Шоколадник (ЛП)

Рыжий расстёгивает свою тонкую блестящую куртку и показывает рукоять пистолета, спрятанного за поясом.
— Он с глушителем, — говорит он. — Пора платить.
«Дерьмо, — думает Маклоу. — Никогда раньше не видел пистолета с глушителем».
Он полностью открывает дверь и впускает их внутрь.
Изабелла целомудренно лежит под пожелтевшим постельным бельём на матрасе, её короткие грязно-светлые волосы и половина её лица выглядывают поверх него.
— Ой, извините за беспокойство, — говорит ей усатый.
Рыжий расстёгивает куртку и снова показывает пистолет, торчащий из его штанов.
— На случай, если ты думала, что я рад тебя видеть, — невозмутимо говорит он ей.
Изабелла ахает; чистая пантомима. Под простынями и когда видна только часть её лица, затуманенный глаз кажется почти милым, несмотря на чёрные мешки под глазницами. Маклоу и раньше видел, как она играла в эту игру: позировала наполовину скрытая или иногда в тени, чтобы она казалась менее опасной, чем она есть на самом деле.
Рыжий указывает на пистолет за поясом и говорит:
— Послушайте, я даже не собираюсь вынимать это, если вы меня не вынудите. Итак, Маклоу, давай мы просто возьмём деньги мистера Рэдли и будем вежливыми.
Усатый говорит:
— То есть, если у тебя они есть?
Недавняя финансовая катастрофа Маклоу, его неудача и вид пистолета подорвали его уверенность. Им следовало уехать из города сегодня утром.
Маклоу спрашивает:
— Опять же, сколько я должен?
Рыжий говорит:
— Полторы штуки.
Маклоу морщится. Он направляется в угол комнаты с мусором и бутылками для мочи и роется в чёрных мешках. Он думает сказать им, что у него нет денег, но что они с этим будут делать? Насколько сильно они причинят вред ему и Изабелле?
— Что, чёрт возьми, с тобой не так, Маклоу? — спрашивает усатый, с отвращением оглядывая комнату. — Бродить с больным на вид хуем и жить вот так.
— Не говори с ним так, — произносит Изабелла с кровати, всё ещё прикрывая лицо простынёй.
Она повышает голос, и из-за того, что она сложена под бельём, злоумышленникам будет сложно оценить её размер.
— Как насчёт того, чтобы заткнуть свой грёбаный рот, милая? — говорит рыжий, придвигаясь к ней ближе. — Ты в этом дерьме так же глубоко, как и он.
Маклоу перестаёт рыться в чёрных мешках.
— Что ты имеешь в виду?
Рыжий смотрит на усатого, и усатый оглядывается. Они разражаются от души смехом.
Рыжий говорит:
— Ты правда не знаешь? Похоже, вы двое прошлой ночью были выше облаков, так что, может быть, вы не помните.
Усатый говорит:
— Ваш приятель из Beatum Inn связался с нами после того, как вы, двое дегенератов, ворвались в паб, как Джерри и Джилли Кокаин, предлагая это по кругу всем в грёбаном баре, пока они не вышвырнули вас.
— Пара грёбаных клоунов, — говорит рыжий. — Готов поспорить, именно так вы и жили с тех пор, как мистер Рэдли дал вам возможность работать на него.
Маклоу остывает. Даже он не осознавал, что они были такими тупыми.
Рыжий говорит Изабелле:
— Так что ты делаешь с таким отморозком, а? Сосёшь ему за пару затяжек? Или ты такая же конченая, как он?
Изабелла молчит. Она не двигается.
Наконец Маклоу говорит:
— Вот в чём дело, ребята…
Но рыжий игнорирует его и говорит Изабелле:
— Тебе следует быть там, максимально используя свою жизнь. Но вместо этого ты здесь, с больным распухшим членом этого неудачника внутри себя.
— Держи себя в руках, братан, — говорит усатый рыжему.
Маклоу поворачивается и ловит взгляд Изабеллы. Он хочет вмешаться, но как бы он ни нервничал, его пугает то, что рукоять пистолета высовывается из штанов рыжего.
— Изабелла…
— Заткнись, Маклоу! — рыжий плюётся. — Потому что, если ты не заработаешь пачку денег в следующие тридцать секунд, единственное, что ты увидишь, — это то, что я выстрелю в щель твоей леди.
Изабелла позволяет простыне упасть.
Рыжий поворачивается, его лицо превращается в великолепный стоп-кадр, когда открывается её верхняя половина: звериные плечи, грудь, поддерживаемая устрашающими грудными мышцами, и бицепсы, достаточно большие, чтобы выигрывать шоу бодибилдинга. Она улыбается, и от её чудовищных зубов рыжий задыхается. Он настолько потрясён, что, когда Изабелла тянется к его промежности, он просто замирает, когда она гладит его через его светло-серые брюки-джоггеры.
 
