Есть первый шаг!
Мирабель тем временем лихорадочно оглядывается. В глазах — нарастающая паника. Ну да, это ж, считай, совсем незнакомое ей место! В доме сына она не любила бывать, даже на нашу свадьбу не пришла, и со времён её последнего визита многое изменилось. Изначально на каждом этаже было по единственной комнате-студии, а сейчас, с открытием пространственных карманов, планировка разительно переменилась. В эту же нашу спальню, как в сугубо приватную комнату, из всех наших гостей заглядывала разве что леди Аурелия, когда я устраивала ей экскурсию по обновлённому дому, и больше никто.
Судорожно вздохнув, донна прижимает к сердцу меховой узел, будто самое дорогое, что у неё осталось, и спешит сперва к окну — очевидно, убедиться, что попала, куда нужно, а не в какой-то другой город — затем на выход. И надо ж такому случиться, что у самой двери сталкивается… с Магой!
Остолбенев, они смотрят друг на друга круглыми глазами.
И мы с Тимычем, кстати, таращимся на них буквально в панике. Именно сейчас моего супруга тут быть не должно! В последнем сно-видении я успела связаться с Дорогушей и узнать, что Маркос дель Торрес приглашён в Университет с обзорной лекцией об особенностях порталов; подразумевалось, что вернётся он не ранее чем к вечеру. Видимо, что-то пошло не так… Ах ты ж, что ж делать-то?
Откуда-то из-за талии Маги робко выглядывает наш низкорослый домовой.
— Хозяин, никак гостья у нас? Прикажете чаю, кофию подать? Или сразу обед? Проводить отдохнуть? Гостевая комната в порядке!
— Подожди-ка, дружище.
Мага осторожно берёт мать за руки.
— Что случилось, матушка? Как ты вообще сюда попала? Погоди, я понял. Портал?
Она вскидывается:
— Закрой его! Закрой навсегда!
— Ну, навсегда — это чересчур крутая мера, он нам ещё пригодится. — Мага деликатно отстраняется. — Но доступ временно перекроем. Минуту, мама.
Шагнув к светящемуся после недавнего использования порталу в стене, проводит двумя пальцами вдоль контура, заставляя угаснуть.
— Я, собственно, только сейчас вспомнил, что надо бы его пока запечатать, поскольку долго теперь не пригодится… — Обрывает сам себя. — Не волнуйся, матушка. Никто сюда не шагнёт, пока я не впущу. Скажи, наконец, что случилось? Всё настолько серьёзно, что ты боишься погони?
Она кидается ему на грудь, забыв об узле с вещами.
— Не позволяй твоему отцу… Я не хочу возвращаться!
— Ладно! — миролюбиво отвечает мой некромант и, осторожно отобрав меховой ком, передаёт его Дорогуше. Тот истово кивает, хоть из-под узла его почти не видно. И не двигается с места. Даже уши от любопытства горят.
 
— Мне нужно к Акаре, — сбиваясь, бормочет Мири. — Ты поможешь мне, сынок? Я ведь тут ничего не знаю, я и экипаж сама не найму, и в улицах заблужусь, а надо попасть к ней до полудня… Вопрос жизни и смерти!
— Мама, ты, главное, успокойся. Тс-с! — Он прерывает её скороговорку и настойчиво усаживает в кресло. — Я понял. Тебе надо к Акаре, это очень важно и срочно. Но до полудня ещё полтора часа, я же перенесу тебя в нужное место за полминуты, так что времени у нас навалом… я хочу сказать — сколько угодно. Ты меня понимаешь?