Приказано влюбить (СИ)
Сабитова захлопнула папку и потёрла переносицу.
Да уж... Не цените вы меня вовсе, Николай Степанович!
- Что он там делает? - Она уселась рядом с напарником. - Проснулся уже?
- Пока нет.
Ждать пробуждения спящего красавца пришлось час с гаком. За это время Ленара выкурила полторы сигареты, против четырёх Степашиных. Курил он, кстати, какую-то люто вонючую дрянь. Яву, или что-то около. Ещё они заточили по паре бутербродов с сыром, похрустели чипсами и шлифанули всё это кофейком.
- Проснулся! - заорал старший помощник, аккурат когда Сабитова вышла из уборной. - Проснулся и лежит.
Ленара упёрлась локтями в стол, а глазами - в монитор.
Надо же, действительно лежит. Лежит и смотрит в потолок. Улыбается... Словно вспомнил о чём-то добром.
О чём же ты думаешь, Подарочек?
- Смотри-ка, записку нашёл! - пробубнил Степан. Рот он набил чипсами, отчего стал похож на хомяка.
Клиент так внимательно изучал клочок бумаги, словно вместо букв там кто-то начертал иероглифы. А потом вскочил и принялся хозяйствовать.
Когда Тихонов начал сосредоточенно выравнивать простынь, Сабитова хмыкнула: парень явно аккуратист. Пока он находился в состоянии овоща, этого в глаза не бросалось. Зато сейчас...
- И куда это он направился?
- В ванную, - отозвался напарник, хотя подсказка уже не требовалась: Подарочек возник на экране в четвёртой зоне.
Боец сполоснул лицо и принялся разглядывать её красавицу-помощницу со звучным именем Бош (сама Ленара называла её Бошенька и чуть ли не молилась на это белое чудо).
Что он задумал?
- Чего хмуришься? - Степан запил чипсы энергетиком. - За машинку волнуешься?
Он-то, понятно, хотел подстебнуть, да попал не в бровь, а в глаз.
- Если с ней что-нибудь случится, Хазмат-Скотобой покажется парню ангелом.
Напарник прыснул, а Сабитова напряглась нешуточно. Но всё обошлось.
Клиент оставил Бошеньку в покое, набрал воды в синий пластиковый таз и вооружился мылом.
- Он что, вручную стирать собрался? - Ленара наклонилась ближе к экрану. - Зачем?
- Затем, что в армии служил, - отозвался старший помощник Лом. - А кто в армии служил, тот...
- ... в цирке не смеётся, - закончила Сабитова. Эту фразу она слышала от отца сто пятьдесят шесть миллиардов раз.
- Я вообще другое сказать хотел, но... - Он осёкся.
Ленара проследила за его взглядом. Тихонов разошёлся так, что даже трусы в таз закинул. Ну вот что за человек! Он же ни малейшего понятия не имеет, где у неё мужская одежда лежит! И в чём он собирается...
Она отвлеклась от мыслей, когда взгляд упал на упругую задницу клиента. Молочно-белые ягодицы контрастировали с загорелой кожей. Синяки почти все сошли, кровоподтёки рассосались. Но следы кнута пугающе темнели на спине. Казалось, будто парня исцарапал когтями какой-то здоровенный монстр...
Эти багряные полосы никогда не заживут. Зарубцуются со временем, но полностью не заживут. Никогда.
И не только они...
- Ну хватит уже, - укоризненно заметил Степан. Он прекрасно видел, куда она смотрит, но знать, о чём думает, никак не мог. - Перестань. Нехорошо это.
Сабитова фыркнула. Нашёлся тоже, блюститель морали!
Тихонов тем временем прикрыл срам полотенцем и, прижав таз к боку, точно заправская хозяюшка, двинул на кухню.
"Похоже, на балкон собрался", - сообразила Ленара.
- Походу, на балкон собрался, - озвучил напарник её мысли. - У тебя там блокиратор стоИт?
- Конечно, - кивнула она и нахмурилась. Наличие блокиратора полной безопасности не гарантировало: Подарочек быстро восстанавливался и у него вполне могло хватить дури, чтобы вырвать к херам чёртов блокиратор вместе с коробом.
Вполне.
А суицидник с вывернутой наизнанку психикой и израненной душой на балконе седьмого этажа - это не весело. Совсем не весело.
- Пойду я. - Сабитова поспешно поднялась, когда Тихонов повторно рванул на себя несчастную дверь.