Маклоу говорит:
— Изабелла, нет…
Но одним плавным движением она скользит рукой за пояс рыжего и спускает курок пистолета.
Пистолет с глушителем сработал. Тёмное пятно покрыло промежность джоггеров рыжего. Он отшатывается и приземляется на задницу, вопя:
— Мой член!
Прежде чем усатый или Маклоу успевают среагировать, Изабелла вскакивает. Проворная, но огромная, она кидается к рыжему в одних трусах и отталкивает его назад плоскостью одной огромной ступни. Его голова бьётся о дверь, и пока он всё ещё ошеломлён, Изабелла приседает и вытаскивает пистолет из его штанов.
Усатый парализован, как будто он только что стал свидетелем иллюзии, которую не может объяснить.
Рыжий сжимает раненое место между ног.
— Ты застрелила меня…
Ошеломлённый — но, по общему признанию, впечатлённый — Маклоу говорит:
— Изабелла, что ты наделала?
— В точности то, о чём мы говорили, — произносит Изабелла и направляет пистолет в лицо рыжему. — Зачем ты показывал нам свою игрушку, а?
— Я не имел в виду, что мы кого-нибудь застрелим!
Изабелла смотрит в его сторону.
— А что ты тогда имел в виду?
— Может быть… обсудим план платежей?
Изабелла усмехается.
— Слишком поздно, — она взводит пистолет. — Что мы будем с ними делать?
— Я не знаю!
Изабелла поворачивается к усатому.
— Садись с ним в угол.
Когда усатый не двигается, Изабелла приставляет к нему пистолет. Она держит его у щеки, морщась, и хватает его за запястье.
— В угол! Быстро! — говорит она и бросает его в сторону рыжего.
Снова раздаётся стук в дверь.
  
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
 
Телефон Хейли снова гудит.
Сев за свой стол и пытаясь заниматься, она читает сообщение:
«Мне нужно знать, что произошло дальше!»
Это Дэймон, парень на два года старше её из школы, который продолжает присылать ей сообщения, потому что хочет встретиться. Она представляет его с мягкими, уложенными волосами и огромными голубыми глазами. Он ей очень нравится, поскольку он один из немногих парней, которых она знает, которые довольно популярны, но также немного странны. То, что у него есть машина, тоже не повредит.
Она отвечает:
«Просто поищи эту тему в интернете. Это настоящее криминальное шоу, поэтому в нём нет нереальных поворотов. Я знаю, что сегодня суббота, но мне нужно учиться!»
Вздохнув, она встаёт из-за стола. Одна из фотографий из её «коллажа друзей», которая вставлена в раму её зеркала, выскользнула. Она снова поправляет её, наслаждаясь сияющими фотографиями своих школьных друзей, позирующих в разных местах: в бикини на пляже; в защитном снаряжении, прежде чем они прошли через лесной штурмовой путь; и танцующими в доме друга, попивая что-то вроде безалкогольных напитков, но определённо ими не являющихся. Она задаётся вопросом, где они все будут через пару лет, когда закончат основное образование?
Райан что-то бормочет в своей комнате по соседству. Желая тишины, Хейли засовывает наушники в уши.
Она не может сконцентрироваться, поэтому ходит по своей спальне, декорированной аниме и ужасами, и слушает вдохновляющую песню. Артист — небинарная суперзвезда, и его тексты повествуют о расстроенном и растерянном взрослении. Хейли могла бы относится к чему-то такому же великому, возможно, даже стать певицей.
 
Почему у неё не может быть нормального папы? Мол, она знает, что семейная жизнь у всех разная — семьи с одним родителем, однополые родители и все те вещи, о которых её учителя рассказывали ей в школьной жизни, — но отец, который боится какашек? Серьёзно?