Кая. Полукровка (СИ)

– Я из медиков, ребят сейчас в лечебку отправим за дежурным. Разрешите посмотреть?
Оле словно ещё сильнее побледнела. С испуганным выражением лица она чуть отпрянула назад и замотала головой.
– Попросите сбегать за моим врачом. Он знает, что со мной и что делать. Доктор Нака. Вы знаете доктора Нака?
– Я знаю, – кивнул подоспевший на шум второй гвардеец. – Рэн, присмотри за ними, я сбегаю. Здесь не далеко, на самоходке за десять минут управлюсь.
Первый гвардеец кивнул и, растерянно почесав затылок, собрался было что-то сказать, но Оле в очередном приступе дёрнулась, и Рэн, скривившись от глубокого сочувствия, скрылся за стеной. Несколько подбежавших ребят стояли чуть поодаль примерно с таким же выражением лица и тихо переговаривались. Сзади снова раздался характерный звук: пока я смотрела по сторонам, Олешу снова начало выворачивать наизнанку. Дернув за шнур, она спустила воду и принялась полоскать рот.
– Ты как? – осторожно спросила я, протягивая ей висевшее рядом полотенце.
– Жить буду, – тихо ответила она и вдруг потянула меня к себе, переходя на шёпот: – Тяни время. Всеми способами.
Я оглянулась: у открытой двери остался один гвардеец, и тот не обращал на наш разговор никакого внимания. Назвавший себя медиком, ушёл вместе с Рэном за доктором Накой, а остальные потеряли интерес, как только мою подругу перестало рвать.
– Ты о чем? – прошептала я в ответ. – Думаешь, это из-за меня всё-таки? Но я же Коменданта и пальцем не трогала! Он изначально был шизик!
– Просто тяни время. Постарайся оказаться последней допрашиваемой. У меня есть план.
– Что за план? – я свела брови, чтобы казаться предельно серьёзной. – Хочу знать, в чём участвую.
– Меньше знаешь – лучше спишь! – шикнула Оле.
И мы встретились друг с другом самыми суровыми взглядами.
– Ладно, – сдалась Оле и ещё понизила голос. – Помнишь, я рассказывала про врача, которого встретила в первый день после нашего приезда в город? Так вот он не просто врач, а лучший врач, причём с идеальной памятью на людей! Он помнит вообще всех, кого лечил.
– Хочешь сказать, он когда-то лечил Коменданта?
Олеша уверенно кивнула:
– Да, он упоминал об этом однажды. Если у меня получится его уговорить, он может повлиять на ход допроса.
– Как ты его сможешь уговорить? – мой голос совсем стих, превратившись под конец фразы в подобие комариного писка. Оле вздохнула:
– Скажем так, у меня есть рычаги давления.
Я смотрела на подругу и чувствовала, как расширяются мои глаза, а брови ползут вверх. А что, если тот таинственный незнакомец, к которому она убежала после приёма приворотного зелья – доктор Нака? Она вроде говорила, что он старик!
– Не хочешь же ты сказать, – начала было я, но осеклась, так как скрипнула дверь и мужской голос басом провозгласил:
– Кая Прекрасная, пройдите в восьмую комнату.
Оле подняла глаза к потолку и беззвучно выругалась.
– Прекрасная!
Делать было нечего. Вжав голову от нехорошего предчувствия, я направилась в восьмую комнату, как на собственную казнь.
– Неожиданная встреча... – протянул гвардеец, сидевший за большим ухоженным столом, когда я прикрыла за собой дверь. – Встретить тебя в магучке уже само по себе удивительно, а на допросе такого характера – тем более...
– Какого такого характера? – я вскинула брови и скрестила руки на груди, так и оставшись стоять у стены в в паре шагов от порога.
Он, встал, обошёл стол и, остановившись в нескольких сантиметрах, внимательно посмотрел мне в глаза. Я выдержала этот взгляд.
– По крови. В связи с чем предупреждаю сразу: даже не пытайся воздействовать на меня. Пока на мне вот этот шлем, – он напялил на себя странную громоздкую шапку, которая пристёгивалась карабином под подбородком, – ни одно воздействие не сможет затронуть моё сознание. Всё поняла?
– Поняла, что ты придурок в каске, – съязвила я ему в тон.
Гвардеец помолчал некоторое время, потом шумно вдохнул и с неожиданным сочувствием спросил:
– Откуда в тебе столько злости взялось?
– Забыл уже свой «королевский розыск»? А вот я хорошо помню. Видишь? – я задрала рукава по локоть, демонстрируя красные шармы. – Трудно забыть.
 
