Мертвая вода (СИ)

— Она как трясина, — захрипел Лаэрт. — Словно бешеный водоворот. Меня затягивает и уносит куда-то.
— Тебя уносит поток магии, который рвется через распахнутые настежь ворота, — вмешалась Феликса. — Попробуй приоткрыть створку чуть-чуть.
— Ох уж эти метафоры, — заворчал проводник. — Дайте мне несколько минут передохнуть.
Маронда и Феликса уселись на песок поодаль от него.
— Куда слила силу? — тихо спросила Маронда.
— На исцеление, — так же тихо ответила Феликса. — Если я хочу снова стать живой, о теле нужно заботиться. Кормить, заставлять работать дыхательную, пищеварительную, кровеносную системы. Выделительную — тоже. Это очень энергозатратно. А ты?
— Добавила к заряду башни, — сказала волшебница. — Что будешь делать с кораблями Беора?
— Ты хотела сказать, что мы будем делать, — Феликса выделила интонацией слово «мы». — Ты ведь не собираешься просто наблюдать после того, как поднимешь скалы под корабли.
— Точно, — Маронда не стала спорить. — Но я спросила тебя о твоих планах.
— Нужно лишить оба фрегата Блода Беора возможности маневрировать, — начала Феликса. Она уже думала о том, как эффективнее применить свои силы. — Ребята раздобыли очень неплохой стали. Запущу многоуровневую трансфигурацию с привязкой на себя — тогда я смогу легко повредить руль и часть такелажа.
— Стальная Гарпия снова взлетит? — усмехнулась Маронда. — Эти трансформации всегда негативно сказывались на тебе.
— В моем нынешнем состоянии бесполезно заботиться о чистоте крови, я ведь все равно обновляю ее каждый день, — угрюмо откликнулась Феликса. — Отравление металлом мне не грозит. Если повезет — выцеплю самого Беора. Без него пираты наверняка быстро потеряют боевой пыл.
— Я бы особо на это не рассчитывал, — подал голос Лаэрт. Он все еще говорил с хрипотцой, но дышал уже ровнее. — Пираты редко бывают привязаны к своему лидеру. Боюсь, нам придется немало из них убить, прежде чем остальные сдадутся. Но вот что тогда делать с пленными? Нельзя, чтобы о нас узнали.
Он поднялся и сел, вытянув ноги. Лицо выглядело не румянее сметаны. «Как же он справлялся до этого? — подумала Феликса. — Может, его чувства к Брисигиде помогали ему сдерживать поток? Магия чутко реагирует на душевные порывы…»
— Пленных можно оставить здесь или на каком-нибудь другом мелком острове. Опоить сонным зельем, чтобы не сразу вспомнили, где и как оказались, — предложила Феликса. — Мне бы не хотелось быть излишне жестокой. Хотя перебить всех до последнего надежней.
— Оставить их на этом острове — все равно что привязать к заряженной пушке, — заметила Маронда. — Рано или поздно в поисках нас сюда доберутся антимаги. Когда башня рванет, на острове лучше не быть.
— Значит, сонное зелье и другой маленький остров, — равнодушно пожала плечами Феликса. — При условии, что у нас все получится.
— Получится, — тряхнул головой Лаэрт. — Давай попробуем еще раз.
Он снова зарылся ступнями в песок, опустился на колени и погрузил руки. Фель кивнула ему, и глаза Лаэрта стал заполнять сине-фиолетовый свет — уже не такой интенсивный, как прошлый раз. Чернильные пятна магического свечения снова начали расплываться, но не дальше ключиц.
Поток силы все еще ошеломлял своей мощью, но уже не грозил сбить с ног. Феликса наконец-то почувствовала силу как-то иначе: если раньше она ощущала ее как бурное течение реки, в котором едва ли возможно что-то разобрать, то сейчас она словно оказалась на берегу пруда. Чувствовались бьющие со дна ключи и движение жизни, и стало очевидно, что эта сила — сырая, необработанная, первородная. Чародейка могла только удивляться, как она сразу этого не поняла.
— Можешь еще ослабить? — спросила она Лаэрта. Юноша едва уловимо наклонил голову, подтверждая. Сияющие кляксы убрались с его шеи, а потом и лица — остались лишь горящие глаза. Тонкий ручеек магии теперь стало совсем не сложно переработать.
