Осколки: на грани войны (СИ)
— Слышали, вы затеяли открытие дополнительного корпуса, — продолжал Лек, махнув рукой Риксому. Вилт кивнул. Корпус вовсе не был «дополнительным», просто в госпитале было слишком много складских помещений, и они с Корбигом решили рациональней использовать имеющееся пространство.
— Дополнительная энергоустановка… — медленно проговорил Лек.
— Это необходимо, резервных генераторов недостаточно уже сейчас. Доктор Корбиг еще полгода назад писал отчет… — произнес Вилт.
— Да помню я, не дергайся, генератор мы еще тогда закупили. Делайте, что задумали. Тогда не хватало времени. И не на кого было свалить эту работенку. А тут ты, — Лек подмигнул. — Но вообще, я не к тебе, а к твоей жене.
Вилт невольно напрягся. Лия отстранилась и вопросительно посмотрела на Лека. Тот пояснил:
— Насколько я понял, ты сама искала со мной встречи.
— Да… — Лия поколебалась. — Это касается внутренней коммуникационной сети. У меня возникли кое-какие вопросы. Но здесь неподходящее место для обсуждения работы.
Она замолчала. Лек некоторое время смотрел на нее, потом хмыкнул.
— Что за семейка! Ладно, заходи завтра с утра. Смогу выделить тебе пять минут.
Он хотел сказать еще что-то, но тут в зале зашумели и все обратили внимание на мелькающие на экранах картинки. Кто-то крикнул, чтобы прибавили звук. Это как раз началась трансляция. Император объявлял о заслугах ЕСБ, спасавших мармерцев от сопротивления, не гнушавшегося стрелять в спины гражданским… За его спиной развернулся голоэкран, на котором показывали записи из Мармера: вот горит здание администрации, вот люди бегут по центральному проспекту, прочь от разрушающихся зданий, вот с крыши здания падает искореженный аэрон.
Потом Император объявлял имена тех, кто удостоился награды «Во имя мира». Перед ним и Императрицей была небольшая стойка, на которой лежали ордена. Императрица поворачивалась к подходившим офицерам, прикалывала ордена к парадным мундирам. Все это продолжалось достаточно долго. Люди в баре неодобрительно шушукались.
— Надо же, — произнес Лекс. Вилт успел заметить, как глава сопротивления с явным трудом загоняет на лицо кривую ухмылку. Взгляд его был прикован к экрану.
Риксом и Нейра поднялись из-за стола. Риксом смахнул бутылку на пол и не обратил на это внимания. Ней взяла его за руку, и они ушли из бара, не оглядываясь.
Айн выругался.
— Их еще и наградили!
Кто-то крикнул:
— Императорская женушка могла бы ради праздничка и снять маску.
— Так ведь она страшная, как межзвездная война! — ответили с другого конца зала. Народ развеселился.
— Да нормальная она, просто боится рожу показать!
— Император ей запрещает. А знаете, что говорят? Будто это принцесса Тора Кармегирская. Ну, вроде как она сдала ему всю родню, кто где скрывался, а взамен — сама жива-здорова, в золоте вон ходит. Только покушений побаивается, вот и не отсвечивает.
— Да ну, брехня! Я слышал, это Лация Ли, ведущая «Шоу Любовь». Он ее еще до того, как Императором стал, охмурил.
— Ага! А грудь ее пятого размера куда делась?
— Дома осталась! Чтобы другие не заглядывались!
Грянул полупьяный хохот.
— Лек, а скажи, ты ж вроде крутился там, среди шишек правительственных. Может, видел ее личико?
Лек раздраженно отозвался:
— Я смотрю, вас только это интересует… Пошлите Императору петицию, он ведь должен реагировать на гражданские запросы. Может, покажет жену и без маски.
— А то и без еще чего! — поддакнул кто-то. И все снова захохотали.
Лек вновь улыбнулся через силу и побрел к выходу вслед за сестрой и другом. Его плечи были опущены.