Он понизил голос.
– Таковы были инструкции.
Я чуть наклонилась к нему, отчего его глаза стали совсем близко:
– А своей головы на плечах совсем нет? Не заметил ничего странного в том, что король разыскивает ребёнка?
– Не просто ребёнка, а ведьму, и это в корне меняет дело.
Я всплеснула руками, не сразу сообразив, что ответить на это.
– По-твоему, ведьма чем-то отличается от обычного человека?!
– А ты можешь назвать себя обычным человеком? – без тени улыбки спросил он, буквально лишив меня дара речи своим абсурдным вопросом.
– О чём ты? – сощурилась я.
– Сама знаешь! – рявкнул он, стукнув по стене. – Полукровка клятая! Да если б я сразу знал, ни за что тебя к королевичу не подпустил бы!
Он тяжело дышал, глядя мне прямо в глаза и не говоря больше ничего. Я попыталась прикинуть, что могу на это ответить, но в голову ничего не пришло. Несёт какую-то чушь. Спокойно выдохнула, сделала пару шагов к двери и, приоткрыв её, крикнула:
– Можно мне другого дознавателя? Этот неадекватный какой-то!
В конце концов, мне ведь надо тянуть время, правда?
– Слышь, ведьма! – прошипел он, утягивая меня за рукав к столу. – Мы вообще-то не закончили!
– Эй! – закричала я куда громче первого раза. – Помогите! Кто-нибудь!
В этот момент дверь распахнулась, и некогда знакомый мне гвардеец опустил руки.
– Клайв, что здесь происходит? – строго спросил рыжий, тот самый Рэн, которого оставили следить за порядком.
Я глянула исподлобья на Клайва, а потом повернулась к вошедшему:
– Прошу заменить мне дознавателя.
– В связи с чем, позвольте узнать? – усмехнулся Рэн.
– В связи с предвзятым отношением, – ответила я, гордо вскинула голову и плюхнулась на стул со скрещенными на груди руками.
– Клай? – вопросительный взгляд в сторону дознавателя.
Тот тяжело вздохнул, махнул рукой и кивнул:
– Да, пусть меня подменит кто. Я схожу горло смочить, ладно?
– Иди, – рыжий проводил взглядом своего товарища. Затем вернулся ко мне: – Ждите тогда, скоро к вам кого-нибудь пришлём.
И я осталась в комнате одна на бесконечно долгий час ожидания собственной судьбы.
***
Гард вытер полотенцем рот и осел на холодный каменный пол. Главное, чтобы Каю не успели допросить. Буквально через две минуты после того, как она вошла, из её комнаты вышел раскрасневшийся гвардеец и быстрым шагом, ни на кого не глядя, ушёл на улицу. Что бы там Кая ни придумала, на какое-то время она спасена.
«Вернее, я спасён», – поправил себя Гард и горько усмехнулся. Нехорошо выходит. Всё-таки в конечном счёте она из-за него подставилась...
Он выглянул в холл, но подругу не нашёл. Что она делает в этом скопище гладиров? И откуда их здесь столько? Неужели ректор покрывает гладиров, пряча их в своём училище? И, главное, неужели он в курсе насчёт самого Гарда?!
С тяжёлым вздохом он провёл рукой по лицу. Как бы то ни было, сдаваться властям сейчас – последнее дело. Слишком живы были в памяти рассказы дяди Роя, который из рода Веда, о тех ужасах, которые творили человеки с гладирами, посмевшими пересечь границу.
Однако, теперь его подозрения почти подтвердились. Если Кая здесь вместе с ним, значит ли это, что она тоже гладирка? Да, она всё время балуется воздействием, но так грубо, так некрасиво и так неэффективно, что мысль о её крови он откинул почти сразу.
 
Гард ещё раз внимательно осмотрел присутствующих. Хотя уже начали прибывать желающие оказать моральную поддержку друзья, теперь он хорошо видел, кто из них – гладиры. Их иллюзии были сотканы так аккуратно, что если бы он не знал, где искать, то вряд ли бы нашёл их. Но все, как на подбор – высокие и узловатые с вытянутыми лицами и чуть раскосыми глазами. Стараясь выглядеть человечнее, они, тем не менее, меняли в себе только самый минимум. А кое-кто даже не пользовался иллюзией.