— Достаточно, — сказала вскоре Маронда. — Ты быстро схватываешь. Тебе ведь не составит сложности это повторить?
— Нет, — ответил Лаэрт через несколько секунд. Ему понадобилось время, чтобы полностью разорвать связь с источником магии. — Порой точное сравнение помогает больше, чем часы тренировок. Врата оказались хорошим сравнением, очень похоже на то, что я чувствовал. Спасибо, Фель.
 
Маронда искоса глянула на свою ученицу и усмехнулась. Когда-то Феликса заявляла, что хуже нее преподавателя и придумать нельзя и что никогда в жизни она не сможет никого ничему научить. С тех прошло всего несколько месяцев.
— Завтра попробуем увеличить область действия, — сказала Наставница. — Беор приплывет к Скьортальну послезавтра на закате. К этому времени мы должны быть готовы.
— Как скажешь, Маронда Премудрая, — сказал Лаэрт, сидя на песке с опущенной головой. Феликса видела, как с виска стекает крупная капля пота. — Если я усилю вас и не словлю обморок — это уже будет маленькая победа.
* * *
Следующий день все провели за приготовлениями. Ранжисона и его ребята проверяли запасы пороха и состояние баллист. Кистень смазывал механизмы в своем протезе, хитром многозарядном арбалете и скрытых клинках. Матросня начищала палубу и проверяла состояние снастей. Акыр и Данатос гоняли офицеров и свободных матросов по такелажу, а после — отправляли в спарринг.
Маронда, Феликса, Брисигида и Лаэрт весь день провели на пляже. Гелиодоровая башня постоянно сбивала Лаэрта с толку.
— Она как огромная свеча на торте в темной комнате, — пожаловался проводник. — Чувствую себя мотыльком. Все время тянет к ней.
— Ты же понимаешь, что тянуться к ней нельзя, — заметила Маронда.
— Разумеется, — фыркнул Лаэрт. — Может, мы пойдем на другой пляж?
— Тренироваться с помехой в радиусе действия будет намного полезнее, — мягко возразила Брисигида. — Ведь у Беора есть маги, и тебе придется подпитывать нас выборочно, чтобы не дать силы им.
— Сомневаюсь, что они будут полыхать перед моим внутренним взором, как факелы, — фыркнул Лаэрт. — Но правда твоя. Кто знает, какие сюрпризы способен преподнести старый пират? Не просто так же он подмял под себя островную часть Палании.
Феликса вздрогнула. Прежде ей не приходило в голову, что Блод Беор может оказаться не просто кровожадным разбойником, каким его видели Ринна и Кистень. Действительно, никто не мог толком сказать, как Блод пришел к власти.
— Конечно, не просто так, — согласилась Маронда. — И сдается мне, что без магии здесь не обошлось. Давай-ка еще разок — и закончим. Мы отойдем в лагерь, попробуй найти нас там. Заодно зачаруем команде одежду от огня.
Лаэрт уже не зарывался в песок. На этот раз он даже не закрыл глаз. Волшебницы ушли в лагерь, а Брисигида осталась с ним для подстраховки. Проводник уже намного увереннее прикасался к источнику магии и избавился от нервозности, которая мешала ему сосредоточиться. Рядом с Брисигидой он едва ли беспокоился из-за возможных последствий подпитки магией.
— Не помогай ему на этот раз, — предупредила Феликсу Маронда. — Ты же знаешь, как это работает.
— Я знаю, что это работает со мной, — улыбнулась волшебница. — Но он — не я. Не все бросают сами себе вызов.
— Долго же до тебя это доходило, — хмыкнула старуха. — Впервые вижу, чтобы смерть на кого-то влияла так… отрезвляюще.
— Мы с тобой обе знаем, что дело здесь не в смерти, — Феликса посмотрела на Маронду прищурившись. Та промолчала. Последнее время она все реже спорила со своей ученицей.
Лаэрт справился. Далеко не сразу и с большим усилием, но результат оставался стабильным. Феликса и Маронда зачаровали одежду всех моряков на двое суток. В обычном случае это потребовало бы колоссальных усилий, но с подпиткой проводника ни одна из волшебниц не почувствовала усталости. Сам Лаэрт, однако, был не в лучшей форме. Он больше не падал в обморок, но выглядел бледным и жаловался на головную боль и ломоту в мышцах. Брисигида здесь была беспомощна. Так камнепад ломает деревья и калечит травы — лишь со временем природа восстанавливается.