- Ага, беги, - кивнул Степан. - Я за вами присмотрю.
Ленара подмигнула напарнику и выпорхнула на площадку. Добралась до квартиры меньше, чем за минуту. Влетела в кухню.
Женя сосредоточенно воевал с дверью. Ленара опять невольно залюбовалась парнем. То, что кроме небольшого полотенца, кое-как повязанного вокруг узких бедёр, на нём ничего нет, будоражило воображение весьма и весьма...
А всё грёбаное воздержание! Давно мужика не было. Давно.
"Вот выполню задание, и надо будет кого-нибудь основательно трахнуть. Так, чисто для поддержания здоровья" - подумала она, сложила руки на груди и выдала:
- Далеко собрался?
=23. Старший сержант Тихон. По паспорту - Евгений Тихонов
В конце недели после ужина Варина подруга поставила перед ним блюдечко с куском торта. Аппетитный шоколадный бисквит с кремовой розочкой. Из тортика торчала полосатая бело-голубая свечка. Трепетный жёлтый огонёк озадачивал чуть больше, чем полностью.
Женя непонимающе моргнул и уставился на благодетельницу.
- С днём рождения! - улыбнулась та и хлопнула в ладоши. - Задуй свечку и загадай желание!
"День рождения? - растерялся Евгений. - У кого? У меня? Сегодня?"
Серьёзно?
Свечка, торт и Ленина улыбка до ушей не оставляли в этом никаких сомнений.
Ну и дела...
В какой-то момент Евгений ощутил себя унылым осликом из мульта про Винни Пуха. А ведь когда-то в его день с ночи до утра гуляла добрая половина школы, потом - вся общага, ну а в армейке - целый взвод.
У него имелись друзья. Даже много...
Давно. Но не теперь.
- Ну же! Давай! - подбодрила Варина подруга, и Женя сделал то, что от него ждали.
Задул свечу.
"Хочу вернуть себе нормальную жизнь, - загадал он. - Чтобы не было войны. Чтобы не умирали друзья. И чтобы полоумный извращенец никогда... никогда не прикасался ко мне!"
Интересно, сбудется?
Огонёк погас, и девушка пришла в восторг. Подпрыгнула, захлопала, а потом обняла его и чмокнула в щёку.
Неожиданная ласка слегка смутила, но согрела душу, как хороший глоток спиртяги после долгого марш-броска в пургу.
Лена нравилась ему, от себя не скроешь. Но на что он мог рассчитывать? Он - ни на что не способный искалеченный полудурок, не нужный даже своим родным. А она...
- Вот, это тебе. - Она протянула свёрток, перевязанный серебристой ленточкой. - Мелочь, конечно, но, думаю, пригодится.
В душе поднялась волна теплоты, признательности, пробирающей до костей нежности и незамутнённой искренней радости.
Ему вручили подарок. Подарок в день рождения. Как в детстве.
И было в этом что-то совершенно волшебное, сказочное даже.
Да пусть в свёртке окажется букварь, телефонный справочник, или инструкция по пользованию чапельником [1], всё равно! Она, эта удивительная женщина, не забыла поздравить его. И даже о подарке задумалась.
Вот ведь.
Дрожащими пальцами Женя аккуратно развязал узелок. В свёртке обнаружился блокнот. Толковый толстый блокнот с листами на пружине, чтобы легко отрывались. А ещё - ручка. Самая обыкновенная, шариковая, но с кнопочкой. Эдакая ручка-антистресс.
- Ты мог бы писать мне... - сказала Варина подруга, усаживаясь напротив. - Ну... пока говорить не начал.
Женя встретился с ней взглядом. Сжал зубы, скрепил сердце.
"Пока"... И ни единого сомнения в голосе...
Вот за что она ему в жизни встретилась, а?
Как награда за всё пережитое, или, наоборот, в наказание? Смотри, мол, убогий, с кем тебе никогда не быть.
Он щёлкнул кнопочкой и старательно вывел на первом листе крупное "СПАСИБО".
Лена прочла надпись, и в её глазах мелькнула какая-то странная смесь тоски и понимания.
- Не за что, - сказала она. - Но это ещё не все сюрпризы!
Варина подруга поднялась, загадочно улыбаясь.
- Я тут поговорила с Артуром... то есть, с доктором Шраем. - Благодетельница прошествовала к холодильнику. - В общем, учитывая, что тяжёлые психотропные препараты ты больше не принимаешь, нам сегодня можно...