В новостях уже показывали репортаж о лучших курортах Империи…
* * *Оставив на столешнице мультикухни завтрак для Вилта, Лия быстро расчесала волосы, кинула беглый взгляд на свое отражение в зеркале и вышла из комнаты-студии номер триста двадцать девять. Когда Лайза сказала про бокс, Лия почему-то подумала о маленьком помещении, но их жилплощадь составляла около тридцати метров — насколько Лия знала, на некоторых густонаселенных планетах подобная роскошь была доступна не каждому.
Часы на браслете связи показывали шесть двадцать восемь утра стандартного галактического времени — Последний Предел жил по времени Соранты, города на центральной планете Ровелла, где располагалась резиденция Императора, а до этого и Кармегиров — правителей старого Союза.
И по примеру этих самых правителей Лек — а если быть точнее, Лекс Димор — весьма смутно представлял, что такое сон.
В технической службе отдела безопасности работали посменно: мало ли, что могло случиться, даже мелкий сбой в системе жизнеобеспечения или маскировки мог оказаться для Предела фатальным. За пятнадцать дней, что они находились здесь, Лия успела обнаружить две забавные особенности главы сопротивления: во-первых, он никогда не носил свой мундир застегнутым, а во-вторых — ненавидел режим, как понятие.
Небритый и растрепанный, вечно сутулившийся Лек мог одним цепким взглядом, одним хлестким словом заставить любого заткнуться. Командиры штурмовых отрядов — накачанные верзилы с необъятным торсом, ведущие звеньев эскадрильи — самоуверенные мужланы себе на уме, которые были убеждены, что им все что-то должны, — вытягивались в струнку, стоило ему выказать хоть какое-то недовольство их действиями. Каждый раз, когда Лия наблюдала подобную картину, ее разбирал нервный смех.
Нелюбовь «самого главного» к соблюдению режима сна и отдыха заставляла весь Центр управления даже в условно-ночные смены быть начеку: конечно, так оно и должно было быть всегда, но человеческий фактор исправлению не подлежит — время от времени даже из диспетчерской слышался храп. Хорошо хоть, что в эфир эти рулады не выдавались: Последний Предел функционировал в режиме полного радиомолчания, открываясь на передачу весьма кратковременно: при подлете кораблей, передающих код на определенной частоте. А вот на прием локаторы Предела работали постоянно: ловили сигналы не только на общих частотах, но и перехватывая часть секретных.
Естественно, что предельцы больше всего опасались обнаружения: большая часть людских и энергетических ресурсов была направлена именно в маскировочный комплекс. Первое очарование и восхищение размерами и уютной обстановкой планеты-базы прошло — теперь Лия знала, что жилой была лишь треть поверхности. Все остальное место занимали генераторные отсеки, мощности которых, надо признать, едва хватало. Система жизнеобеспечения, искусственная гравитация и климат, водоснабжение, электроэнергия, а самое главное — бесперебойная работа маскировки, все это требовало колоссальных энергозатрат.
Принцип работы «зеркала» — так предельцы называли свою маскировочную систему — был простым и сложным одновременно. Стоило одному из поисковых зондов-шпионов, раскиданных по всей Империи, приблизиться ближе чем на световой год, активизировался экранный комплекс, смещающий траекторию зонда на несколько сотых градуса — допустимую погрешность, характерную для любых приборов, — не позволяя Империи обнаружить планету-базу, нагло скрывающуюся под самым носом: планетарная система звезды УФ-368 находилась на расстоянии пяти парсеков от Виланны — планеты, входящей в состав Внутреннего Кольца.
Дорога не заняла много времени: Лек жил на территории Центра управления — огромного здания, в котором располагались все стратегически-важные службы: диспетчерская, технический отдел, отдел снабжения, отдел пропаганды и информации. Это было весьма удобно: в случае возникновения непредвиденных проблем, глава оказывался в нужном месте практически сразу, не тратя время на дорогу.
Если бы не вчерашняя его фраза про утро, произнесенная таким властным тоном, что Лия не нашла в себе силы возразить, она предпочла бы прийти ближе к вечеру: по расписанию у нее сегодня была ночная смена.
С другой стороны, точного времени он ей не назвал, а вдруг он спит? Интересно, он сильно разозлится, если она его разбудит?